В отпуск на отбор - Татьяна Алферьева

Я почему-то передумала выставлять ему претензии насчёт Шуша, который, кстати, уже успел перебраться на моё голое согласно фасону платья плечо, щекоча его коготками и вибриссами, и отрицательно покачала головой. Забудешь тут…

– Тогда полетели. – Скай взял меня за руку, заставил подняться из-за стола и наконец-то смог в полной мере оценить мой вечерний образ. Селия услужливо перенаправила с импровизированного танцпола на нас один из лучиков подсветки.

Длинное атласное красное платье на тонких бретелях, с глубоким разрезом на левом бедре и довольно низким по моим представлениям декольте явно озадачило Занозу – он надолго замолчал и прикипел ко мне взглядом.

– Слюни подотри, – пьяненько ухмыльнулась Бетани.

– Наверное, лучше переодеться, – я, в отличие от приятельницы, подумала совсем о другом: Скай, должно быть прикидывает, как в подобном наряде усаживать меня на аэроскутер.

Тем не менее он почему-то решительно возразил:

– Не надо.

– Тогда хотя бы переобуться?

Образ довершали серебристые босоножки на шпильке.

– Нет! – на этот раз они сошлись во мнении с Вивьен.

Подруга добавила:

– В крайнем случае снимешь. Пусть носит тебя на руках – ему не привыкать.

– О пушистике я могу позаботиться, – предложила Оливия и смело протянула ладошки к Шулеру, предлагая тому пересесть с моего плеча на более устойчивую поверхность.

Однако пушистик решил по-своему: внезапно перескочил на Ская. Парень вздрогнул, но ругаться и отмахиваться не стал, лишь страдальчески поморщился, подозрительно легко мирясь с неизбежным.

– Идём, – он обнял меня за талию, нащупал обнажённую смелым фасоном спину, не удержался, провёл ладонью снизу вверх, коснувшись лопаток чуткими кончиками пальцев.

Я вздрогнула и попыталась отстраниться. Подобные откровенные прикосновения одновременно будоражили и пугали. Из-за Макса прошлое продолжало настойчиво вмешиваться в мою личную жизнь кошмарным третьим лишним!

Впрочем, Скай не настаивал. Руку убрал сразу, шутливо отсалютовал девчонкам на прощание, и первый направился к аэроскутеру. Сев на последний я осознала, что переодеться всё-таки стоило. Удобный в данной ситуации разрез оголил ногу чуть ли не до самого сокровенного, и она провокационно белела в темноте, поневоле привлекая внимание. Скай, хоть и сидел впереди, но вполне мог скосить глаза, чтобы полюбоваться этим непотребством, рискуя заработать под конец полёта лютый страбизм ( косоглазие) .

Из-за всех этих переживаний и темноты я толком не увидела, куда мы летим. Вокруг по-прежнему чернели громады гор, внизу что-то иногда таинственно поблёскивало, над головой сияли бесчисленные звёзды, а в ушах музыкой свистел ветер, терпимо прохладный, даже приятный для разгорячённого вином тела. Я крепко обняла Ская за пояс, прижалась к его спине и закрыла глаза, наслаждаясь полётом, нашей вынужденной близостью и блаженной опустошённостью в мыслях. Я не пыталась анализировать происходящее, просчитывать, во что может вылиться очередное приключение и чем в конечном счёте обернётся, отпустила свои чувства на волю, позволила себе просто жить текущим моментом в предвкушении чего-то волшебного, и мои ожидания в полной мере оправдались.

Приземлились мы в сказочном месте – возле мерцающего бесчисленными неоновыми огоньками водопада. Потрясающая подсветка, превратившая водные потоки в радужные каскады, имела естественное происхождение: за здешнее чудо отвечал микроскопический растительный планктон, подкрашивающий реку и днём, и ночью в четыре цвета: лиловый, салатовый, голубой и розовый. Но об этом я узнала позднее, поначалу лишь молча восхищалась завораживающей красотой. Романтичнее места не придумаешь. И момента тоже.

От воды ощутимо тянуло прохладой, и Скай, обнимающий меня со спины, не только помогал сохранять устойчивость в неудобной для хождения по камням обуви, но и согревал теплом своего тела.

Я осторожно провернулась в надёжном кольце мужских рук и без каких-либо вступлений-предупреждений потянулась к губам. Наверное, это нечестно, ведь Заноза моё разрешение в тот раз спрашивал. Однако ему гораздо легче мне отказать – достаточно не наклониться на встречу.

Наклонился. И быстро превратил лёгкое неуверенное касание в жадный, требовательный, дурманящий разум поцелуй. Ещё и руки к этому делу ловко пристроил: одной зарылся в волосы, второй – начал оглаживать спину.

Не знаю, сколько мы так неистово целовались, сплетая тела всё теснее, но прекратилось сладкое безумие слишком внезапно.

Скай вдруг отстранил меня от себя и озадаченно произнёс:

– Не понял… Зачем он меня лижет?

Шулер, о котором бестолковые мы напрочь позабыли, продолжал сидеть на плече Занозы и в непосредственной близости наблюдать за странно ведущей себя хозяйкой. Потом, видимо, решил, что в этом что-то есть и пожелал выяснить что именно – попробовать Ская на вкус. Последнему это ожидаемо не понравилось, и он попытался спровадить дегустатора куда подальше, но тут воспротивилась я, утверждая, что Шушу опасно осматривать окрестности в одиночку. Немного поспорив, сошлись на том, чтобы переместиться в более удобное место, коим оказалась разбитая на берегу палатка.

– Так вот где ты пропадал весь вечер, – восхитилась я масштабом подготовки свидания.

– Весь не весь, но времени потратил изрядно, – принялся набивать себе цену Заноза, – особенно на разгон страждущих здесь отдохнуть. Место довольно популярное.

– Класс!

Я первым делом скинула босоножки, закуталась в одеяло – больше для уюта, чем для тепла – и села на один из раскладных походных стульев.

Скай посмотрел на мою невозмутимую, будто и не было никаких поцелуев, мордашку, усмехнулся и занялся костром.

Отлично. Он просил о настоящем свидании? Он его получил с соблюдением всех техусловий: дресс-код, подходящая локация, нечаянные обнимашки и вполне осознанные лобзания уст. О еде этот лютый романтик тоже, кстати, позаботился, и, судя по замеченному мной горлышку бутылки, ночевать мы остаёмся здесь. Стоило об этом подумать, как у меня с непреодолимой силой возникло совершенно неуместное в данной ситуации желание. Очевидно, сказались ранний подъём, насыщенный физической нагрузкой и эмоциональными потрясениями день, сытный ужин и бокал вина.

– Ари, ты спишь? – как сквозь вату донёсся недоумённый голос Ская.

– Ммм? – я с трудом приоткрыла слипающиеся глаза и попыталась встряхнуться. Бестолку. Даже когда поднялась на ноги, легче не стало. Подойдя к Занозе, обняла за пояс, пристроила голову на его груди как на подушке и сквозь зевок повинилась: – Ничего не могу с собой поделать. Сейчас вырублюсь.

– Неблагодарная, – наигранно-сокрушённо вздохнул парень. – Столько усилий и всё насмарку.

– Спасибо, – Я подняла лицо и по-настоящему счастливо улыбнулась. – Ты – замечательный.

Взгляд Ская после этих слов странно посерьёзнел, и тут я вспомнила, что сама попросила его не влюблять меня в себя по-настоящему.

– Расслабься, –