Нареченная - Кира Касс

Я стояла неподвижно, пока Делия Грейс зашнуровывала на мне платье, стараясь, чтобы оно сидело как влитое.

– Это так странно, – сказала она. – Как твои руки?

– Тяжелые, – призналась я.

Делия Грейс вернулась к свертку и достала еще один предмет.

– Это на голову. Но мы можем взять что-нибудь твое, если хочешь.

Вещи Валентины были прекрасны. Возможно, в целом работа не такая тонкая, как у короанских мастеров, но драгоценные камни были крупнее и дороже.

– Раз уж она это прислала, я надену.

Я ходила по покоям с книгами в руках, чтобы привыкнуть к тяжелым рукавам и головному убору. Когда я делала седьмой круг, пришли Сайлас и Салливан, одетые в лучшие наряды; свои изделия они принесли на черных подушках.

Салливан вошел следом за братом, придя в смятение при виде Норы и Делии Грейс. А я, хотя и страстно желала поговорить с Сайласом, сначала обратилась к его брату.

– Эти леди – мои подруги, – сказала я, касаясь его руки. – А вечером вам вовсе не нужно что-то говорить. Просто поднимите подушку, чтобы король Джеймсон мог принять ваш дар.

Салливан кивнул, осторожно улыбнувшись мне.

– А вы чему усмехаетесь? – спросила я, поворачиваясь к Сайласу.

– Ничему. Просто удивительно видеть вас в синем цвете Изолта. Вы могли бы сойти за девушку оттуда.

– Если подрасту на дюйм-другой и не буду высовываться на солнце.

– Наверное, – кивнул он, а потом понизил голос. – Я не знаю, поможет ли это что-то исправить, леди Холлис.

– Понимаю, – ответила я, поправляя тяжелое платье. – Но мы должны попытаться.

Раздался короткий стук в дверь – и тут же вошла Валентина, а за ней – ее фрейлина. Я выбрала для Валентины самое светлое из красных платьев, какое только смогла найти, почти розовое, и понадеялась, что оно будет хорошо сочетаться с ее кожей.

– Что думаете, миледи? – спросила она.

– Думаю, вы должны оставить его себе. На вас оно смотрится куда лучше, чем на мне.

Валентина улыбнулась, ей понравилась похвала. Когда она улыбалась, то становилась совершенно другим человеком.

– Руки кажутся такими свободными, – сказала она, поднимая их над головой.

– Не затруднит ли вас объяснить, почему леди в Изолте носят такие огромные рукава? – с легким раздражением спросила я.

Валентина засмеялась:

– О, это знак нашего высокого положения. Его смысл в том, что у вас есть средства, чтобы позволить себе излишки ткани, и что вам нет необходимости работать руками. Леди, живущие за городом, такие рукава не носят, ну, по крайней мере, не такие длинные. И к тому же эти рукава сохраняют тепло. В Изолте намного холоднее, чем здесь.

– А-а-а… – выдохнула я.

Да, в этом был смысл, однако я не собиралась перенимать подобную моду независимо от того, могу я позволить себе лишнюю ткань или нет.

– Мне сказали, что обед начался пятнадцать минут назад, так что все уже должны сидеть на своих местах, – предположила Валентина. – И я готова, если готовы вы.

– Прекрасно! Делия Грейс, Нора, будьте добры, возьмите с собой фрейлину королевы, чтобы вы успели сесть на свои места.

Они повиновались, и совершенно растерянная фрейлина Валентины вышла вместе с ними.

– Салливан, будьте добры, идите следом за королевой Валентиной, а вы, Сайлас, держитесь рядом со мной.

– Разумеется, миледи, – кивнул он и тут же тихо добавил: – Моему брату было бы легче, если бы он шел с вами.

Я опустила глаза, прежде чем набралась храбрости ответить:

– Но мне нужны вы. Пожалуйста.

Он долгое мгновение смотрел на меня, словно хотел сказать что-то в ответ. Наконец просто кивнул, и наша маленькая компания покинула мои покои.

Коридоры были почти пустыми. Всем хотелось присутствовать на пире, хотя бы просто ради обильной еды.

– Каковы шансы на то, что ваш король все еще злится? – спросила я Валентину.

– Весьма высокие. Он ничего не забывает.

– Как вы считаете, это может изменить его настроение?

Она немножко подумала.

– Ваш король кажется более рассудительным, чем большинство людей, и если вернуть ему хорошее настроение, это поможет. И если те, кто стоит ниже нас, увидят наше поведение, они попытаются нам подражать. Овца идет только туда, куда ее гонит пастух.

– Хорошее рассуждение, ваше величество.

Я внимательно посмотрела на Валентину, снизу вверх. Она на самом деле была очень хорошенькой, волосы у нее были почти того же оттенка, что мои, но кожа скорее напоминала молоко, чем мед. И она была настолько статной и высокой, что я даже на самых высоких каблуках не могла сравняться с ней ростом.

– Спасибо вам огромное, что согласились на эту проделку. Теперь я понимаю, что неправильно вела себя при нашем знакомстве, и от этого начало вышло неудачным. Но я не хотела вас задеть, и я благодарна вам за помощь.

Она небрежно отмахнулась:

– Вы меня не задели. Иногда это просто легче, понимаете? Помалкивать.

– Молчание – это не мой конек, – хихикнула я.

Валентина сжала губы, она явно и сама уже это заметила, а потом сказала:

– Несколько лет с короной на голове могут это изменить.

Мне захотелось спросить, что она подразумевает, но мы уже подошли к входу в Парадный зал. Мой желудок сжался от страха, я боялась, что мы, как и Сайлас, имея благие намерения, лишь ухудшим положение дел. Должно быть, Валентина почувствовала мою тревогу, потому что потянулась ко мне, и мы вошли в зал, держась за руки.

Сначала нас никто не заметил, но я услышала нервные вздохи и шепот, когда мы приближались к главному столу, а потом все затихли, ожидая, что произойдет дальше. Как только Джеймсон заметил это, он повернулся и посмотрел в центральный проход. Его взгляд остановился на красном платье, и губы начали растягиваться в улыбке, но тут он понял, что девушка в красном – не я. Его глаза тут же метнулись вправо от нее, а рот слегка приоткрылся, когда он узнал меня.