Саид 2. Над пропастью - Анастасия Шерр

– Твой папа… Он… Он уехал. Далеко. Вот.

– Блосил нас, да?

И что ей сказать? Кормить ребёнка баснями о том, какой её папочка распрекрасный? А где он тогда? Где он был все эти годы, когда им приходилось так тяжко? Рано или поздно Марианна поймёт, что ей врала родная мать.

– Малыш, он не бросал. Просто он не справился, понимаешь? – Потому что он трус – хотелось так сказать, но заставила себя проглотить эту желчь. – Он не был готов к семье. Семья – это очень большая ответственность. Не каждый сможет отдавать всего себя родным.

Кроха наморщила лобик, пытаясь переварить информацию.

– Но почему у всех остальных есть папа, а у меня нет? Вот у Малинки есть мама и папа, и бабушка с дедушкой. И ещё одни бабушка с дедушкой. И собака, и даже хомячок в клетке. А мы с тобой одни. Почему так?

Да потому что весь мир отвернулся от неё, когда забеременела. Потому что счастливый папаша был настолько рад новости о беременности, что умотал из города в тот же день, как весть настигла его. Потому что родителям Иланы было проще забыть о её существовании, чем принять тот факт, что она будет рожать без мужа. Потому что вот так вот всё…

– Разве нам кто-то нужен? – улыбнулась, зарываясь пальцами в светлые кудряшки.

– Папа нужен! – серьёзно заявила Марианна, складывая ручки на груди. – Может, пусть дядя Альбелт будет нашим папой?

Ого. Замахнулась мелочь. Даже смешно. Так и представила, как большой и грозный дядя Альберт встаёт на одно колено и делает ей предложение. Ей, шлюхе. С ума сойти. И тут же в мыслях всплыл Заур со своим бешеным взглядом. Оттеснил собой картинку с Альбертом, и Илана быстро мотнула головой, прогоняя дурацкое марево. Он даже мыслей её не стоит.

– А тебе что, меня мало? Или, может, ты меня больше не любишь? – наигранно сощурилась. – Ну-ка? Иди сюда, плохая девочка! – растопырив пальцы, кинулась к малышке, а та, громко захихикав, спрыгнула с кровати и бросилась бежать.

– Не боюсь! Не боюсь! И кашу на завтлак есть не буду!

Илана выдохнула, прислонившись к изголовью кровати. Хорошо, Марианна пока маленькая и ещё не осознаёт, что иногда проще быть вдвоём. Но придёт время, и она всё поймёт. Очень жаль, что ей так же придётся однажды обжечься. А ведь придётся. Все обжигаются. Особенно вот такие ангелочки. Им крылья обрывают безжалостно и больно.

* * *

– Какого хера, Надь? Что это такое? Ты себя так ведёшь, будто моё слово для тебя ничего не значит!

– Перестань на меня орать! Я же тебе объяснила: это моя работа!

Саид шагнул вперёд, загоняя её в угол и сжимая кулаки. В висках стучал гнев, и хоть он понимал, что это идиотизм и она, конечно же, не изменяла тут ему с Радугиным на глазах у Вербина, но это сборище мужиков повергло в ярость. А ещё блузка эта её, расстёгнутая на груди. Какого хера вообще?!

– Плевать я хотел на твою работу! – рявкнул на неё зверем, и Надя судорожно вдохнула, резко замолчала. – Что такое? Неприятно? Теперь ты понимаешь, каково мне видеть это? – за спиной послышался смешок Вербина. – То, что ты меня не уважаешь, – поправился.

– Ты что, ревнуешь? – не в бровь, а в глаз. И опять же при всём честном народе. Этого ему только не хватало. Хотя сейчас только и понял, что на самом деле выглядит, как обезумевший от ревности бабуин. До чего довела его, а?

– Я ревную? Ну что ты, кукла! Мне просто не нравится, когда ты целуешься с другими мужиками! Забыла, чья ты невеста? – Кому принадлежишь – хотелось сказать.

