Амиль. Сделай меня... своей - Лена Голд

— Моя девушка остановилась здесь, — обвожу взглядом помещение, где воняет ужасно. По словам Мариба, Ксюша тут. — Ксенией зовут.

— Я такую не знаю, — пожимает она плечами.

Протягиваю несколько купюр, после чего баба кивает наверх. Мол, твоя там.

Стучу в дверь, но ни звука. Абсолютная тишина.

— Открывай! Я знаю, что ты там! — рычу от злости. — Ксюша! Или я вышибу эту дверь нахрен!

Доносится какой-то грохот. После чего ее тихий голос:

— Амиль?! Это ты?!

Я, черт возьми! Я, цветочек!

Глава 18

Слышу голос за дверью, но уверена, что это просто мои галлюцинации на фоне стресса. Ведь его там просто не может быть!

Я не могу в это поверить.

Прячусь за тумбой, которая покосилась, пока я ее двигала, чтобы протиснуться в угол.

Стук вновь повторяется, как и голос Амиля.

«Боже мой», — облокачиваюсь руками на деревяшку, и она ломается под моим весом. Чуть сама не падаю, но все же встаю и тихо шагаю к двери.

Дрожащей рукой дотрагиваюсь до замка, в последний раз задав вопрос:

— Амиль? Это ты?

Открываю, и мое израненное сердце вконец разрывается. Не знаю, от чего больше. От счастья или боли. Безнадеги или надежды.

Он стоит передо мной… Такой нежный, такой родной.

— Ам… Ами-иль, — голос становится осипшим, потому что горло сдавливает ком из слез и отчаяния.

Он не двигается с места и смотрит в мои глаза, в которых он размывается от влаги, подступившей и уже стекающей по щекам. Всхлипываю громко, и он тут же срывается ко мне, буквально снося.

Подхватывает меня и крепко прижимает к себе. Чуть ли не до хруста костей.

— Я, цветочек. Я, — шепчет, уткнувшись в мою шею лицом. Словно дышит мной.

— Амиль… — повторяю раз за разом его имя, ощущая поцелуи жестких, но таких горячих губ.

Наконец-то отмираю и цепляюсь в него руками, жадно вбирая его объятия. Напитываясь ими и воспаряя, понимаю, что я в безопасности.

— Моя девочка, — скользит по моим отметинам на плечах. От шеи к челюсти. Целует каждую ссадину, прося прощения.

Садится со мной на руках на кровать, устраивая меня сверху лицом к себе и берет в руки мое лицо. Смотрит так, что этой нежностью и заботой затопляет всю мою боль, и целует. Целует настолько нежно, как только ОН может. Властвует в моем рту, вновь заявляет права, и я поддаюсь его напору. Никогда не сопротивлялась и не смогу. Больше не смогу.

— Прости, цветочек, — шепчет, отрываясь от меня. — Прости, что так долго.

Улыбаюсь, роняя капли слез на его пальцы, гладящие мое лицо.

— Ты не виноват, — качаю головой из стороны в сторону. — Сейчас ты тут, — прикасаюсь к его щеке ладонью, пытаясь поверить, что это не сон, что я не сплю. — Как раз вовремя.

Улыбаюсь ему так искренне, как только могу. Как никогда не улыбалась.

— Поэтому нам пора уходить, цветочек. Больше не отпущу, слышишь? — говорит не терпящим возражений голосом, а я и рада.

Мне больше ничего не нужно. Пусть будет рядом. Всегда. И не отпускает. Никогда!

— Я не против.

— Какие-то вещи нужно забрать? — взгляд в глаза. — Хотя нет. По дороге все купим. Вставай.

Осматривает комнату, чуть поморщившись.

— Только деньги. У меня тут немного спрятано, — вытаскиваю их.

Он изгибает бровь, смотря на три пятитысячных купюры.

— Что? Я готовилась к побегу, — грустно усмехаюсь от этого абсурда, но Амиль лишь кивает и, взяв меня за руку, тянет на выход.

Спускаемся. Но перед тем как выйти, в фойе он останавливается и целует меня.

— Тобой не насытиться, — хриплый смешок прямо в губы.

Поблагодарив женщину, которая, вздохнув, кивнула мне на прощание, я выхожу на улицу за мужчиной, который так сильно внушает, волнует мою душу. Пришло время довериться хоть кому-то. И если этот кто-то — он, то я не против.

Амиль усаживает меня на пассажирское сидение, застегивает ремень безопасности. Быстро обходит авто, а после мы срываемся с места.

Поддаюсь порыву и цепляюсь за его руку, прижавшись щекой к его плечу. Мне сейчас так хочется объятий, ласки. Немного веры. Потому что я очень устала. И в данный момент мне не так страшно, как было буквально минут двадцать назад.

Стараюсь не думать о муже, пока мы рассекаем ночные улицы города, ставшего токсичным для меня.

В глазах скапливаются слезы от ощущения спокойствия. Такого желанного и выстраданного.

— Ты чего? — задает вопрос, словно почувствовав мое состояние.

— Все хорошо, — улыбаюсь, подняв на него глаза. — Просто иногда сложно поверить в происходящее. Особенно когда привыкаешь к иному.

— Я рядом, — слегка сжимает мое колено, — чувствуешь? — киваю молча. — И это не изменится. Никогда не изменится. Просто поверь мне, Ксюш.

— Я верю, — шмыгаю носом.

Крепче прижимаюсь к нему. Он внезапно сворачивает с дороги и паркует автомобиль на обочине. Кругом яркие вывески бутиков, и больше ничего.

— Что-то случилось?

— Пойдем, — выходит, а я не могу с места сдвинуться, потому что не понимаю, что происходит.

— Амиль, ну куда? — перехватываю его руки, которые отстегивают мой ремень безопасности.

— Ксюш, просто доверься. Купим немного одежды тебе. Снимешь эти тряпки с себя. Окей? Давай без протестов, договорились?

— Одежды? — шокировано смотрю на него. — Ты что, серьезно? Какая одежда? Я думала, мы…

— Мы уезжаем, да. Но я хочу, чтобы ты чувствовала себя комфортно. И это касается не только окружающей обстановки.

— Амиль, ведь ночь! Закрылись все бутики, наверное… — последнее шепчу вымученно, потому что ведь вижу, что есть открытые.

— Ты просто спать рано легла. Как ребенок, — тихо смеется он. — Сейчас не больше одиннадцати. Да и им будет в кайф