Рискованное пари - Виктория Александер

— Наоборот, настоятельно необходимо! — прервала ее Делия и повернулась к мужу: — Только на половину, а потом я жду вас обоих на террасе.

— Обоих? — Сент-Стивенс подозрительно оглядел жену, затем ее сестру и прищурился: — Это еще зачем?

— Видишь ли, Кэсси надо побеседовать с глазу на глаз с лордом Беркли, а терраса — самое подходящее место. — Делия невинно округлила глаза. — Ты же помнишь, сколько на террасах уютных уголков для… бесед. Кэсси чуть не застонала.

— А-а! — Лицо Сент-Стивенса прояснилось. — Да, конечно. Блестящая мысль.

Мысль была скорее опасная, и Кэсси понимала это, хотя и не могла заставить себя предупредить сестру. Но в эту минуту она думала только об одном — каким мог быть поцелуй лорда Беркли.

Наклонившись, Кэсси прошептала сестре на ухо:

— Имей в виду, я соглашаюсь только ради тебя. Если что-нибудь случится, виновата будешь ты.

— А я тебя уверяю: если что-нибудь и случится, то ты будешь только рада, — усмехнулась Делия. — На это я и надеюсь.

— Вы позволите? — галантно осведомился Сент-Стивенс, предлагая руку.

— С удовольствием, Тони, хотя и не могу всецело одобрить. — Кэсси заговорщически понизила голос. Сент-Стивенс вывел ее на середину зала. Во время танца они, как и полагалось, смотрели друг другу в глаза и вели бессодержательную светскую беседу.

Танцевать с родственником, а в особенности с зятем, Кэсси нравилось прежде всего потому, что разговор струился сам собой, без томительных пауз. Можно было и вовсе молчать, отдавшись мыслям.

Например, о том, как неприлично целоваться на террасе под звездным небом с мужчиной, вызывающим острое раздражение.

— Можно вас на минутку, милорд? — прозвучал за его спиной смутно знакомый голос.

Поспешно нацепив надменную, но улыбающуюся маску, Реджи обернулся.

— Лорд Беркли! — Прямо перед ним стояла сияющая мисс Эффингтон, и Реджи с трудом удержался, чтобы не расплыться в широкой усмешке.

— Мисс Эфф… — Он вдруг осекся и пригляделся. — Нет, вы — леди Сент-Стивенс, не так ли?

Его собеседница рассмеялась — точь-в-точь как ее сестра.

— Если бы вы меня не узнали, я была бы искренне разочарована. — Она с любопытством изучала Реджи. — Но как вы догадались? Нас путают почти все.

— Сходство между вами поразительное. Оно было бы абсолютным, если бы не ямочка у вас на правой щеке. А у мисс Эффингтон она на левой. А еще она левша, а вы, насколько я понимаю, лучше владеете правой рукой. Но самое главное… — Он интригующе помедлил. — Вы одеты не так, как она.

Леди Сент-Стивенс удивленно вскинула брови.

— Вы заметили, как она одета?

— Под цвет глаз, — сдержанно отозвался Реджи, сознавая, что разговор приобретает слишком интимный оборот. Вероятно, эта встреча с сестрой Кассандры — нечто вроде испытания. — И ее глаз, и ваших, разумеется.

— Да. — Она помолчала. — Даже не знаю, с чего начать… Конечно, меня это не касается…

— Вы хотите узнать, готов ли я ограничиться только дружбой с вашей сестрой? Благородны ли мои намерения? — Реджи подавил смешок. — Об этом уже расспрашивал ваш брат.

— И что вы ответили?

Некоторое время Реджи обдумывал ответ.

— В тот момент я мог ответить только, что хотел бы познакомиться с вашей сестрой.

— А теперь?

Он снова задумался. Насколько откровенным можно быть с сестрой Кассандры?

— Вы позволите прежде один вопрос?

— Пожалуйста.

Он глубоко вздохнул.

— Если бы я сказал, что намерен жениться на вашей сестре, вы сочли бы себя обязанной передать ей эти слова?

— Ни в коем случае. — Леди Сент-Стивенс решительно покачала головой. — Такое известие возмутило бы ее до глубины души. Она убеждена, что вы с ней не пара — по крайней мере так она считает. А я, — она ослепительно улыбнулась, — не сомневаюсь, что вы с ней поладите.

— Но почему?

— Незачем так изумляться. Я заметила, как вы посматривали на нее весь вечер, когда она этого не видела.

— А я думал, что действую очень ловко, — сконфузился Реджи.

— Заметить ваши взгляды мог лишь тот, кто следит и за вами, и за моей сестрой, как делала я. — Леди Сент-Стивенс покачала головой. — Я давно привыкла обращать внимание на то, как смотрят на Кассандру мужчины. Джентльмены, для которых она не более чем выгодная партия, будто меряют ее взглядом, оценивают, изучают, но украдкой. Что-то в Кассандре пугает их.

— И неудивительно, — еле слышно шепнул Реджи.

— А те, кто ошибочно считает, будто она способна на скандальные поступки, смотрят жадно, хищнически и самодовольно. Но у вас, милорд, взгляд заинтригованного, уверенного в себе и решительного человека.

— Правда? — Он усмехнулся. — Могу себе представить.

— А еще я заметила, как поглядывает на вас сама Кассандра.

— Да? — Улыбка Реджи стала еще шире. — И как же?

— Не в моих правилах разглашать все тайны сестры, пусть даже в ее интересах. — Леди Сент-Стивенс засмеялась — опять точь-в-точь как Кассандра. — И потом, наш разговор не предназначен для посторонних ушей, к тому же я не прочь подышать свежим воздухом. Вы не проводите меня на террасу?

— С удовольствием.

Реджи предложил руку и повел собеседницу к высоким застекленным дверям, ведущим на террасу особняка леди Пагет. События принимали неожиданный, но весьма заманчивый оборот. Очевидно, сестра Кассандры на его стороне — почему, неизвестно, но это не так важно. С такой поддержкой он ни за что не проиграет. Кто знает Кассандру лучше, чем ее сестра-близнец, кто подскажет, как успешнее завоевать ее сердце?

Они остановились у каменной балюстрады в дальнем углу террасы, откуда открывался вид на освещенный фонарями парк.

— Чудесная ночь, не правда ли? — прошептала леди Сент-Стивенс. — Просто бесподобная.

Ночь и вправду была прекрасна — в меру теплая и прохладная, в воздухе витало предчувствие скорого лета. По парку распространялся аромат весенних цветов. Такие ночи созданы, чтобы гулять под звездным небом, а не сидеть взаперти. Реджи пожалел, что рядом с ним не Кассандра, а ее сестра.

Леди Сент-Стивенс молча любовалась парком, а Реджи сдерживал желание возобновить разговор. Несомненно, ему предстояло услышать нечто важное — значит, можно и подождать, даже если ожидание дается с трудом.

— Моему мужу присуща поразительная способность подмечать то, что ускользает от внимания других людей. Он все слышит и все помнит. — Леди Сент-Стивенс смотрела не на Реджи, а на ночной парк. — Например, то, что еще полгода назад пресловутый лорд Беркли не пользовался дурной репутацией. В сущности, он ничем не отличался от своих ровесников. Конечно, и за ним числились кое-какие провинности, грехи молодости, но ровным счетом ничего скандального.