Пламя в моем сердце - Рита Трофимова

— Это шантаж, — возмутилась Лина, тут же выдернув ладонь.

Филипп, посерьёзнев, спрятал руки в карманах.

— Я просто хочу, чтобы ты всегда была рядом. Мне так спокойнее и, если честно, сегодня ночью я впервые за долгое время вспомнил, что такое нормальный сон, часа два проспал как убитый. И это всё благодаря тебе, Лин.

— Правда? — Сердце защемило от нежности, затрепетало, как бабочка над цветком, и Лина тут же смягчилась, она и сама толком не спала последние две недели, а этой ночью рядом с ним… — Ладно, уговорил, но смотри, если я скажу подъём — значит подъём! У нас сегодня столько дел! Я всё-всё распланировала.

— Как скажешь. — Филипп наконец улыбнулся, обнял её за плечи и потянул за собой в гостевую.

«Какой он настойчивый и упрямый, и будто совсем не больной», — подумала Лина, отчего-то ощущая себя спасительницей, нет, скорее, победительницей всех вместе взятых недугов.

Они вошли в гостевую и вместе упали на кровать. Филипп улёгся на спину, Лина легла на небольшом расстоянии, но Фил притянул её ближе, и она поддалась, положила голову ему на плечо, прижалась к боку и обняла, ощущая лёгкость и такое желанное умиротворение. «Да и чему удивляться, — подумала Лина, вдыхая особый запах Филиппа. — Он рядом, я нашла его, мы держимся за руки, а значит, ничего плохого больше не случится».

— А скажи мне что-нибудь красивое на латыни. Ты же знаешь латынь? — Лина из последних сил боролась с дремотой, но глаза против воли слипались.

— Только в пределах учебной программы.

— Скажи… — сонно пробормотала она.

Фил взял её ладонь, щекотно погладил пальцем и тихо произнёс:

— Amor non est medicabilis herbis.

— Как певуче звучит. И что это означает?

— Нет лекарства от любви или, если дословно, то: любовь травами не лечится.

— Любовь… — прошептала Лина, постепенно забываясь сном.

* * *

Лину разбудило назойливое жужжание телефона. Она, спросонья, не сразу поняла откуда идёт звук, нащупала телефон рядом с подушкой и ответила на звонок.

— Лин! — в ухе раздался бодрый голос Лёхи. — Я сдал все экзамены и теперь свободен, как синий кит в океане. Между прочим, все на отлично!

— Ура, я очень рада, Лёш, — шёпотом сказала она, ощущая за спиной уютное тепло и вмиг вспоминая, что уснула на плече у Филиппа. Она медленно обернулась, поняв, что находится в кровати одна. На месте Фила, лишь плотное одеяло, свёрнутое бревном и подпирающее бок. «Что ж, вполне в его духе», — мысленно усмехнулась она.

— Ты спишь, что ли?

— Уже встаю, а который сейчас час?

— Одиннадцать дня. Ну ты даёшь, соня.

— Серьёзно? — Она приподнялась на локте и окинула взглядом комнату с плотно прикрытой дверью и с занавешенной шторой окном.

— Расслабуха без тёть Марты, — засмеялся Лёха в трубку. — Короче, Лин, давай собирайся. Я готов ехать на дачу, даже если Фила там нет, мы здорово проведём время.

— А я уже на даче, вчера уехала. И знаешь что? Филипп здесь.

— Ну ничего себе ты экстрасенс, — присвистнул Лёха. — И как это у тебя получается?

— Сама не понимаю, просто… приходит.

— Ещё и решительная, рванула одна без меня!

— Да, не усидела на месте, не хотелось терять время. Лёха, давай, приезжай, нам нужны помощники.

— А чем вы там занимаетесь? — с загадочной интонацией выдал тот, но Лина сделала вид, что не заметила её.

— Приводим дом Полянских в порядок, тут ещё столько работы.

— Угу, я только в универ сгоняю и сразу на вокзал.

— Отлично, Лёш. Сейчас напишу, как доехать. Только сначала зайди ко мне в квартиру, ключи у соседки, ты знаешь. Эла не звонила, а значит, не возвращалась домой. Я там на тумбочке в прихожей забыла ключи от дачи, захвати их с собой и покорми кота.

— Будет сделано, — отрапортовал Лёха и отключился.

Перед тем как отправиться на поиски Филиппа, Лина заглянула в ванную, наспех привела себя в порядок и спустилась вниз.

Фил обнаружился на диване в холле. Он лежал неподвижно с запрокинутой на спинку головой и распластанными руками и, казалось, совсем не дышал. Веки были плотно прикрыты, уши заткнуты наушниками, из которых даже на расстоянии слышался тяжёлый грохот гитар. Он и правда не подавал никаких признаков жизни и, если бы не пульсирующая венка на шее, Лина бы полезла проверять пульс.

Видно, почувствовав чьё-то присутствие, Фил приоткрыл глаза, вынул наушник и смотрел на Лину мутным, ничего не выражающим взглядом.

— Доброе утро. — Она остановилась в паре шагов от дивана и напряжённо вглядывалась в его лицо.

— Дароф, — Филипп изобразил подобие улыбки и поднял в приветствии руку, но она безжизненно рухнула на диван.

— Почему ты меня не разбудил? — допытывалась Лина, не решаясь подойти ближе.

— Ты так сладко спала, жалко было будить, — еле слышно пробормотал он.

— А ты давно проснулся?

— Да я вообще не спал. Лин, короче, я тут немного прибрался, ещё и на КПП сходил, купил яйца и молоко домашнее, там на кухне, короче, разберёшься.

— КПП? — рассмеялась Лина тому, как Фил обозвал будку на въезде в посёлок, в которой обычно дремал охранник-пенсионер. Таким даже детей не испугать, назови ему фамилию любого жителя из посёлка, и он пропустит без лишних вопросов и объяснений.

Филипп усмехнулся и снова прикрыл веки.

— Ладно, сейчас приготовлю завтрак, а потом продолжим уборку, — сказала Лина. — Если честно, убрался ты на троечку с минусом. — Она осмотрелась, приметив ошмётки грязи под мебелью и слой пыли повсюду, куда ни падал взгляд.

На этот раз Филипп не удостоил её ответа, он хоть и выглядел странно, но после недавнего промаха, Лина опасалась делать какие-либо выводы. В конце концов, он выздоравливающий больной, и к нему нужно относиться как можно лояльнее.

Лина ушла на кухню, отыскала в шкафу необходимую посуду, приготовила воздушный омлет, вскипятила молоко и сварила кофе. Уж что-что, а омлеты она умела и любила готовить. Потом разложила его по тарелкам и отправилась за Филиппом.

— Вставай, — мягко приказала она. — Уверена, что ты ничего не ел, откуда силам взяться.

— Лин, давай без меня, — он даже не сдвинулся с места.

— Вставай, ты должен