На чужом празднике - Холли Престон

— Но все павильоны закрыты, — с сомнением произнесла Санни.

Они подъехали к стоянке машин у шикарной ярмарки, на которой располагался новый открываемый Морганом филиал «Глобуса».

— Я знаю, — спокойно ответил он, заглушая мотор. — У меня есть ключ.

— Ты хочешь сказать, что тебе надо работать сегодня? Я думала, что мы собираемся отметить открытие магазина.

В ее голосе прозвучал робкий намек.

— Нет, я не буду работать. К завтрашнему дню все готово. Но прежде чем завтра утром распахнутся двери перед посетителями, я подумал, что мы могли бы отпраздновать открытие в интимной обстановке.

Идея понравилась, но у Санты возникли кое-какие сомнения.

— В пятницу вечером, в конце рабочей недели в городе укромного местечка не найдешь.

— Тебе вчера пришлось допоздна работать, как и мне. Сегодня я, слава богу, закончил пораньше и все успел подготовить.

— Подготовить что?

— Сейчас увидишь.

Санта как завороженная вошла за Клаусом в пустынный павильон. Было нечто волнующее и опьяняющее в их таинственном проникновении в великолепный магазин, открываемый завтра. Каждую деталь его убранства он продумал до мелочей.

— Идем, — тянул он Санту всякий раз, когда она останавливалась в восхищении перед какой-нибудь витриной.

Они с Дороти обычно пользовались центовками и ярмарками, где на распродажах выстраивались длинные очереди. Первый раз в жизни она попала в респектабельный магазин, когда покупала новую машину на недавно полученные комиссионные.

Встреча с Морганом под Рождество перевернула всю ее жизнь и принесла знакомство с новым миром, который, как она знала, существовал, но куда у нее не было пропуска. Все случилось как в сказке со счастливым концом. Клаус все время твердил о свадьбе, они нежно любили друг друга, хотя и страшились предстоящего события.

— Ты действительно все предусмотрел, — заключила Санта, останавливаясь у витрины с ювелирными украшениями.

Рядом в серебряном ведерке со льдом стояли шампанское и два хрустальных бокала.

— Я говорил тебе, что день перед открытием нового филиала для меня всегда особый, — тихо сказал Клаус. — Хотя я открыл уже двадцать, все равно волнуюсь.

Отдел был украшен красными звездочками, обращающими внимание покупателей на товары по специально сниженным только в день открытия ценам.

С легким хлопком вылетела пробка, и пенистая жидкость наполнила бокалы.

— За нас! — предложил Морган.

От пузырьков игристого вина защипало в носу, и Санни хихикнула.

— Не забывай, что случилось в прошлый раз, когда мы пили шампанское.

— А я думал, что ты забыла. Но на сей раз я спрятал щипцы, фены и прочие нагреватели, — подтрунивал он над ней.

— Клаус!

— Все в порядке. Кожа слезла, и я опять как новенький. К такому заключению пришел вчера врач.

— Приятно слышать, — отозвалась она, пригубливая шампанское.

— Видишь здесь что-нибудь, чего тебе бы хотелось? — с улыбкой спросил он.

Она наклонилась над прилавком и, притянув Клауса к себе за галстук, тихо произнесла:

— Да, дорогой, тебя…

— Я имел в виду — из драгоценностей.

— О! — Его слова заставили Санту отказаться на время от поцелуя и посмотреть на витрину. — Что ты хочешь этим сказать?

— Ведь ты намереваешься превратить меня в честного человека?

Она отпустила галстук и принялась пристально изучать обручальные кольца.

— Выбери любое, какое понравится, — предложил Морган.

— На сегодня или вообще? — спросила Санта, пытаясь по его глазам угадать его истинные намерения.

— Если я дарю тебе обручальное кольцо, это значит, что ты никогда не должна снимать его, — тихо, но твердо сказал он, и Санни поверила любви, сиявшей в его взгляде.

Посмотрев на кольца еще раз, она выбрала одно, с большим желтоватым бриллиантом в простой оправе.

— У тебя губа не дура. — Клаус взял кольцо и надел ей на палец.

— Подошло! — радостно воскликнула она.

— Хочешь, можешь померить и другие.

— Нет, спасибо. Если мне что-то подходит, я чувствую это. Это — мое кольцо.

— Хорошо, пошли, — сказал Клаус, обнимая ее за плечи.

— Куда?

— Увидишь!

И он повел ее к эскалатору, чтобы подняться в отдел для новобрачных.

— Ты хочешь, чтобы я сегодня выбрала и свадебное платье?

— Нет. У меня есть сюрприз для тебя. Садись. — Он указал на бархатное кресло. — Закрой глаза, а я вернусь через минуту.

Санни повиновалась, гадая, что еще он мог придумать. События последних недель показали, что за его строгой и неприступной внешностью скрывается романтическая и заботливая натура.

— Не открывай глаза, — сказал Клаус, возвратившись.

Она почувствовала, что он встал перед ней на колени, услышала шорох бумаги.

— Что это? — с замиранием сердца спросила она.

— Поставь ногу мне на колено, — попросил он. Затем снял с нее туфлю и мягко помассировал ногу.

— Массаж! Это твой сюрприз? — пыталась догадаться она. — Нет, я не разочарована. Напротив, мне очень приятно, продолжай, пожалуйста.

Но массаж вдруг прекратился, и Клаус надел ей на ногу что-то.

— Теперь можешь открыть глаза.

Санта посмотрела на ногу и не смогла удержаться от слез.

— Они прекрасны, — всхлипнула она, глядя на свадебные туфли из белой парчи, отделанные жемчужными и хрустальными бусинками, настоящие туфли для Золушки.

— Значит, они нравятся тебе?

— Нравятся? Это не то слово. Я без ума от них. Придется хранить под семью замками, чтобы Мэри не добралась до них. Они словно сделаны для принцессы.

— Так оно и есть, моя принцесса. — Он надел вторую туфельку. — Я стою перед тобой на коленях и предлагаю тебе мою руку и сердце. Санни, выходи за меня замуж и сделай все дни в моей жизни праздничными.

— Да. Я согласна. Можешь поцеловать невесту.

Он поднялся, сияющий от счастья, и замер в поцелуе, достойном принцессы на балу в хрустальных башмачках.

— Попробуй пройдись в них, чтобы убедиться, что они не жмут. Если что-то не так, мы можем…

— Нет-нет, это плохая примета носить такие вещи до свадьбы. Все чудесно.

Санта сняла туфли, осторожно положила их в коробку и закрыла.

— Теперь у меня остался последний сюрприз для тебя, — сказал Клаус, беря коробку под мышку и приглашая пройти за ним.