Скрытый во тьме - Фелисити Вон

Она просто смотрит на меня так, словно я раскрыл секреты Вселенной, а я жду ее следующего вопроса, как будто это последняя крошка, которую я когда-либо съем.

— Так ты, типа… видел все? — говорит она, смущаясь и отводя взгляд, и румянец заливает ее скулы.

Я посмеиваюсь. — Нет, я всегда оставлял тебя наедине в такие моменты. Я бы никогда не предал твоё доверие таким образом. Но признаюсь, я видел, как ты проходила через свои самые тяжелые времена.

Она закрывает лицо руками, и я не могу сдержаться, чтобы не притянуть ее к себе и не сказать ей, как я рад, что был там в тот день.

— Ты видел меня в тот день, когда у меня была передозировка.

Воспоминание о том, как она лежала без сознания на полу в общежитии, преследует меня по сей день. Я пытался выкинуть это из головы, как и она, но это был мой самый большой провал. Не проходит и дня, чтобы я не пожалел, что не открылся ей раньше. Может быть, тогда я смог бы избавить ее от этой боли.

Теперь у меня есть такой шанс, и мне нужно, чтобы она знала, как сильно она мне всегда была дорога. Даже до… всего этого.

— Я видел, как все к этому шло, Вай. Я видел, какой образ жизни ты ведешь, и знал, что это ни к чему хорошему не приведет. Я хотел вмешаться и пытался, но мне пришлось позволить тебе сделать свой собственный выбор. Но кто, по-твоему, позаботился о том, чтобы твоя подруга Кейтлин стала носить с собой Наркан? Она не сама до этого додумалась.

— Ты сделал это ради меня? — слезы навернулись ей на глаза.

— Все, что я делаю, я делаю для тебя. Даже когда ты попросила меня оставить тебя в покое, я сделал это ради тебя, потому что ты этого хотела. Но я никогда не уходил. Не совсем. Я никогда не позволил причинить тебе боль. Каждую секунду, пока я был вдали от тебя, я ждал момента, когда ты снова будешь нуждаться во мне.

— Свеча, — шепчет она, и в ее ярких глазах появляется восхищение, словно она только что узнала о существовании магии.

— В этом не было необходимости, но, зная тебя, называть мое имя вслух было бы странно. Поэтому я дал тебе простой знак, чтобы ты послала его мне.

— Я не могу поверить, что это реально, — бормочет она, проводя пальцами по волосам и встречаясь со мной взглядом. — А Грейсон? Ты…

— Он мертв, Вай. Мне жаль, если это причиняет тебе боль, но я не жалею, что сделал это. Я чувствовал его намерения по отношению к тебе, я чувствую намерения каждого, когда дело касается тебя. Он изменился в тот момент, когда ты начала постоянно гастролировать с отцом. С каждым днем его мысли становились все мрачнее, и сегодня он был готов действовать в соответствии с ними, независимо от результата. Он планировал получить то, что хотел, даже если ему пришлось бы взять это силой. Ты можешь мне не верить, и это нормально. Но я не мог больше позволять ему гноиться в этом зле. Я не мог допустить, чтобы он сделал что-то с тобой. Я не могу потерять тебя.

Она не плачет, не кричит. Она даже не выглядит расстроенной. Более того, похоже, что она и так все знала, а мои слова лишь подтвердили это.

— Я просто беспокоюсь о своем отце. Это был его лучший друг на протяжении многих лет. Это будет сильным ударом для него.

— Его лучший друг пытался напасть на его дочь и даже хуже, — говорю я, и слова выходят резче, чем я предполагал.

Я выдыхаю, проводя ладонью по шее. — Прости.

Она поднимает руку. — Ты прав. Со временем он оправится. — она сглатывает и пожевывает губу, сканируя меня взглядом. — С тобой все в порядке? Я только что поняла, что не спросила тебя. Вся эта кровь… она твоя?

Мои щеки вспыхивают от ее доброты. Никто из других ангелов никогда не спрашивал меня, все ли со мной в порядке, да и я, если подумать, никогда не спрашивала их. Наша работа — защищать, а физическое и душевное благополучие не имеет значения. Это касается всех, кроме Вай.

— Я в порядке.

Она сдвигается с места и скрещивает татуированные руки на груди. Ее прекрасное лицо приобретает суровое выражение.

— Почему ты не рассказал раньше? Зачем было уходить из моей комнаты и оставлять меня без ответа? Ты мог бы легко… расправить свои огромные крылья, и я бы тебе поверила.

Последствия моих действий обрушились на меня, как тонна кирпичей. У меня была веская причина не говорить ей, и я не жалею о том, что остался в стороне после сегодняшнего вечера. Я поступил так, как было необходимо.

Брэдфорд должен был умереть, но это не будет моим концом. Этот момент истины с Вай — вот что станет моим концом.

— В тот момент, когда ты узнала, что я твой темный ангел, я предрешил свою судьбу. Сильные мира сего лишат меня крыльев сегодня ночью, и я буду брошен в небытие. Я не мог рисковать, пока не убедился, что ты в безопасности. — я склоняю голову и с достоинством говорю — Моя миссия на этом завершена.

Ее глаза расширяются, челюсть приоткрывается, а лицо бледнеет.

— Нет. О чем ты говоришь? Этого не может быть. Ты был здесь со мной все это время, как же я теперь буду жить без тебя? Пожалуйста, должен быть способ спасти тебя, я не хочу тебя отпускать.

С этими словами она сокращает расстояние между нами, обхватывает меня руками и притягивает к себе, зарываясь лицом в мою грудь, словно ей плевать что я весь в крови.

— Пожалуйста, Джаггер. Скажи мне, что есть способ все исправить.

Я больше не буду от нее ничего скрывать. Неважно, как трудно это сказать и каковы последствия. Если она хочет знать, как я могу избежать гибели в небытии, я скажу ей.

Я говорю — Я могу пасть.

Она кладет руки на мою влажную грудь и смотрит на меня снизу вверх.

— Как падший ангел? — я киваю, и она продолжает. — Это безопасно? Что тебе нужно делать? Чем я могу помочь?

— Вай.

— Скажи мне, Джаггер.

— Моя жизненная сила связана с ангельским царством. Мне придется разорвать эту связь и соединить ее с другой.

Она пожимает плечами, окидывая лес растерянным взглядом.

— Хорошо. Разорви ее и соедини с этим царством.