Дневники герцогини - Джиллиан Хантер

Шарлотта прислушивалась к стуку дождя по оконному стеклу. Пульсирующее наслаждение отступало и блекло, сменяясь легкой болью. Она прижалась бы к сильному телу Гидеона, не отстранись он от нее.

И если бы не выглядел таким довольным собой.

— Бесспорно, ты самый заносчивый мужчина, которого я встречала.

— Спасибо. — Он встал и улыбнулся ей, будто она его похвалила. — Что-то еще? — Гидеон подал руку, поднимая ее со сцены ее недостойной капитуляции.

— Да, ты слишком видный, нам повезло, что никто не заметил, как ты входил в академию. Ты бы так не улыбался, если бы мисс Пеппертри нас слышала.

— Мисс Пеппертри нужен хороший…

— Гидеон!

Он пошел к дивану за пальто и сюртуком.

— Мое почтение к мисс Пеппертри не простирается за пределы воздушного поцелуя.

— Память о котором, я уверена, останется у нее навечно.

Гидеон сунул руку в рукав сюртука.

— Давно ли ты знаешь этого прохвоста?

— Кого?

— Ты знаешь, кого я имею в виду. Морленда. Твою первую любовь.

Шарлотта завязала пояс.

— Сколько из моего дневника ты прочел?

— Не так много, как следовало бы.

— Я знаю Филиппа всю жизнь. А теперь твоя очередь отвечать.

— Я прочел несколько недавних эпизодов, касавшихся меня. И частично об этом прохвосте.

— И это все? — скептически спросила она.

— Учитывая короткое время, которое дневник находился у меня, и дела, требовавшие моего внимания, думаю, я прочел достаточно.

Шарлотта замерла, почувствовав, что что-то упустила.

— Я думала, ты оставил дневник в карете и не брал его в тот дом.

Гидеон покачал головой:

— Я… я читал его в карете.

— И ты взял его… Не может быть! Неужто ты взял его в тот дом с дурной репутацией?

Он отвернулся, чтобы сунуть вторую руку в болтающийся рукав сюртука. Шарлотта огорченно прищурилась.

— Только не говори, что мой дневник стал невольным свидетелем какого-нибудь похотливого акта.

— Конечно, нет, — не раздумывая ответил Гидеон. — Разве я выгляжу законченным повесой?

— Да. Именно так ты и выглядишь!

Он взял ее лицо в свои ладони.

— То, что сейчас произошло между нами, самое дерзкое мое приближение к похотливому акту за долгое время.

— А я так близко никогда не подходила, — прошептала Шарлотта.

— Как тому и следовало быть.

Подняв ее лицо, Гидеон поцеловал ее в губы. Она инстинктивно вздрогнула.

— Тебе не следовало быть здесь.

— Как еще нам узнать что-то друг о друге за слишком короткое ухаживание?

— Я предлагаю долгие прогулки в парке.

— Не слишком приватное место для…

— Как и этот дом, ваша светлость, — сказала Шарлотта, снова обретя здравомыслие. — Вы должны уйти.

Гидеон с глубоким вздохом отпустил ее. Прежде чем он смог снова сбить ее с толку очередной очаровательной уловкой, Шарлотта потянулась за его пальто. Взяв его, Гидеон повернулся к двери.

— Не провожай меня. — Он обернулся, и от его взгляда ее бросило в дрожь. — И держись подальше от окна. В такую пору бродят опасные личности.

Выскользнув из дома, Гидеон торопливо зашагал под моросящим дождем. Он толком не понимал, что с ним произошло, его мысли, казалось, завязались в узлы, как и его тело.

Оглянувшись, он увидел, что Шарлотта смотрит на него сквозь шторы. Он предупреждающе качнул головой. Она исчезла. Какой-нибудь прохожий мог заметить ее, если укрылся за растущими под окном кустами. Эта мысль расстроила Гидеона. И когда он повернулся, то увидел спешившего через улицу мужчину в плаще с капюшоном.

Гидеон смотрел на него сквозь сырой туман.

— Сэр Дэниел! Это опять вы?

— Господи! Ваша светлость, я сначала вас не узнал. И собирался продемонстрировать вам острый конец моей трости. Я думал, под окнами академии может притаиться человек с нездоровым любопытством.

Гидеон заколебался. Чертовски повезло, что сэр Дэниел не заглянул в окно несколько минут назад.

— Вы когда-нибудь спите? — спросил он, жестом велев кучеру подогнать стоявшую поодаль карету.

— Я урывками сплю днем.

— Подвезти вас домой?

— Нет, спасибо. Дождь слабый, и мне предстоит кое с кем встретиться на углу.

Гидеон оглядел улицу:

— Я никого не вижу. Какого сорта этот человек?