Грезы красавицы - Джина Айкин

— Ладно, ладно! — пробурчал наконец толстошеий. — Я следил за вами. — Он повел руками в наручниках и поморщился.

Они сидели в большой полицейской машине — патрульный, еще двое полицейских, цветочник, Энн и Род. Тот знал по имени всех, кроме цветочника. Он уже успел спросить, как здоровье жены рейнджера Риччи Таккера, как детишки, и готов был и дальше вести милую беседу. В округе все его знали и готовы были помочь. А вот цветочника не знал никто, так что его шансы выйти сухим из воды были равны нулю.

— Глядите! — воскликнул Риччи Таккер, роясь в бумажнике задержанного. — Водительские права выданы ему в Лос-Анджелесе!

— Отлично! Как его звать?

— Рамон Санчес.

— Не больно оригинально, — заметил Род и отпил воды из бутылки, которую принес один из полицейских. — Хочешь? — кивнул он Энн.

Та покачала головой.

— Может, тебя не так зовут, а? — спросил Таккер.

— Стал бы я выдумывать! — оскорбился цветочник. — Это же все-таки документ.

Рейнджер положил права в бумажник.

— Ладно, мистер Санчес, тогда расскажите нам, какова ваша роль в исчезновении Шона Ботсфорда?

— Исчезновении? — Его глаза побелели. — Как это? Куда это он запропастился? Ботсфорд деньги должен. Вот и все дела!

— Он лжет, — вступила в разговор Энн. — Шон не стал бы иметь дело с этим парнем. И как он мог ему задолжать?

— А кто сказал, что он должен мне? — усмехнулся Санчес. — Бабки-то пусть выложит, да только не мне. Я их просто передаю! А если не хочет, нечего на лошадок ставить.

Род бросил взгляд на Энн, надеясь, что ничем не выдал себя. Он ожидал услышать нечто подобное. А она нет. На ее лице было написано явное удивление. И недоверие.

— Это невозможно, — заявила Энн. — Шон не играет на бегах.

— Это ты мне рассказываешь, детка? — захохотал Санчес. — Мы с Ботсфордом уже лет пять обделываем свои делишки, и что-то я не замечал, чтобы ему разонравилось. Но так кинул меня он впервые!

Род сложил руки на груди. Полицейские, кроме Риччи Таккера, еще до этого вышедшие из машины, стояли у дверей и не слышали разговора.

— Сколько он тебе задолжал?

— Двадцать косых. — Санчес хохотнул. — Не хило, да?

— Двадцать тысяч долларов? — Энн не верила своим ушам. — Это все вранье! Он просто… — Она в растерянности замолчала.

— Так какого дьявола ты ехал за нами? — спросил Род. Он уже знал ответ, но все же хотел убедиться.

— Думал, вы меня к нему приведете. Ведь его все выходные днем с огнем не сыскать!

Род взялся за ручку открытой дверцы и как бы ненароком резко дернул ее, прищемив Санчесу ноги. Тот завизжал как поросенок.

— Колись, Санчес! Ты правда Шона ищешь? Может, ты его уже отыскал?

— О чем это ты?

Род отпустил было дверь, но, увидев, что ничего не добился, опять потянул ее на себя. Санчес испустил душераздирающий вопль.

— Оставь в покое дверь! Я подам на тебя в суд! Ты меня пытаешь!

Рейнджер посмотрел на них и многозначительно отвернулся.

— Да будет тебе, Санчес. — Род прижал дверь к его ногам. — Говори без обиняков. Знаешь ты о похищении Шона Ботсфорда или не знаешь?

— Каком еще похищении?! — завопил тот. — Я-то тут при чем? Может, Ботсфорда и похитили, но устроил-то все не я. Я кто? Мелкая сошка!

Черт его знает, звучит убедительно. Род отпустил дверь. Санчес, охая, принялся растирать лодыжку.

— Спасибо, — сказал Род Риччи Таккеру и вышел наружу.

— И все? — спросила Энн.

— Если у тебя нет других вопросов.

Мгновение она размышляла, а затем покачала головой.

Он кивнул.

— Эй, — крикнул Риччи, — а с ним-то что делать?

— Дай нам полчаса форы, а потом выпускай.

— Господи, ну и вид у меня! — проговорила Энн, оглядывая свой наряд.

На ногах синяки и царапины, шорты в грязи, футболка порвалась. Она дотронулась до ладони и поморщилась. Погоня не прошла даром!