Поздняя весна - Натали Иствуд

Она стояла у окна в этом чертовом платье с каким-то молодым хлыщом, который приклеился к ней намертво. И эта юная Панчита с обольстительным ртом и бездонными черными глазами даже и не думала уходить, а все теснее прижималась к этому молокососу.

Мэри начала читать молитву.

Том вскочил из-за стола, опрокинув бокал.

— Папа! Что с тобой?

Но он уже не слышал ее, а шел, ускоряя шаг, к Джуди. Стены кружились, сорочка под смокингом противно липла к телу.

Вернись! — завывала сирена. Не ходи к ней! Только я тебя никогда не брошу! Только я одна!

Подойдя к Джуди, Том не стал ни спрашивать разрешения, ни извиняться. Одним мощным рывком он оторвал ее от этого гнусного типа, пристававшего к ней прямо у всех на глазах, и силком поволок к дверям.

Джуди вскрикнула, но ему было наплевать, что он делает ей больно. Ему было наплевать на все! Он хотел одного: увести Джуди подальше отсюда и положить конец снедавшей его ревности.

— Том, что ты делаешь?! — Она сделала безуспешную попытку высвободить руку из тисков его пальцев. — Что за дикость?

— Заткнись! Ведешь себя как потаскуха!

На миг она лишилась дара речи, а потом сузила глаза и с расстановкой произнесла:

— Да как ты смеешь, сукин ты сын!

Тому захотелось ударить ее. Сумочка соскользнула у Джуди с плеча и пребольно стукнула его по ноге острым краем, но он даже не поморщился. Появилась Барбара и попыталась отвлечь его внимание, кто-то из гостей заговорил с ним. Но он прошел мимо, не удосужившись ответить.

Вытащив Джуди в холл, он поволок ее к лифтам и только сейчас заметил, что у нее в руке откупоренная бутылка шампанского. И сирена торжествующе захохотала. Ну вот, ты опять проиграл!

Том стукнул кулаком по кнопке и втолкнул Джуди в лифт. Сердце неистово колотилось в ребра. Двери закрылись, он надавил на кнопку и, опустив руку, стиснул в кулак.

Джуди смотрела на него не отрываясь.

Лифт стремительно понесся вверх, и она прижала бутылку к груди. Несмотря на изрядную дозу выпитого, Джуди чувствовала исходящую от Тома угрозу. Лицо белое, взгляд суровый, и этот стиснутый кулак…

— Зря я взял тебя с собой! — с тихой яростью произнес он.

Алкоголь придал ей смелости.

— Конечно, зря! Ты же весь вечер в упор меня не видел!

Двери открылись, Джуди вырвалась и выскользнула в коридор, но Том снова схватил ее за руку.

— Да ты пьяна! — Глаза у него стали как две льдинки.

— А тебе-то что за дело?

Он выхватил у нее сумочку, нашарил ключ и, открыв дверь номера одной рукой, другой затолкал ее внутрь.

— Убирайся отсюда! — выкрикнула она.

Том вошел и закрыл дверь.

— Уйду, но сначала заберу у тебя бутылку.

Джуди только сейчас вспомнила про шампанское, которое стащила со стола. Пить ей больше не хотелось, но и уступать этому типу она не собиралась. С какой стати? Он не сказал ни слова, когда Барбара усадила их за разные столы, а потом весь вечер танцевал с кем угодно, только не с ней. Джуди обиделась не на шутку и слишком захмелела, чтобы рассуждать здраво.

— Еще чего! Что хочу, то и делаю!

— Отдай бутылку, а то пожалеешь! — пригрозил Том и шагнул к ней.

Джуди попятилась и оказалась в спальне. Выражение лица Тома не предвещало ничего хорошего.

— Я кому сказал, отдай бутылку. Сию секунду!

И тут Джуди поняла, что наконец-то добилась его безраздельного внимания. Сердце у нее бешено забилось, и она рассудила, что лучше уж сносить его гнев, чем терпеть безразличие.

Прижав бутылку к груди, Джуди сбросила туфли и перешла в наступление:

— Ты меня достал своей заботой, Том Джонсон! Проваливай ко всем чертям!

— Джуди, последний раз говорю: отдай мне бутылку.

Джуди отступила, и ее ноги уперлись в кровать. Чувствуя, что затевает опасную игру, Джуди вскарабкалась на нее: остановиться она уже не могла. И не хотела.

— Попробуй, отними!

Том резко подался вперед и вырвал бутылку у нее из рук.

Всецело поглощенная своими переживаниями, Джуди напрочь забыла о пристрастии Тома к алкоголю. И лишь сейчас, увидев у него в руках откупоренную бутылку, похолодела от ужаса.

Прошло несколько томительных секунд, потом его лицо исказила гримаса отвращения, и он швырнул бутылку в корзину для мусора с такой силой, что она опрокинулась и шампанское пролилось на ковер.

Том повернулся к Джуди и сурово сдвинул брови. Она инстинктивно отступила, пока не уперлась спиной в изголовье кровати. Стараясь не потерять равновесия, прижалась к стене плотнее, отчего грудь подалась вперед.

И тут она перехватила его взгляд и замерла. Его глаза жадно скользили по ее телу. Кровь застучала в ушах, и Джуди охватило опасное возбуждение. В нее словно вселился бес. Опершись ладонями об изголовье, она стояла, не сводя с него пристального взгляда. А потом подалась бедрами вперед, согнула колени и подол тесного платья пополз вверх.

— Прекрати, — хриплым голосом велел он.

— В чем дело, ковбой? Ты что, не хочешь немного развлечься?

— Соплячка! Ты же не ведаешь, что творишь!

— Бедный папочка! — с издевкой протянула она. — Заботливый такой папашка…

— Не называй меня так! — оборвал он ее.

— Не нравится? — Оттолкнувшись от стены, она двинулась к нему, утопая ногами в матраце. Шампанское бродило в крови, придавая отвагу и разжигая доселе дремавшие инстинкты. — Славный такой папик…

— Никакой я тебе не папик! — взорвался Том. — Хватит!

— Значит, ты мне не отец? — Джуди сделала еще один шаг и, впервые посмотрев на него сверху вниз, наклонилась и обхватила руками за шею. — А вот мы сейчас проверим.

Том молчал, и тогда Джуди завладела его ртом, жадно целуя, словно она была многоопытной женщиной, а он — желторотым юнцом.

Том словно оцепенел, но Джуди уже ничто не могло остановить. Уж если ей выпал этот миг, она выжмет из него все до капли и заставит длиться целую вечность. Теперь их разделяют лишь те барьеры, что Том сам воздвиг в своем сознании. И она еще глубже проникла ему в рот.