Развод. Ведьмы не стареют - Элен Блио

А вот её супруг.

Значит, рядом должен быть я.

И буду.

Делаю шаг. Вижу, как она вскидывает голову, вглядываясь в моё лицо. Беспомощно.

Без опоры.

В кухне полумрак. Таинственно. Тихо.

Совсем не та обстановка, в которой двое говорят о серьёзном, обсуждают планы как уничтожить врага.

В такой обстановке делают другие вещи.

Поэтому я притягиваю её. Обнимая за талию. Выбивая из её лёгких тихий вздох. И целую.

Не потому, что так требует мой план. Или её план.

Потому что мне интересно какого вкуса губы и этой женщины сейчас.

Потому что мне вообще важен её вкус.

Сейчас нет Демида Ростовского, бизнесмена и политика, который поставил себецель уничтожить конкурента и действовать через его супругу.

Есть мужчина, который хочет присвоить женщину.

И присвоит.

31.

Утро странное. Но весёлое.

Ирина печёт оладушки, рассказывает о детстве в деревне. Демид вспоминает своё.

Общаются, как ни в чём не бывало. Спокойные, расслабленные, даже как будто счастливые.

А я молчу. Молча крошу в тарелку хлеб машинально. Я опять целовалась с Демидом.

Потом он укладывал меня спать.

Ничего не было. Снова. Почти. Просто...

Я не знаю, что между нами.

Я вижу его взгляды. Я прокручиваю в голове его рассказ.

Что будет дальше?

Каким будет для меня это — дальше?

И что делать сегодня?

Написала сообщение дочери — у неё все хорошо, но она скучает. Я тоже скучаю.

У сына тоже все нормально. Весь в работе. «Живу». Вот что он написал.

И я живу.

Мне нужно жить. Не показать мужу, что я опустила руки.

Мне надо появится в клиниках. Постараться решить вопросы.

А что потом?

Надо понять, что мне делать с Ядвигой. Нам нужна какая-то квартира. Как она будет ходить в институт? А если... если её похитят?

Что вообще будет, когда она узнает?

- Янина, у нас с тобой еще незаконченные дела. — спокойно так говорит Ростовский.

А я вот не спокойна. Совсем.

- Дем, давай о делах после завтрака! Янин, что ты поклевала как птичка? Давай вот оладушек, мёд, сметана. Это у меня всё деревенское, из моих Соснишек. Тётка мне возит, соседка. Я ей помогаю, она вот меня кормит. Угощайся.

- Спасибо.

- Нужно поесть. — рука Демида ложится на мою, а я вспоминаю ночь.

Эту же руку на моём теле.

На груди.

Он снова ничего не делал. Только трогал.

Может, ему этого достаточно?

Или нет желания продолжить?

Притворяется, что у него есть ко мне интерес?

Нет, так притворяться нельзя..

Мысль приходит, и я тут же замираю.

Господи, кто бы говорил?

Внезапно, меня одолевает приступ безудержного смеха.

Мне ли судить о притворстве!

Я столько лет верила, что я для Ивана единственная и неповторимая! Столько лет считала, что он искренен со мной!

Любит, желает, жажде!

Только меня одну!

А у него в это время был целый батальон боевых подруг.

Столько любовниц! Зачем?

Гарем мечтал иметь?

Возомнил себя султаном?

Успокаиваюсь, глядя как смотрит Демид.

- Янина, может борща разогреть? Я вчера сама сварила. Я вообще вкусно готовлю.

- Не сомневаюсь. Нет, спасибо большое. Нужно идти.

Идти.

А куда?

- Янина, собирайся, я отвезу. Ир, а ты... в общем, все свои дела по бутику и производству передашь моему юристу. Он скоро заедет.

- Меня хоть не грохнут, Ростовский?

- Тебе жизнь дорога, Ириш?

- НУ, я бы еще замуж вышла, ребёночка родила, - смеясь говорит она, а я с ужасом соображаю, что и её тоже, по сути, подвела под монастырь. Если бы не я со своим провальным планом... Может, и не стал бы Иван у неё ничего отнимать? Может это просто он решил подстраховаться?

Одеваюсь. Времени на укладку и макияж, конечно, нет. Забираю волосы в пучок, Ирина мне выдает что-то из своих средств по уходу, косметику. Наношу на лицо сыворотку, подкрашиваю ресницы и брови.

Достаточно. Можно было вообще ничего не делать.

Я же еду домой?

Или... мне опасно ехать домой?

Чёрт, вот же я вляпалась?

Может быть мне снова пойти на переговоры с Иваном?

Он не хочет развода? Окей. Я готова пока не торопиться. Пусть он получит то, что хочет. Какую-то должность, или мандат, место, о котором он мечтал, а потом..

- Янина, ты готова?

Киваю. Прощаюсь с Ириной, которая шепчет на ухо.

- Демид реально крут, не упусти.

В смысле? Она думает, что я и он...?

Её подмигивание просто добивает. С другой стороны — а что она должна думать?

Если она видела, что мы практически спали вместе?

Мне помогают сесть в машину, ремень пристёгивают:

- И куда мы едем?

- Тебе нужно заехать домой, Янина.

Удивлённо смотрю на него.

- Что? Тебе же нужны вещи? Документы? Твои, дочкины?

- То есть... ты хочешь, чтобы я всё-таки уехала от мужа?

- А ты хочешь остаться с ним?

Опускаю голову, поджимая губы.

Если бы я знала как лучше!

- Ты соберешь вещи, возьмёшь всё необходимое, у тебя есть доступ к сейфу?

К сейфу? Качаю головой.

- Нет. Иван не хранит в домашнем сейфе ничего такого. Там просто документы на квартиру, наши бумаги. Не уверена, что он не поменял код.

- Надо проверить. Возьмёшь оттуда только то, что принадлежит тебе. Ничего другого мне не нужно.

- Да?

- Поверь, я могу сам достать всё, что мне нужно.

- Почему ты тогда сам не пошёл войной на Яхонтова? Почему ждал?

- Откуда ты знаешь, что я ждал?

Выражение лица Демида невозможно прочитать. Но в его глазах я вижу что-то очень уверенное, острое.

Если он не ждал, то...

- Поехали. Не так много времени.

- А если Яхонтов дома?

- Он не дома.

- Ты уверен?

- Да, у него важная встреча. И будет он на ней до вечера, так что...

- Может быть я позвоню дочери, чтобы она приехала за своими вещами?

Ростовский хмурится.

- Так... давай так, я отправлю за ней водителя. Напиши ей, узнай, когда она сможет.

Да уж. Просто шпионский детектив какой-то.

Через полчаса я дома, достаю огромный чемодан. Скидываю всё, что хочу забрать.

Еще через полчаса приезжает взволнованная Ядвига:

- Мам, что происходит?

- Нам с тобой нужно уехать.

- Почему, мам?

- Так надо, дочь, оставаться тут не безопасно.

-