– Что за чушь?! – возмутилась она, но тут же во взгляде что-то поменялось. – Махмуд… – процедила тихо.

– Так что, ему не показалось? – ладонь непроизвольно потянулась к её шее, а пальцы резко сжались на белой коже. – Ну? Целовалась с этим?! – сквозь зубы, склоняясь к её лицу, а в следующий же момент рука на её шее разжалась, и кулак едва не протаранил до самого затылка лицо Радугина, что шагнул к ним, видимо, пытаясь помочь своей подружке. Его качнуло, на пол потекла кровь.

– Что ты творишь?! – вскрикнула Надя, бросаясь к Радугину, но Хаджиев вернул её обратно, отталкивая к стене.

– Ещё раз спрашиваю! Махмуду не показалось?!

Она бросилась на Саида, стукнула кулаками по его груди.

– Идиот! Он гей!

Сзади закашлялся Вербин, видать, кофе подавился. Или попкорном. Увеселительное зрелище со стороны, похлеще сериала, над которым втихаря рыдает Хаджар.

Почувствовал себя клиническим дауном. Хотя светло-синяя ориентация её дружка ненамного меняет ситуацию. Если вообще меняет.

– Пидор, значит? – с дурной, абсолютно неадекватной ухмылкой повернулся к Радугину и просчитался. Отдача от педика прилетела в одно мгновение и слегка даже выбила дурь. – Точно, пидор. Даже бьёшь как баба.

– А ну иди сюда, щенок, я тебе покажу, кто тут баба! – Радугин выглядел комично с разбитой вдрызг физиономией, принимая стойку бойца.

– Ты же не выживешь.

– Так, ну всё! Хватит! Слав, ну ты-то куда?! – между ними встала Надя, протянув руки в стороны и удерживая мужчин на расстоянии. Вернее, удерживала только Саида. Пыталась.

Оттолкнув её руку, перевёл взгляд на виновницу торжества.

– Не бойся, я баб не избиваю. Сразу просто не признал, хотя хотелось и очень. Но как-то оно западло педика бить.

О блюдце звякнула чашка, и три пары глаз устремились на Вербина. Тот поднял руки в защитном жесте.

– Продолжайте, не обращайте на меня внимания, – этот ещё козёл издевается. Дурдом.

– Андрей Константинович, прошу вас, простите нас за эту отвратительную сцену. Просто некоторым нужно остыть! – с нажимом, твёрдо Надя посмотрела на Саида. – Успокойся, пожалуйста, – уже совсем тихо, чтобы расслышал только он.

– Спокоен! – огрызнулся, отходя к дивану и останавливаясь напротив телохранительницы, что окаменела с выпученными глазами и чашкой в руке. – Я тебя взял на работу не за тем, чтобы ты тут кофе попивала.

Девка вскочила, выровнялась.

– Простите, господин Саид, исправлюсь!

– К Махмуду иди. Там ждите, – сам ввалился на её место, искоса зыркнул на ухмыляющегося Вербина. – А ты тут что потерял?

– А ты бить не будешь?

– Ещё одна подъёбка – и буду.

– Да, полыхает у вас неслабо, – Вербину всё это зрелище будто удовольствие доставило. Честно говоря, поменяйся они местами, Саид тоже поржал бы. Сейчас как-то невесело было. Вообще. – Да расслабься ты. Я твою невесту впервые вижу. Дело тут одно есть. По маньячиле, который девок ворует. Вот, ищем. Эти двое вроде как помочь мне должны были. Но теперь, по ходу, минус один, – кивнул на Радугина, что, запрокинув голову, разлёгся полудохлым тюленем на кресле напротив.

Саид ревностно следил за бегающей вокруг него Надей и отчего-то горел изнутри. Что-то клинит его. Сильно и остро. Так, что сердцу больно и дышать нечем.