В отпуск на отбор - Татьяна Алферьева

Приземлившись, я первым делом отцепила переноску, чтобы проверить, как там Шуш. Крыс выглядел бодрым и рвался наружу.

Потерпи дружок, ещё не время.

Продолжая сидеть на короткой, жёсткой, как щетина, траве, я проследила за спуском Оливии и Бетани. Первая сразу же деловито поднялась на ноги и направилась в сторону модулей-времянок, издалека похожих на шляпки шампиньонов – такие же матово-белые и округлые, вторая осталась лежать.

– Да чтоб тебя, – ругнулась я сквозь зубы – неужели плохо стало? – и бросилась на помощь.

Бетани рыдала навзрыд, уткнувшись лицом в траву, позабыв про камеры, которыми щедро снабдили каждую участницу: одна крепилась на шлем, две другие в полёте самостоятельно цеплялись за экипировку, а сейчас жуками ползали вокруг лежащей ничком девушки.

Я безжалостно их раздавила, мои постигла та же участь. Шлемы отнесла подальше, чтобы ничего интересного они «не услышали» и «не увидели», и только тогда спросила:

– Сильно испугалась?

Бетани вздрогнула. Похоже, из-за слёз она даже не заметила моей возни с камерами.

– Чего надо?

– Ничего. Просто сижу, отдыхаю, наслаждаюсь хорошей погодой. Жарковато, правда. Не находишь?

Мой не в тему расслабленный тон голоса подействовал на девушку отрезвляюще. Она приподнялась, огляделась, заметила останки «шпионов» и проворчала:

– Ну ты и варвар. Сразу видно – землянка.

– А ты лаишанка, – фыркнула ей в ответ. – Чего нюни распустила?

– Нюни?! – возмутилась Бет. Слёзы на её припухших глазах моментально высохли. Она села. Посмотрела в сторону модулей, откуда, как ни странно, никто не спешил к нам на выручку, и неожиданно призналась:

– Бесит!

– Угу, – я сорвала чистую с виду былинку и принялась задумчиво её жевать.

Бетани посопела ещё немного, прежде чем выпалить очередное признание:

– Думаешь, я здесь ради Ская? Да нужен он мне как собаке пятая нога!

Я невольно улыбнулась знакомой поговорке. Как бы лаишане не задирали нос, у них с землянами до сих пор оставалось много общего, даже в мелочах. Между тем девушка продолжила несколько осипшим из-за рыданий голосом:

– Я ведь прекрасно понимаю, что его отношение ко мне осталось прежним и никогда не изменится. Сердце Линдала давно и прочно занято Деборой. Вот только когда-то она сама отшила Ская, а теперь зачем-то притащилась на «Отбор», ещё и заручившись поддержкой его родителей. С чего бы такие перемены? Особенно со стороны старших Линдалов? Эрин раньше терпеть Дебору не могла, считала её виноватой в том, что Ская раскрыли в том деле прежде времени и едва не убили. Неужели из-за тебя? Выбрала меньшее из зол?

Я пожала плечами и в свою очередь спросила:

– А ты здесь зачем?

– Ради пиара. Разве непонятно? Многие девушки здесь для того, чтобы засветиться. На шоу один жених, а смотрят его тысячи. Реальный шанс кому-нибудь приглянуться. Тем более я модель и начинающая актриса.

Она перевела дух и посмотрела в сторону съёмочного лагеря:

– Вот придурки. Наверняка рассчитывают, что мы с тобой подерёмся.

– А тебе бы хотелось?

– В смысле?.. – опешила Бетани.

– Лично я не против размяться, – отбросила травинку прочь и потянулась всем телом. – Шучу. Лучше расскажи мне что-нибудь ещё про «Отбор». Кажется, ты неплохо знаешь его внутреннюю кухню.

Последние слова намеренно произнесла как комплимент, и Бетани ожидаемо купилась.

Когда она ушла, я осталась лежать на траве, щурясь в нестерпимо светлое далёкое небо. Там наверху мне на мгновение показалось, что оно стало чуточку ближе. Какая чушь. Действительно показалось…

Я закрыла глаза, вспоминая, о чём поведала болтушка Бетани. Дебору уговорили присоединиться к «Отбору» уже после его начала, ради неё даже сместили другую участницу. Скай об этом не знал. Не мог знать. Он тогда был в глубокой отключке. Недаром вчера мой наниматель выглядел таким напряжённым. Хотя чего напрягаться-то? Ну изменились немного обстоятельства, а в связи с ними поставленная цель. Я только рада буду освободиться от канители с «Отбором» как можно скорее и не позориться в роли сбегающей со свадьбы невесты. В отличие от Бетани, которая ради кинокарьеры по просьбе организаторов согласилась сыграть на «Отборе» стервозную дамочку, моя мотивация была гораздо слабее и плюшки – сомнительной привлекательности.

Вот только почему от всех этих разумных мыслей на душе кошки скребут?

Я застонала и перевернулась набок, чтобы посмотреть на Шулера и вдруг услышала над головой встревоженный голос Ская:

– Ари, что с тобой?

Неужели вспомнил моё имя? И как умудрился так бесшумно подкрасться?

Поспешила сесть и увидела, что Заноза парит на ховерборде в нескольких дюймах над землёй. Занятная штука в форме доски от скейта требовала немалой сноровки и мастерства. Судя по уверенной позе, у Ская Линдала было и то, и другое.

Ответила вопросом на вопрос:

– А ты здесь откуда?

Я краем глаза заметила, что вредина Бетани сбежала налегке, предоставив свои парашют и шлем моим заботам. Дотянулась до ранца и включила кнопку автоматической укладки. Заноза наблюдал за моими действиями с таким выражением лица, словно подозревал в какой-то подлянке.

– Ариана, в чём дело?

Ого! В его исполнение моё полное имя прозвучало очень грозно.

– Всё в норме, – стараясь вести себя как можно непринуждённее, принялась собирать вещи. Подхватила с земли переноску с Шушем, чужой ранец и поняла, что рук катастрофически не хватает. Обратилась за помощью: – Прихватишь шлемы?

Вместо того чтобы выполнить просьбу, Скай спрыгнул на землю, подошёл вплотную. Пользуясь тем, что обе мои руки оказались заняты, пленил подбородок и заставил поднять лицо вверх.

– Ари, я же вижу: ты сама не своя.

Вот докопался!

Я мотнула головой в нетерпеливой попытке освободиться.

– Почему так поздно сработал парашют? Пилот сказал, ты перевела ВСК на ручное управление. Зачем?

– Ты видел?

– Я наблюдал за тобой с земли. Мы все наблюдали твоё сумасшедшее падение.

– Парение, – поправила я, ощущая как в переноске при полном согласии с моими эмоциями беснуется Шуш, и грубовато продолжила: – Ладно, хватит. Надо спешить.

Решительно отступила назад, вынуждая меня отпустить.

– Надо так надо, – неожиданно легко сдался Заноза, отобрал ранец, бросил на траву к шлемам и приказал: – Снимай свой.

– Зачем? – удивилась я его странным действиям.

– Так будет удобнее.

Ответ не внёс какой-либо ясности, но я решила