Неверная, или Готовая вас полюбить - Юлия Шилова

Я хотела встать, чтобы отправиться на поиски Егора, но передглазами все поплыло, и мои мышцы вновь начали сводить судороги. Прямо надголовой кто-то засвистел. Я вздрогнула, подняла голову и обнаружила, что напотолке никого нет. Стоило опустить голову, как свист раздался опять. Он былтаким сильным, что у меня заложило уши.

– Хорош свистеть! – крикнула я в пустоту, неподозревая, что у меня начались галлюцинации.

Как только твари под моей кожей совсем озверели, я схватилалежащий на подносе нож и стала резать свои руки, пытаясь до них добраться. Мнеказалось, что вместе с кровью из-под моей кожи исчезнут надоевшие твари, и чембольше крови я из себя выпущу, тем быстрее освобожусь от этого кошмара.

Именно за этим занятием меня и застал Егор. Он отобрал уменя нож:

– Дура, ты что с собой делаешь?! – Егор достал бинт ипринялся перебинтовывать мои руки.

– Там кусачие твари ползают… – бормотала я, плохо осознаваядействительность.

– Какие твари?!

– Те, что у меня кожей.

– Сама ты тварь! – крикнул Егор. – Этогаллюцинации. Понимаешь?

– Если ты не дашь мне дозу, то твари съедят меня заживо.

– Я достал более качественный кокаин. Он не такой вредныйдля здоровья.

– Дай что угодно, только спаси меня от этого кошмара!

Егор достал кокаин, дал мне хорошую дозу, и я наконец-топочувствовала себя человеком. Голова просветлела, настроение заметно поднялось.Я посмотрела на перебинтованные руки и с дрожью в голосе произнесла:

– Егор, мне страшно. У меня начинаются галлюцинации.

– Не бойся.

– Я очень боюсь. Мне кажется, что если я останусь безнаркотиков, то просто сойду с ума.

– Это я виноват: делаю слишком большие паузы между приемомнаркотиков. Мне постоянно хочется, чтобы ты вымаливала у меня дозу, ползалапередо мной на коленях, унижалась, целовала мои ботинки. Обещаю, больше такогоне будет, а то француз испугается и сбежит от тебя. Нельзя, чтобы ты потерялатоварный вид. Я сокращу время между приемами наркотиков, и ты всегда будешьсебя хорошо чувствовать. Ведь нас ждут великие дела.

– Пожалуйста, не мучай меня больше. А руки сильно порезаны?

– Пустяки! Можно сказать, что я успел вовремя. До свадьбызаживут, – неудачно попытался пошутить Егор.

– А что я скажу Шарлю?

– Ничего. Пока наденешь легкое платье с длинными рукавами.Завтра мы летим в Ниццу.

– Так быстро?

– А что тянуть? У твоего Шарля столько денег и такаявлиятельная семья, что для него нет никаких преград, он сделал все буквально заодин день. Знаешь, Натаха, я до седых волос дожил, а такого Шарля в природе невидел! Может, он в единственном экземпляре? Хотя я про таких много слышал. Лохурюпинский. Точнее, лох франко-урюпинский. Больной человек, в любовь верит.Прикинь!

– А ты считаешь, что в любовь верят только больные люди?

– Ну ясно дело, что не здоровые. Здоровые с головой дружат изнают, что любовь только для идиотов. Любовь – это болезнь. Значит, люди,которые в нее верят, реально больные, и у них серьезные психические отклонения.

Я находилась в состоянии «прихода» и ощущала, как по моемутелу разливается приятное тепло.

– Егор, а как ты живешь без любви?

– Нормально. Не жалуюсь.

– А мне без любви очень плохо. Если бы в моей жизни былалюбовь, то, возможно, я смогла выбраться из того дерьма, в которое попала. Возможно,у меня бы появились силы и стимул.

– Натаха, не успокаивай себя, – засмеялся Егор. –У наркоманов нет ни сил, ни стимула. Нам с тобой уже ничего не поможет. Еслитолько могила…

В этот момент раздался телефонный звонок, и Егор тут же снялтрубку. Как только он заговорил по-английски, я сразу поняла, что позвонилШарль, и взяла протянутую мне трубку. Шарль предложил прогуляться по берегуморя, я сослалась на плохое самочувствие и хотела было отказать, но Егор сильнопнул меня ногой прямо в живот, я взвизгнула, сказала Шарлю, что чуть было неупала на ровном месте, и согласилась.

– Не смей меня бить! – крикнула я Егору после того, какположила трубку.

– А ты не смей себя так вести и портить все дело! Нас ждутбольшие деньги!

Надев легкое платье с длинными рукавами, я наклонилась кЕгору и тихо спросила:

– Егор, а ты меня когда-нибудь отпустишь и дашь возможностьвернуться к прежней жизни?

– Забудь об этом. Ты никогда не вернешься к прошлому.

– Почему?

– Наркоманы не возвращаются в прошлую жизнь.

– Что я должна сделать для того, чтобы ты и твои сообщникиуничтожили запись, на которой я признаюсь в убийстве Игоря? Чтобы ты отпустилменя на все четыре стороны и дал мне право на собственную жизнь?

Лицо Егора моментально стало сосредоточенным и задумчивым.

– Ты действительно этого хочешь?

– Хочу.

Я кивнула и не могла не заметить, что глаза Егора сузились истали хитрыми.

– Я не сомневаюсь, что ты можешь обойтись без меня, но чтоты можешь обойтись без кокаина – нет. Я – это кокаин. Не будет меня – не будеткокаина. Ты не только порежешь себе руки в поисках непонятных тварей. Тывскроешь себе вены. Ты не сможешь без кокса. И если не будет меня, то уже никтоне сможет тебе помочь. НИКТО.

– Ты не ответил на мой вопрос. С наркотиками я разберусь. Неуходи от ответа. Это возможно?

– Это возможно.

– Что я должна для этого сделать?

– Выйти замуж за француза, заключив брачный договор,согласно которому в случае развода он отдает тебе свою виллу в Ницце и долю вродительском бизнесе. Одним словом, ты должна уговорить Шарля составить брачныйдоговор так, чтобы все, что у него есть, он переписал на тебя. Вы разводитесь,ты получаешь свой кусок пирога, переписываешь его на меня, я и мои сообщникиуничтожаем видеозапись с твоим признанием в смерти Игоря и расходимся с миром.

Я слушала Егора и понимала, что он говорит нереальные вещи,даже надо мной издевается. Если даже Шарль увлекся моей персоной, то он нетакой дурак, чтобы поставить ради этого увлечения на кон все, что у него есть.

– Ты же сам знаешь, что это невозможно.

– Наташка, в жизни нет ничего невозможного. Хочешь получитьправо на собственную жизнь – дерзай. Все только в твоих руках.

– У Шарля влиятельные родители, они вряд ли разрешат емужениться.