Бывший муж. Чужая кровь - Лила Каттен

– Свят, – я почти прокричал в трубку, пихая в чемодан вещи.

Под руку попадались джинсы, рубашки, футболки, трусы, носки и разные предметы личной гигиены. Я даже не знаю, откуда все это появилось на моей кровати.

После того как детектив ушел с огромным чеком в кармане, который не стоил для меня ничего и все одновременно, я просто выпал из времени. Я не отдавал ему деньги. Им я не придавал значения, они просто были. Я отдавал ему огромную благодарность.

Я не строил иллюзий на эту встречу. Черт, я даже не знал, что скажу ей. Я даже не знал до конца, что ощущаю сейчас. В этот момент, зная, что скоро встречу мою жену, я лишь хотел поскорее оказаться с ней рядом. И возможно начать с банального: «Привет. Давно не виделись».

– Елисей? Ты в порядке? Что за шум? – голос в динамике телефона заставил вспомнить, в какой реальности я сейчас нахожусь.

– Да. Слушай, твою мать, у меня даже руки дрожат.

– В чем дело? Мне приехать? Вызвать скорую? – он говорил словно начиная паниковать, во мне же эта паника сейчас не унималась ни на секунду.

– Он нашел ее. Дружище, он… Я собираю вещи.

– Василису? Стой, стой, стой, – теперь друг кричал в трубку, и я замер. – Ты уверен? Это может быть очередная поездка в никуда за какой-то Джейн Доу.

– Нет. Не в этот раз.

Я сел на кровать и попытался успокоить бешено стучащее сердце, потому что становилось физически некомфортно от того, что в груди работает отбойный молоток.

– Это она. Точнее, пфф… – я запрокинул голову к потолку и проглотил огромный кусок сжатого в плотную «вату» воздуха.

– Эй, я могу приехать. Дай мне полчаса, и я…

– Я в норме, просто голова кругом. К тому же через полчаса я уже буду на пути в аэропорт.

– Елисей, это…

– Фото, – я отвечаю одним словом, потому что против таких доказательств нет никаких вопросов. – Он… Точнее, его человек следил за Анной Павловной, и она привела его к ней.

– Вот же черт! – Свят потерял дар речи, и на мгновение повисла тишина. – Ты видел фото? – друг почти сипло спросил, словно и сам не мог поверить.

– Да. Но не ее, – решил я уточнить, – а ее бабушки.

– Стой, что? Господи, какого хрена? – на том конце послышалось жесткое ругательство, а я усмехнулся. – Ты серьезно? Фото бабушки? Если хочешь, я сделаю тебе еще сотню снимков Ефимовой старшей бесплатно.

На это у меня не было ничего, кроме смеха.

– И что это дает?

– На нашем море.

– И? Я по-прежнему не понимаю, почему ты сломя голову несешься на курорт.

– Никто из семьи Ефимовых не признает наш пляж.

Он словно не улавливал той сути, которая была ясна как день.

– О, ну тогда это охренеть как все объясняет. Я не могу поверить, что ты это делаешь.

– Она покупала подарки.

– И это просто потрясающе. Попроси у нее привезти сувенир, но самому за ним лететь не надо. Потому что я не понимаю, как это связывает бабушку и внучку в одном местоположении. Тем более без реальных доказательств. Давай-ка я тебе кое о чем напомню: должно быть фото разыскиваемой девушки, а не ее родни, блуждающей по нашему чертову пляжу России.

Разумеется, я об этом не думал. За последний час я только и делал, что приходил в себя от облегчения, паники и других эмоций. Остальное время я, очевидно, бронировал билет на самолет и собирался в дорогу.

Мысли Святослава понятны и обоснованны. Но это не меняет сути. Она там. Я это просто знаю.

– Я знаю. Поверь, я понимаю, что ты сейчас зол и…

– Я охренительно зол, потому что ты снова бросаешься в проклятый омут с головой. Ты мой друг, Елисей, и я теряю тебя, – он взял паузу, но быстро продолжил. – Можешь смеяться над этим дерьмом, но я серьезно. Я. Теряю. Своего. Друга. А я не хочу на это смотреть и тем более позволять. Я тебя даже не узнаю, понимаешь?

– Мне просто нужно поехать к ней.

Он резко умолк, а потом выдохнул, словно только что проиграл.

Возможно, он не понимал моих чувств. Насколько мне известно, в его жизни не было женщины, которая занимала бы сердце и душу всецело. Он не игрок, но в то же время не самый остепенившийся мужчина.

– Хочу, чтобы ты сделал это и наконец продолжил жить, – наконец выдал друг.

Мне не требовалось его разрешение или что-то в этом духе. Но почему-то я был рад самой минимальной, но поддержке с его стороны.

– Что от меня требуется?

– Займись делами. Я не знаю, сколько меня не будет.

– Мы на расстоянии телефонного звонка, не так ли?

– Конечно. С делом Протасова сообщи сразу.

– Разумеется. Что-то еще?

В мою дверь позвонили, и я встал с кровати.

– Напишу на почту о дополнительных поручениях. У меня было назначено пару встреч из сотен других. Мой помощник с тобой так же свяжется. Извини, ко мне пришли.

– Надеюсь, ты найдешь то, что искал.

– Да, я тоже.

Убрав телефон в карман домашних брюк, смотрю на экран домофона и вижу мамино лицо.

– Господи, – ворчу тихо и проворачиваю замок. – Мам? Меня могло не быть дома.

– Ты не отвечал на мои звонки. Я беспокоилась.

Она устало посмотрела на меня и потянулась за объятиями. Притянув ее к себе, отступил и закрыл за ней дверь.

– Чем ты так занят?

– Лучше скажи, что ты хотела. Я уезжаю через двадцать минут.

– На ночь глядя?

– Мам.

Мой тон не был предостерегающим, но я был ее сыном, и она точно знала эти интонации.

– Сынок, – мягкость в ее голосе и беспокойство стали сильнее.

– На этот раз это точно она.

– Елисей, прошло пять лет, родной.

– Для тебя, мама, – я развернулся и пошел в спальню, потому что не мог опоздать и не хотел этого.

– Ты ее любил…

– Я ее люблю, и мне нужно с ней поговорить.

– Но что, если она давно счастлива… без тебя?

Я резко замираю, а мама останавливается за моей спиной.

Об этом я не думал никогда. Ни разу.

В моей системе координат все было разложено по полкам.

Она пострадала. Ее спрятали по ее же просьбе. Все!

Да, пять лет – долгий срок. И даже если для меня это равносильно пяти месяцам, не более, потому что я забыл, что было за эти годы, но я не верил в другое.

– Нет. Я буду рад, если она счастлива, –