Великолепная Софи - Джорджет Хейер

– Никогда. Прошу вас, не тратьте на меня свое сочувствие! Я не нуждалась в матери, когда у меня был сэр Горас.

– Мужчина, – сказала мисс Рекстон, – это совсем другое дело.

– Неоспоримое замечание. Как вы находите моих гнедых?

Мисс Рекстон положила ей на колено руку.

– Позвольте мне быть с вами откровенной! – попросила она.

– Я вряд ли могу помешать вам, не обидев вас, – ответила Софи. – Но, знаете, все же не стоит! Я очень несдержанна, и, если выйду из себя, то могу натворить много такого, о чем впоследствии буду жалеть.

– Но я должна сказать! – убежденно заявила мисс Рекстон. – Я обязана перед вашим кузеном!

– Неужели! Как это?

– Вы понимаете, он сам не хотел упоминать об этом. Он очень деликатен…

– Я думала, что вы говорите о Чарльзе! – прервала Софи. – Какого кузена вы имеете в виду?

– Я говорю о Чарльзе.

– Чепуха! Его не тревожат соображения деликатности.

– Мисс Стэнтон-Лейси, поверьте мне, ваше легкомыслие вас не красит! – сказала мисс Рекстон, утратив отчасти свою слащавость. – Вы не можете не знать, как полагается держать себя благородной леди! Или – простите меня – каким пагубным последствиям приведет ваше поведение, если вы рассердите окружающих и дадите пищу для сплетен, одинаково болезненных и для Ривенхолов, и, я убеждена, для вас!

– Ради Бога, ну что еще? – спросила сильно удивленная Софи. – Вы не можете быть настолько старомодной, чтобы предположить, что моя езда в фаэтоне с высоким сиденьем даст пищу для сплетен!

– Нет, хотя желательнее было бы видеть вас в менее рискованном экипаже. Но те свободные отношения, которые вы поддерживаете со столь многими военными – болтунами в алых мундирах, как выразился Чарльз! – и особенно с тем человеком, с которым вы разговаривали минуту назад, заставляют думать о вас, как о несколько фривольной особе, дорогая мисс Стэнтон-Лейси, а я не думаю, что вам это по душе! Компания сэра Винсента не принесет вам никакой пользы, а скорее наоборот! Одна леди, пользующаяся авторитетом, не далее как сегодня с осуждением высказалась мне о его привязанности к вам.

– Думаю, здесь замешаны ее личные интересы, – заметила Софи. – Он ведь ужасный человек! И что, мой кузен Чарльз попросил вас предостеречь меня от всех этих болтунов?

– Ну, он не просил меня, – добросовестно ответила мисс Рекстон, – но мы с ним говорили об этом, и я знаю его мнение. Вам следует знать, что благодаря имени Омберсли общество может посмотреть сквозь пальцы на маленькие шалости, такие как, например, управление бричкой. Чарльза.

– Какая я счастливая! – сказала Софи. – Но благоразумно ли с вашей стороны показываться со мной?

– Как вы язвительны, мисс Стэнтон-Лейси!

– Нет, я просто боюсь за вашу репутацию, если вас увидят в таком экипаже, как этот, и с такой фривольной женщиной.

– Не беспокойтесь, – вежливо ответила мисс Рекстон. – додумают, что это просто чудачество с моей стороны, ибо в Лондоне я сама не беру вожжи в руки. Но я думаю, моя репутация достаточно устойчива для того, чтобы я могла себе позволить, если захочу, то, за что других посчитали бы неблагоразумными.

В это время они были недалеко от ворот возле Эпсли-Хауза.

– Правильно ли я поняла вас? – спросила Софи. – Если я сделаю что-нибудь возмутительное, пока вы сопровождаете меня, ваша репутация настолько хороша, что меня не подвергнут осуждению?

– Лучше сказать, наша семейная репутация, мисс Стэнтон-Лейси. Без колебаний рискну ответить – да.

– Превосходно! – оживленно сказала Софи и повернула коней к воротам.

Мисс Рекстон, потеряв свою уверенность, резко спросила:

– Боже, что вы собираетесь делать?

– Я собираюсь сделать то, о чем мечтала с тех пор, как мне это при любых условиях запретили! – ответила Софи. – Это для меня как комната Синей Бороды.

Фаэтон промчался через ворота и резко завернул налево, едва избежав столкновения с тяжелым низким фургоном. Мисс Рекстон сдавленно вскрикнула и схватилась за стенку фаэтона.

– Осторожнее! Пожалуйста, немедленно остановите лошадей! Я не хочу кататься по улицам! Вы в своем уме?

– Нет, нет, не пугайтесь! Я совершенно нормальна. Как я рада, что вы захотели покататься со мной! Может, мне больше никогда не представится такая возможность!

– Мисс Стэнтон-Лейси, я не знаю, что вы собираетесь делать, и еще раз должна просить вас остановиться! Меня совсем не забавляет эта выходка, и я хочу сейчас же покинуть ваш фаэтон!

– Что? И в одиночестве пройти по Пикадилли? Как можно!

– Остановитесь! — пронзительно закричала мисс Рекстон.

– Ни в коем случае. Боже мой, какое оживленное движение! Вам, вероятно, лучше не говорить со мной, пока я буду лавировать между всеми этими повозками и экипажами.

– Ради Бога, хотя бы замедлите коней! – попросила мисс Рекстон в тревоге.

– Хорошо, когда мы доедем до поворота, – пообещала Софи, пробираясь между повозкой и почтовым фургоном, едва не задев их. Стон спутницы заставил ее доброжелательно добавить: – Незачем бояться. Сэр Горас заставлял меня проезжать через ворота до тех пор, пока я не перестала обдирать лак на бортах.

Теперь они ехали вверх по Пикадилли. С заметным усилием сохраняя самообладание, мисс Рекстон потребовала:

– Немедленно скажите, куда вы меня везете!

– Вниз по улице Святого Джеймса, – невозмутимо ответила Софи.

– Что? – задохнулась мисс Рекстон, сильно побледнев. – Вы не сделаете этого! Ни одна леди не должна кататься там! Где расположены все клубы, где прогуливается весь город! Вы даже не представляете, что о вас скажут. Сейчас же остановитесь!

– Нет, я хочу увидеть окно-фонарь, о котором так много слышала, и тех денди, которые сидят там. Как жаль, что мистер Брумель должен был уехать за границу! Вы знаете, что я никогда его не видела? Не могли бы вы показать мне клубы? Мы сразу узнаем «Уайт» или здесь есть еще дома с окнами-фонарями?

– Вы шутите, мисс Стэнтон-Лейси! Вы ведь не серьезно?

– Серьезно. Конечно, если бы вы не сидели рядом и не прикрывали меня своим авторитетом, я бы не осмелилась, но вы убедили меня, что ваша репутация неуязвима, и я могу без колебаний удовлетворить свои желания. Полагаю, что ваше влияние настолько велико, что такие прогулки войдут у леди в моду. Посмотрим!

Ни один довод мисс Рекстон, а она выдвинула их немало, не подействовал на Софи. Она неумолимо продолжала ехать. Безумные мысли о том, чтобы спрыгнуть с фаэтона, приходили в голову мисс Рекстон – только бы спасти репутацию! Но это было слишком опасно, чтобы пробовать.