Верю тебе - Марта Шилдз

— Ну что ж, значит, придется заставить тебя помучиться сегодня. Как мучилась целую неделю я. Это послужит тебе уроком, потому что ты не верил в меня.

— Ты права. — Он развел руками.

Но она улыбнулась, как кошка, загнавшая мышку в угол.

— А я-то, ненадежный ты человек, обо всем позаботилась. — Она подвела его к столу для компьютера и извлекла оттуда коробочку. — Видишь?

У Рафа даже голова закружилась…

Он заглянул в коробочку.

— Всего шесть штук?

Эмма громко рассмеялась.

— За углом круглосуточная аптека.

Хмыкнув, Раф наклонился и подхватил ее на руки.

— Боюсь, мне придется бежать в полночь.

— Похоже, я выпустила из бутылки джинна. — Эмма обняла его за шею.

Он покачал головой.

— Нет, просто ангела, который хочет проверить, действительно ли эти земные радости так хороши, как в его воспоминаниях.

— О, да, — сказала она хриплым голосом. — Но ты мне скажешь, да? Будем пытаться, пока ты не убедишься в этом.

Раф кивнул и понес ее в ванную.

Эмма проснулась от скрипа открывающейся двери. Солнечный свет ударил ей прямо в лицо. Она улыбнулась.

— Надеюсь, ты мечтаешь обо мне.

Раф склонился над ней с подносом в руках. Сверкнуло лучшее столовое серебро Сильвии.

— Что это?

— Завтрак.

Он поставил поднос на туалетный столик и опустился на кровать.

Эмма села и откинула волосы со лба.

— Не может быть, чтобы ты приготовил его сам.

Раф поцеловал ее и грустно улыбнулся.

— Сильвия не позволила.

Эмма ахнула.

— Ты все ей рассказал?

— Но ты так долго спала…

Она бросила взгляд на часы.

— А который час? Четверть десятого?

Эмма перекинула ногу через край кровати.

— Я опоздала на работу.

Раф схватил ее за руку.

— Успокойся. Сильвия сказала, что ты заболела.

— Правда? — Она проследила за его взглядом похоже, ночи любви ему было недостаточно. Отлично. Ей тоже. — Раф!

— А?

— Мы не можем заниматься любовью. Мы ухлопали весь запас.

Он рассеянно заморгал.

— Как? Все шесть штук?

Она кисло улыбнулась.

— Считая тот, что я случайно порвала, потому что слишком торопилась.

— Действительно, меня трясло, как озабоченного подростка.

Он обнял ее за талию и притянул к себе.

Эмма хмыкнула, но тут же замолчала, почувствовав, как его рука скользнула вверх по ее телу. Несколько мгновений она наслаждалась теплом его ладони и огнем в его темных глазах.

Потом со стоном повернулась и шлепнула его по обтянутому джинсами бедру.

— Это за то, что по твоей милости я умирала от желания, а ты отбивался, как мог.

Он резко встал и полез в карман за ключами.

— Где, говоришь, та аптека?

Вдруг резко остановился и выругался по-испански.

— Что еще? — спросила она.

Он посмотрел на нее.

— Габи и Рэнди дома. Увидят, что я иду к грузовику, и захотят пойти со мной. Как я объясню, что покупаю? Надуть одну штуку и сказать, что это шарики?

— Разве Габи дома? — Эмма поспешно села и натянула на себя простыню. — Ну, конечно. Рэнди всегда приходит к семи тридцати. Как… Что Габи сказал по поводу того, что я здесь?

Глаза у Рафа смеялись.

— Я сказал, что мы проспали, как они.

Эмма прыснула.

— Проспали?

Он кивнул.

— Габи хотел подняться к тебе, но я сказал, что ты все еще спишь, потому что… — он хихикнул, — потому что мы долго вечером дрались подушками. Я думал, Сильвия лопнет со смеху.

— Мне понравилась наша драка.

— Мне тоже. — Он наклонился и поцеловал ее. — Я думаю продолжить это дело.

— Правда?

Он посмотрел ей в глаза и растянулся рядом.

— Ты выйдешь за меня? Она улыбнулась.

— По-моему, мы женаты.

— Хорошо, тогда так: ты хочешь остаться замужем? Вести себя как замужняя женщина? Жить семейной жизнью?

Она ответила, не задумываясь:

— Конечно. Только как мы объясним всем наше внезапное воссоединение?

— Ничего не поделаешь, тебе придется рассказать, что фамилия Габи всегда была Джонсон и никогда — Локвуд. Почему ты вообще вышла замуж за другого человека, будучи замужем за мной?

— Я думала, что ты умер.

— У тебя не было свидетельства о моей смерти. Почему ты вышла за Локвуда так скоро? Она опустила глаза.

— Отец заставил меня солгать, когда меня спросили, была ли я когда-нибудь замужем? До сих пор не понимаю, как я уступила. Я была так молода и чувствовала себя такой потерянной, когда тебя не стало.

— Так, может, лучше не рассказывать всем об этом? В конце концов, это никого не касается. Я не хочу, чтобы ты прошла через все это.

Он оберегал ее. Сердце Эммы переполнилось любовью. Она любила его сейчас больше, чем когда-либо.

Она повернулась на бок, чтобы лучше видеть его.

— Женитьба сделает ненужными все объяснения.

Он положил руку ей на бедро.

— Я хочу изменить фамилию Габи в его свидетельстве о рождении. Я выясню, что для этого нужно сделать.

— О, Раф. — Эмма обняла его за шею и притянула к себе. — Я так сильно тебя люблю.

— Я тоже люблю тебя, querida.

Она отстранилась.

— Правда?

Он откинул прядь волос с ее лица.

— Конечно. О чем же еще я твержу тебе все последние двенадцать часов?

— Ты ни разу не произнес этих слов, — возразила она.

— Не произнес? — Он виновато поцеловал ее в губы. — Прости. Мне казалось, что это совершенно очевидно.

Он высвободился из ее рук.

— Подожди, я должен тебе кое-что вручить. Приподнявшись на локте, она смотрела, как он роется в ящике комода.

— Что?

— Не догадываешься?

Через мгновение он снова сел на кровать, широко улыбаясь, как маленький мальчик.

Он взял ее левую руку и надел кольцо ей на палец.

— Это твое обручальное кольцо.