Отчим (не) моего жениха - Лариса Васильева (Lara)

Идиот! Зачем я позволил себе лишнего и заварил эту кашу?

В кинозале специально сел со стороны Славы подальше от Арины. Фильм был скучный. Боевик с элементами эротики, приключений, но сюжет настолько нудный, что на середине фильма я начал клевать носом. Глянул на сына — тот давно дремал, положив голову на высокую спинку кресла. Глаза сами нашли Арину.

Маленькая, но отважная язвочка-невестка смотрела на меня таким несчастным взглядом, что сердце оборвалось. Внезапно подумал: а к черту оно все! Зачем мучаю себя и ее, ведь каждую секунду только и мечтаю прижать девчонку и никогда не отпускать.

Махнул рукой и кивнул головой, призывая выйти. Арина вначале не поняла, и растерялась, а потом вдруг ее лицо озарилось мягкой улыбкой.

Словно солнце взошло на моем горизонте.

Тихо, словно заговорщики, благо народа в зале было немного, мы устремились к выходу. Возле двери взял за руку, пытаясь придать ей уверенность. Арина ответила крепким рукопожатием.

— Ну привет, — прошептал прямо в полураскрытые губы, когда вытащил свою девочку на улицу и накрыл ее рот поцелуем.

К черту весь мир, потому что я уже не могу остановиться.

— Пойдем! — я потянул Арину на парковку.

— Пойдем, — она доверчиво ко мне прижалась, что мое сердце немедленно сжалось от умиления.

— Молодой человек, купите своей девушке цветы, — меня остановила старушка возле торгового центра. — Всего сто рублей, — она протянула завернутый в красивую упаковочную бумагу букет.

— Конечно! — я достал из бумажника первую попавшуюся купюру и сунул женщине, а сам вручил цветы Арине.

Девушка звонко рассмеялась и уткнулась носом в весеннее чудо, распустившееся среди зимы.

— Они чудесно пахнут, — восхищалась Арина, пока мы шли до машины. — Вик, ты видел, что дал ей тысячу и сдачу не забрал?

— Плевать на сдачу, — отмахнулся я. — Ты достойна любых цветов в этом городе. Сейчас поеду по магазинам и скуплю все. Как ты на это смотришь?

— Я не очень люблю срезанные цветы, но эти мне нравятся, — она улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой.

Милая девушка-солнышко, ворвавшаяся в мою жизнь и перевернувшая ее с ног на голову. Не удержался и снова притянул ее к себе.

— Я тебя люблю, — призналась она, растворяясь в моих объятиях.

Вот так просто без жеманства и кокетства Арина открыла мне свое сердце. Я воспарил к небесам, ослепленный признанием и счастьем, которое почувствовал в тот момент.

— Я люблю тебя, — губы произнесли прежде, чем успел разобраться в собственных чувствах.

— Неужели, господин Разумовский? Я не ослышалась? Ты действительно любишь меня, — ее глаза сверкали.

— Конечно, люблю, — я бережно усадил девчонку в машину. — Ты не оставила мне выбора.

— А когда ты в меня влюбился? — не унималась она. — Или это была любовь с первого взгляда?

Вспомнил нашу первую встречу с Ариной. Момент, когда она назвала меня рабовладельцем, был самым отвратительным.

— Точно не с первого, — усмехнулся я, выруливая с парковки.

— Тогда с какого момента ты потерял голову? — счастливо рассмеялась она, нежно гладя лепестки цветов.

— Наверное, после ситуации в лифте.

— Значит, тебе нравятся беззащитные девушки? — уточнила она.

— Мне нравишься ты, — уклонился я от ответа, — но мне не нравится ситуация со Славой.

— Мне жаль, но я никогда не любила твоего сына, — Арина погрустнела и виновато опустила глаза. — Мама настаивала на свадьбе, Слава поддержал, а я поддалась на провокацию. Но теперь вижу, что ничего хорошего у нас не получится.

— Похоже, Слава в тебя влюблен, — я сжал зубы. Одни только разговоры о предстоящем браке вызывали головную боль. Что будет, когда сын узнает всю правду?

— Я сто раз хотела ему признаться, но так и не смогла. Я так перед ним виновата за свой обман! — воскликнула Арина и подняла на меня глаза полные слез.

— Все хорошо, не плачь! — я, насколько позволял ремень безопасности, притянул ее к себе. Вытер пальцами мокрые щеки. — Мы вдвоем придумаем, как признаться, чтобы как можно меньше затронуть его чувства.

— Значит, ты меня не бросишь? — Арина крепко сжала мою ладонь.

— Я только что тебя обрел, как я могу бросить?

Держась за руки, мы покружили на машине по ночной столице и завернули в парк. Посетителей в этот час почти не было. Несколько влюбленных парочек и шумная компания молодежи, которой не было дела до окружающих. Обнявшись, мы медленно пошли по заснеженным дорожкам парка.

— Я редко гуляю, — признался я.

— Я тоже, — Арина шмыгнула носом, поэтому немедленно проверил, что моя девочка не замерзла. — Расскажи мне о матери Славы, — попросила она.

— Ее звали Елена, — медленно начал я, окунувшись в события двадцатилетней давности. — Мне очень нравилась ее племянница. Когда та трагически погибла, я пришел к ним домой, чтобы выразить соболезнования, и познакомился с маленьким Славой, сыном Елены.

Слова не подбирались, но Арина меня не торопила, позволяя выговориться.

— И ты женился на Елене? — удивилась девушка и крепче сжала мою ладонь.

— Не сразу. Несколько лет мы просто общались, в основном благодаря Славе. Когда Елену сократили с работы, решение пожениться пришло само собой. Она не ограничивала меня в выборе партнерш, я тоже не вмешивался в ее личную жизнь.

— И как у вас это называлось? Гостевой брак? Я не приемлю такие отношения, — Арина проводила взглядом гуляющих по зимнему парку влюбленных. — У меня перед глазами пример родителей. Не понимаю, как можно выйти замуж без любви.

— Ты же сама собиралась замуж за Славу, если я не ошибаюсь, — напомнил девчонке ее недавние планы.

— Собиралась, но вовремя передумала в основном благодаря тебе, — она улыбнулась и прильнула ко мне. — Удивительно не правда ли? Мы знаем друг друга меньше недели, а кажется, что целую жизнь.

Меня затопила волна нежности, а Арина продолжила:

— Конечно, характер у тебя отвратительный и как работодатель ты никакой. Мастер гадости говорить прямо в глаза, а еще строишь из себя рабовладельца, повелевая слугами.

У меня даже рот открылся от удивления. Я-то думал, что девчонка по уши в меня втюрилась, а она вот как заговорила.

— Ну ничего, я тебя перевоспитаю, — хитро улыбнувшись пообещала Арина и похлопала меня по руке. — Сделаю из тебя человека: доброго и отзывчивого. Хватит быть черствым сухарем.

— Я не сухарь! — возмутился, но пиявку мое негодование только раззадорило. Громко хохоча, она отбежала в сторону и, слепив снежок, запустила прямо мне в лицо! Как же неприятно!

— Победа! — завопила Арина, запрыгав с поднятыми руками в победном танце. — Злобный монстр повержен.