Спаси сердце короля - Фэя Моран

Но вот Сара со своим парнем этой ночью шумят ещё как. Стена почти ничего не заглушает.

– Твою мать… – шепчу я, когда понимаю, что именно слышу.

А потом начинаю завидовать глухим, чуть позже – мёртвым. Лучше уж быть одной из них, чем слышать тётины стоны за стенкой. Это отвратительно. Всё равно что слышать, как трахаются родители. Мне приходится закрыть голову подушкой и что-то мычать себе под нос, чтобы ничего не слышать. Но когда это не помогает, я решаю спуститься на кухню, чтобы немного восстановить психику от полученной травмы.

Я хватаю стакан, подставляю его под кран и набираю холодную воду. Мне срочно нужно отсюда выбираться. Слушать в деталях звуки секса своей тёти не входило в мои планы. А я подозреваю, это будет не единичный случай. Худшее, что может случиться, – Сара окажется нимфоманкой, которая именно по этой причине выбрала себе в любовники молодого и как бы… ненасытного в этом плане парня.

Из панорамных окон отлично виден весь Лас-Вегас с его бесконечными разноцветными огнями и диким шумом. Кажется, жители этого города никогда не спят. Я приоткрываю окно, чтобы впустить свежий воздух, и вдыхаю его в лёгкие, помогая себе забыть о произошедшем и о звуках в том числе.

– Оп, доброй ночи, – раздаётся неожиданно голос за спиной, и я с диким неудовольствием поворачиваюсь. – Чего не спится?

Парень тёти спускается по лестнице. Он совсем не стесняется того, что на нём одни красные боксеры, в которых у него выпирает член.

– Хотела переждать, пока вы закончите своё спаривание, – отвечаю я.

Он молчит какое-то время, словно не понимает, о чём я. Но позже его губы растягиваются в ухмылке.

– Что, завидно?

– В данном случае завидую только глухим.

– Брось. Секс – естественная и приятная штука.

Не собираюсь даже заикаться о том, что, когда этим занимается родственник прямо за стеной, это неприятная ситуация для ушей, потому что сомневаюсь, что у этого придурка вообще есть какие-то моральные устои.

– Пока, – отрезаю я, дав понять, что не собираюсь с ним говорить дальше.

Опустошив стакан, я кладу его на «островок» и иду в сторону лестницы.

– Ты похожа на девочку, у которой много тайн, – ехидно замечает парень, заградив мне путь рукой.

Я останавливаюсь.

– Даже если так, тебя это никак не касается.

– Ты так внезапно появилась. – Ему доставляет неимоверное удовольствие стоять передо мной в одних трусах, с обнажённым торсом. По лицу видно. Для него это явно заманчивая возможность похвастаться своим телом. Ещё я успеваю заметить, что у него проколоты оба соска.

– Сара даже ни разу не упоминала, что у неё есть племяшка.

– Логично, ведь мы не поддерживали с ней связь уже довольно давно.

– Почему?

Закатив глаза, я бросаю:

– А это уже не твоё дело.

– Я не могу узнать хоть немного о семье моей девушки?

– Узнай у неё сам.

Я пытаюсь обойти его, чтобы подняться в свою временную комнату, как вдруг он делает шаг вперёд, заставляя меня отшатнуться.

– Так неинтересно, – с улыбкой произносит парень. – Я не выбираю лёгких путей.

И когда его рука тянется ко мне, чтобы убрать упавшую на моё лицо прядь волос, я больно шлёпаю его по ладони, вызвав удивлённую гримасу.

– Вау… Какая быстрая.

Спокойным, серьёзным тоном отвечаю:

– Коснёшься меня хоть пальцем – я сломаю его и запихну тебе же в задницу.

Тогда парень отступает, подняв руки, и нервно смеётся.

– Ладно-ладно. С тобой шутить опасно, я это понял. Но хоть дай всё-таки представиться.

Сощурившись в недоверии, я киваю, подав тем самым знак, чтобы он продолжил.

– Ти, – говорит он.

– Что?

– Моё имя.

Нахмурившись, я фыркаю:

– Тебя зовут Ти? Сокращённо от… эм. Тимоти? Тим?

– Нет, сокращённо от Ти-бон[11]. Мои предки были мясниками. Говорили, что я самый сочный кусок мяса в их жизни.

Я толкаю его в голую грудь, освобождая себе путь. Надо же быть таким придурком! Он смеётся над своей же шуткой, провожая меня взглядом. Но я останавливаюсь на полпути и поворачиваюсь обратно, когда в голову приходит странная мысль.

– А фамилия? – спрашиваю я.

Здесь темно, но некоторое освещение, проникающее из окон, позволяет мне увидеть его лицо. Он многозначительно ухмыляется. А в чёрных глазах так и плещет хитрость.

– А это не так важно, – говорит он.

– Не так важно, – повторяю я задумчиво.

Это может быть забавным совпадением, а может и не быть. Но… пожалуй, заканчивать свою мысль я не буду. Прозвучит как сумасшествие.

А может, я и в самом деле сошла с ума.

* * *

Сара, кажется, сегодня никуда не собирается.

Всё, что она делает с утра, – заваривает себе крепкий кофе, звонит какому-то Эрику, орёт на него, чтобы шевелил своей culo, затем как ни в чём не бывало обращает на меня всё своё внимание. Я чувствую себя не в своей тарелке, когда она вот так делает. Сперва кричит на кого-то, потом резко меняется в лице и кажется невинным пушистым ангелом.

– Querida, есть только одна причина, по которой, как я думаю, ирландцы хотят тебя заполучить.

Она отпивает немного кофе, а я только спустя несколько секунд понимаю, как в интересе резко подаюсь вперёд, чтобы внимательно её слушать.

– Ты нужна им живой, – с умным видом заявляет Сара. – Это сто процентов. Так что мы можем не бояться, что они хотят тебя убить.

– Да уж, но это не прибавляет спокойствия, – сокрушённо отзываюсь я. – Тогда всё ещё хуже.

– Я бы так не сказала. Конечно, я не так хорошо осведомлена о том, как они там проводят своё свободное время, но мне кажется, на этот раз они потратят его на то, чтобы найти и вернуть тебя. И раз уж ты нужна им живой…

– А с чего ты вообще взяла, что я нужна им живой? – искренне недоумеваю я. – Каковы же твои предположения касательно их планов? – Мне не терпится погрузиться в это болото по самую шею. Зачем тянуть, верно? – Что им от меня, на хрен, нужно?

Сара отпивает ещё кофе. Её движения такие спокойные и плавные, что я завидую. Будто она без конца медитирует и пребывает в каком-то другом измерении, где нет бед и причин волноваться. Хотя она, чёрт возьми, окружена всеми этими ублюдками! И ей бы