Семнадцатый - Эмилия Вон

– Иногда я сомневаюсь, что в тебе течет испанская кровь. – Тяжелая рука Марко легла на наши с Каталиной плечи. – Где твоя страсть к футболу, красавица?

– Не все такие фанаты, как ты, Марко, – ответила подруга, не сбрасывая его руку, как это сделала я, позволив ему встать между нами.

– Само собой. – Он быстро чмокнул ее в щеку, отчего девушка мгновенно покраснела и улыбнулась.

Наши взгляды встретились, и я подмигнула ей, отступая на шаг назад и предоставляя им немного пространства.

– Селена, – поздоровался со мной Марко.

– Привет, Марко.

– Откуда вы? – спросил наш друг, переводя взгляд с меня на Каталину.

– Мы были в библиотеке. Делали домашку, – сообщила подруга.

– Скучно.

– Для тебя все скучно, если это не футбол. – Каталина ударила его локтем в бок, заставив слегка вздрогнуть, но вместо того, чтобы отпустить, Марко лишь сильнее притянул ее к себе.

– Ты не скучная, – заметил Марко. – Временами.

– Эй!

Она оттолкнула его, высвобождаясь из его объятий. Парень лишь рассмеялся, наслаждаясь реакцией Каталины на его шутку. Они стали друг над другом подтрунивать, когда Каталина ускорила шаг, а Марко бросился следом, пытаясь извиниться. Их легкая перепалка была наполнена искрами и взаимной симпатией. Они казались такими счастливыми и влюбленными. Глядя на них, я желала этого и для себя.

– Как думаешь, они когда-нибудь решатся признаться друг другу? – произнес Диего тем глубоким, волнующим голосом, который часто теперь звучал в моих ночных грезах. Его теплое дыхание коснулось моей шеи, заставляя сердце биться быстрее, и я на мгновение закрыла глаза, впитывая эти ощущения.

Он сравнялся со мной и одарил своей заразительной улыбкой, от которой внутри разлилось приятное тепло.

Он нес в руках спортивную сумку, волосы после душа еще блестели. Видимо, у них только что завершилась тренировка на базе футбольного клуба «Мальорки», расположенной неподалеку от нашей школы.

Диего и Марко играли в местной молодежной команде. По словам Каталины, оба парня стремились к профессиональной карьере. Но если Марко плыл по течению, то Диего сам создавал это течение. Он поставил перед собой цель попасть в первую команду «Королевских щитов» – мечта каждого футболиста из любой точки мира.

Я мало что понимала в этом спорте. Футболом европейцы называют то, что мы, американцы, зовем соккером, хотя для меня всегда существовал только один футбол – тот, где играют большие, крепкие ребята, бросающие мяч руками.

Здесь футбол любят всей душой, и эта страсть буквально течет в крови каждого испанца с рождения. Но помимо страсти к футболу, испанцам свойственна особая харизма и притягательность, из-за которой сердце начинает бешено колотиться. Причиной же моего учащенного пульса был Диего Карраско, стоявший рядом со мной.

Собравшись с духом и перестав пялиться на него, я перевела взгляд на наших друзей, которые отошли на несколько шагов вперед, и наконец ответила на вопрос Диего:

– Думаю, они боятся потерять дружбу, если станут чем-то большим.

– А ты считаешь, что этого не произойдет? – неожиданно спросил он, удивив меня.

– Нет, я так не думаю, – ответила я, крепко прижимая учебники к груди. – Невозможно быть влюбленными и при этом не оставаться со своим партнером друзьями.

Диего ничего не ответил, лишь молчаливо кивнул, погруженный в какие-то мысли. Некоторое время мы шли молча, нога в ногу. Иногда наши руки случайно касались друг друга, вызывая приятный трепет. Эти прикосновения напоминали удары током, но гораздо более приятные. Вместо того чтобы отстраниться, мне хотелось приблизиться к нему еще сильнее. Свежий аромат его геля для душа, который приносил вечерний ветерок, усиливал желание сократить расстояние между нами.

– Так вы с семьей переехали сюда из Америки? – Первым прервал молчание Диего, когда мы свернули на главную улицу, ведущую к нашему с Каталиной району.

– Да. Папе часто приходится переезжать из-за работы. Он инженер в одной международной строительной компании, поэтому, когда у них появляется новый проект где-то за пределами Нового Орлеана, нам приходится следовать за ним. Обычно проекты затягиваются на месяцы, а иногда и годы.

– И как часто это случается?

– За последние десять лет я жила в трех странах и пяти городах. Дольше всего мы пробыли в Португалии – около трех лет.

– Теперь понятно, откуда у тебя такой четкий испанский.

Я смущенно поблагодарила его коротким «спасибо», но Диего был прав. Три года изучения испанского и португальского языков не прошли даром.

– Затем мы вернулись домой, папа взял небольшую паузу, но через два года решил, что отдыхал достаточно, и принял предложение работать здесь. Так мы оказались тут.

– Кажется, ты не особенно этому рада?

Когда я повернула голову, Диего внимательно наблюдал за мной, ожидая ответа.

– Все не так плохо, как я думала.

– Значит, тебе здесь нравится?

– Если не учитывать жару, то здесь замечательно: вкусная еда, отличная школа, приветливые люди и красивые виды.

– Да, красивые, – произнес Диего с легкой улыбкой, продолжая смотреть на меня.

От его слов я залилась румянцем. Его взгляд проникал глубоко внутрь, словно пытался разгадать все мои тайны. Мысли путались, а дыхание становилось прерывистым под тяжестью его шоколадных глаз, которые, казалось, могли заглянуть в самые сокровенные уголки моей души. Если бы он видел, какое влияние оказывал на меня, возможно, понял бы, насколько сильно сбивал меня с толку.

– А ты? – поспешно сменила я тему разговора, чтобы отвлечься от своих истинных чувств к этому парню. – Ты всегда жил здесь?

Диего откашлялся и пошел рядом со мной по тротуару.

– Да. Родился и вырос на Майорке. Никогда не бывал за границей.

– Ну, думаю, скоро все изменится, – предположила я. – Ведь если ты станешь профессиональным игроком в соккер, придется летать в разные страны на матчи.

Диего внезапно остановился. Он схватил меня за запястье и притянул к себе. Мы оказались с ним лицом к лицу, а тела были так близко, что я ощущала его тепло. Он возвышался надо мной, словно башня, и рядом с ним я почувствовала себя маленькой и хрупкой. От него исходил соблазнительный запах, который пробуждал во мне желание подняться на носочки и прижаться к его загорелой шее, чтобы впитать этот аромат и навсегда его сохранить.

– Во-первых, на этом континенте и в этом полушарии есть только одно название для того вида спорта, о котором ты говоришь. И это футбол. – Его голос прозвучал глубже и грубее, чем минуту назад. Взрослее. Даже