Секрет актёрского мастерства - Инна Ласточка (Ness Quik)

— Привет, — Клара заметила Музу первая и заставила себя улыбнуться. В её глазах по-прежнему таилась глубокая печаль, но она больше не плакала, лишь изредка прерывисто вздыхала.

Рей выглядела живее и приятнее, чем в прошлый раз. Она медленно подняла взгляд и молча протянула Музе руку. Муза помедлила, переглянулась с Кларой и, не найдя никакого предупреждения об опасности, вложила свою ладонь в ладонь Рей. Их пальцы соприкоснулись, и мир, мгновение назад бывший ещё совершенно обыкновенным, замерцал серебристыми искрами, будто кто-то посыпал его мелкими блёстками. Клара ахнула, в нишу влетела Мира и замерла как вкопанная: от руки Музы по руке Рей пробежала волна из серебристого света, а потом на мгновение, лишь на короткое мгновение, Рей приобрела свой нормальный вид — светлая кожа, румяные щёки, лучистые голубые глаза.

— Боже, — Муза отдёрнула руку, Мира прижала ладони ко рту, а Рей так и осталась смотреть на свою ладонь, снова покрывшуюся сажей.

— Это ты… — прошептала Клара.

Мира молчала. Муза помассировала виски и сама протянула руку Рей. Снова.

— Давай попробуем ещё.

Та с готовностью ответила, но на этот раз не произошло ничего. У Музы отчаянно забилось сердце, предчувствие чего-то великого, значимого охватило её.

— Я должна понять, как это работает, — сказала она. — Это ведь значит, я могу вас спасти? — она оглянулась на Миру. — Вас всех? И… Адриана, — ком подступил к горлу. Муза сглотнула, не желая сейчас думать ни о чём другом, кроме своей магии.

Клара кивнула, а Мира, наконец, выдохнула и произнесла, будто бы самой себе.

— Он тоже так говорил…

— Кто он? — зацепилась Муза за эту фразу.

Мира отмахнулась.

— Ты не должна никому об этом рассказывать. Пожалуйста. Особенно Бувари… Обещаешь?

— Почему?

— Потому что… — Мира сцепила руки перед собой. — Муза, это опасно, очень опасно. Ещё одна ошибка, подобная ошибке Грея, и магов эмоций станут истреблять. Вы итак в опале… — она приобняла Музу за плечи и попыталась вывести из ниши.

— Огюстус сказал мне недавно то же самое… — Муза обернулась к Кларе. — Подожди, девочкам всё равно нужна помощь. Давай я попробую Огюстуса уговорить взять тебя в какой-нибудь спектакль и помогу… может быть, если мы уровняем шансы и права всех актёров в труппе, то мою способность можно будет изучить вместе, без перетягивания каната? А может быть… — идеи вспыхивали в голове одна за одной. — Мира, есть шанс собрать лояльную группу, которая готова поэкспериментировать? Такую, за пределы которой информация не выйдет без нашего ведома?.. Или хотя бы не выйдет сразу…

Мира вздохнула и пожала плечами.

— Сначала тебе должны начать доверять. Если получится с Кларой, я посмотрю, что можно сделать.

— И я помогу, — добавила Клара.

Муза улыбнулась.

— Тогда так и сделаем. Что-то надо менять, кому-то надо начать эти перемены, и почему не мне? Почему не нам?

Девочки одобрительно закивали, и даже Рей, до этого казавшаяся слишком слабой, будто бы засветилась изнутри.

— А у тебя какая магия? — спросила Муза Миру, когда они вышли в мастерскую. — Ты не маг эмоций?

— Я, — растерялась Мира, — нет, не маг эмоций. Я вижу суть предметов и могу её извлечь, — она указала на квадратный кусок камня. — Вот тут я вижу маленького ангела, он уже существует в куске этого камня, мне остаётся лишь взять инструменты и извлечь его.

Муза посмотрела на Миру, потом на камень и снова на неё. Осознание пришло к ней вспышкой молнии.

— Как роль… ты дала мне обалденную метафору моей работы! — воскликнула она. — Роль в пьесе как этот камень, и мне нужно её извлечь. Всего лишь извлечь! Спасибо.

Мира ничего не поняла, только улыбнулась.

— Спасибо, — повторила Муза. — Я пойду.

— Только храни в тайне, обещаешь? — кликнула Мира ей вслед.

— Да. Да, конечно, это важно, — откликнулась Муза, подхватила свои вещи и скрылась за дверью.

* * *

Кабинет художественного руководителя представлял из себя заставленную по периметру книжными шкафами комнату, в центре которой стоял стол, расположенный буквой «Т» и с десяток стульев. На стенах висели портреты актёров бывших и нынешних, над креслом во главе стола располагался портрет президента. Сам Огюстус сидел на этом кресле и что-то записывал от руки на простой белый лист формата А4 — стук в дверь заставил его досадливо поморщиться, но он всё же не стал игнорировать гостя.

— Проходите, — бросил он, и дверь открылась.

На пороге появилась Муза. Растрёпанная косичка и раскрасневшееся лицо говорили о том, что она бежала сюда.

— Что случилось? — Огюстус убрал лист и ручку в сторону.

— Поговорить, — Муза захлопнула за собой дверь и только тогда опомнилась, — можно?

­— Ты уже зашла, — Огюстус указал на стул напротив и, когда Муза подошла к столу, добавил. — Рассказывай.

— Вы говорили на тренинге с Ксандром, что боитесь за актёров, что у вас их не хватает… — она задумчиво прикусила губу.

— И? — поторопил её Огюстус.

— Я тут с одной девочкой познакомилась, она талантливая, просто… может быть, попробуете её взять на какую-нибудь роль, хотя бы на «кушать подано»?

Огюстус нахмурился.

— Это театр, Муза, здесь нельзя пройти кастинг на роль по блату, по рекомендации друга или через постель… вопреки всеобщему мнению. Ты уверена, что она талантлива?

— Я не подруга и знаю её совсем немного, — возразила Муза, — о постели речи тут тем более нет. — Огюстус хохотнул, но не стал комментировать. Муза продолжила. — Но, мне кажется, она справится с любой ролью, которую вы дадите.

Он тяжело вздохнул.

— Ладно… у меня как раз в «Собаке на сене» служанка выбыла. Пусть приходит на следующей неделе, в понедельник в девять-десять утра, я её посмотрю, — он открыл правый ящик стола, достал оттуда маленькую бутылочку воды и открутил крышку. — Где ты её нашла вообще, я вроде бы всех уже… — он не договорил, делая большой глоток, потом продолжил. — Ты пойми, дело серьёзное. Организатором тех трагедий может быть, кто угодно. Я должен увидеть её лично, чтобы точно знать.

— Я понимаю. Мы в бутафорской познакомились, — ответила Муза.

Огюстус снова набрал воды в рот