Жаркое свидание в Майами - Надин Гонсалес

— Куда?

— Вверх по побережью до Нью-Йорка, потом через всю страну в Лос-Анджелес.

— Нет.

Ее резкий ответ ранил его.

— Я не прошу тебя переехать ко мне, — сказал он, защищаясь. — Просто хочу побыть вместе.

— Мой папа празднует свое шестидесятилетие в это Рождество, — проговорила она. — К тому же у меня есть дела здесь.

— Какие дела? Галерея закрыта, — напомнил он.

— Я никогда больше не буду на них работать.

— Что тогда? Орландо?

— Нет, — ответила она. — Я останусь здесь и приведу себя в порядок.

Сандро потерял аппетит.

— Ангел, тебе не обязательно в твоей жизни все продумывать. Во всяком случае, не ради меня.

— Вообще-то обязательно. — Ее голос был измученным шепотом.

Он хотел возразить, но слова замерли у него на губах. Кто он такой, чтобы читать ей нотации?

Он избегал серьезных отношений по тем же причинам. Он хотел, чтобы его карьера шла своим чередом. Потребовалось несколько хитовых фильмов и множество наград, чтобы заставить его притормозить настолько, чтобы впустить в свою жизнь такую женщину, как Энджел.

— Занимайся своими делами. Когда вернешься сюда, мы сможем быть вместе.

— Ты полетишь со мной за наградами? — спросил Сандро. — Ты — моя пара.

— Нет, — она стояла на своем, — ты предал наши отношения, какая мы теперь пара…

— Ангел, я…

Она схватила его за руку, словно хотела помешать ему сказать что-то необдуманное.

— Все это не должно было иметь значения. Помнишь? Ты должен был уйти, а я должна была жить своей жизнью.

Сандро встал, чтобы достать из холодильника пиво. Ему нужно было остыть. Странное чувство охватило его. В ее съемной квартире он чувствовал себя как дома, а не на Фишер-Айленде или в Лос-Анджелесе. Это было чувство, которое ускользало от него в течение многих лет. После смерти деда у него не было дома.

Алессандро поставил бутылку пива на столешницу и подошел к ней. Низко склонившись перед ней, он с тревогой опустил руки ей на талию. Он может потерять ее, если не справится с этим.

— Я не хочу тебя потерять.

Ее глаза остекленели от слез.

— Я тоже не хочу, чтобы ты меня потерял, но я больше не могу витать с тобой в облаках, Алессандро.

— Ангел… Я знаю, что причинил тебе боль и нарушил свое обещание. Мы обещали говорить друг другу то, что имеет значение.

Он не имел права давать такое обещание, несправедливо завоевывая ее доверие, в то время когда он так много от нее скрывал.

— Это уже не имеет значения.

— Ты сдаешься?

— Я же сказала: мы вращаемся вокруг разных солнц.

— Это ничего не значит!

По тому, как она наклонила голову, он понял, что ничего не может ей сказать.

— Доверься мне, — попросила она. — Так будет лучше.

Сандро прижался губами к ее губам, моля Бога, чтобы он мог избавить ее от боли, которую причинил ей. Когда он отстранился, вкус ее слез был у него на языке. Он не произнес этого, но посвятил себя ей прямо здесь и сейчас.

На следующее утро Энджел вышла проводить его до стоянки. Сандро крепко обнял ее и вдохнул знакомый запах ее кожи. Он не брился. Она потерлась щекой о его щетину.

— Мы можем поддерживать связь? — робко спросил он.

— Можем, — сказала она. — Но никаких обязательств и правил, как раз в твоем духе.

— Что ты собираешься делать?

— Для разнообразия я буду умной.

— Ты будешь помнить меня, свою глупую ошибку?

Энджел улыбнулась ему свежей, как день, улыбкой.

— Всегда.

Майлз встретил его медвежьими объятиями.

— Мистер «Золотой глобус»!

Сандро припарковался в переулке за рестораном и нашел Майлза у задней двери.

— Я возвращаюсь в Лос-Анджелес, — сказал Сандро.

— Как долго на этот раз?

— Мне повезет, если я вернусь до весны. После награждения я уезжаю сниматься в Новую Зеландию.

— Черт. — В кухне пахло кофе. Майлз налил ему чашку. — Я просто привык к тебе.

Майлз разогрел свое любимое шоколадное печенье и поставил его перед Сандро.

— Ты в порядке? — спросил Майлз.

— Я не в порядке, — признался Сандро. — Энджел порвала со мной. Я потерял ее.

Сандро отодвинул чашку с кофе и покрылся холодным потом. Он потерял своего ангела, и ему некого было винить, кроме самого себя. Он не мог бы все испортить более эффектно, даже если бы планировал это заранее.

— Я на это не куплюсь, — сказал Майлз. — Во всяком случае, ваши отношения развивались слишком стремительно. Может быть, немного притормозить не повредит.

Джиджи сказала что-то похожее, только использовала слова «горячий» и «тяжелый». Ей удалось превратить отказ Энджел сопровождать его на «Золотой глобус» в позитив.

— Это хорошо! Я была бы гораздо более обеспокоена, если бы она захотела оказаться в центре внимания вместе с тобой.

— Это значит, что тебе придется быть в центре внимания, — произнес он. — Мне нужна пара. Пожалуйста, не заставляй меня идти с моим публицистом.

— Можешь на меня рассчитывать! — сказала Джиджи. — Прыгать в центр внимания — мой любимый вид спорта.

Сандро проглотил половину печенья одним большим куском. Жуя, он наблюдал за своим другом детства. Что-то было не так.

— Что с тобой происходит?

Майлз пожал плечами:

— Все по-старому.

— Не надо, — помотал головой Сандро. — Я все время прихожу сюда и жалуюсь, и жалуюсь. Почему ты не можешь поделиться своими проблемами со мной? Семья, сексуальная жизнь, ресторан…

Майлз слегка пошевелился, но Сандро его опередил.

— В ресторан! Бинго!

Майлз обошел пустую кухню. Скоро прибудет его персонал, и им будет не до разговоров.

Сандро перешел к делу:

— Я рискую потерять очки, говоря это, но вот что. Я люблю тебя. Я хочу, чтобы мы и в старости встречались два раза в неделю на скамейке в парке, пока наши внуки бегают вокруг.

В этом путешествии Сандро потерял семью. Может быть, его отношения с Сабиной удастся спасти. А может, и нет. Она была не тем человеком, за которого он ее принимал. Им придется заново познакомиться и начать все с нуля. Он оставит это на ее усмотрение. Его отношения с друзьями были совсем другой историей. Сандро был готов бороться за их сохранение.

Майлз метнул скомканное кухонное полотенце в голову Сандро.