Одна мечта на двоих - Барбара Данлоп

Судья постучал молотком:

— Соблюдайте порядок.

— Ваша честь, это Закери Хендерсон, — сообщила Дестини.

Судья сердито посмотрел на нее:

— Я не позволю превращать заседание в цирк.

К счастью, Закери перестал плакать.

Адвокат Росса поднялся:

— Ваша честь, истец, очевидно, полагает, что если он будет держать на руках Закери Хендерсона, то суд увидит в нем достойного опекуна.

— Коул Хендерсон лучше подходит на роль опекуна, нежели Росс Кэлвин, — заявила Дестини. — Впрочем, если мистер Кэлвин хочет сам подержать Закери, мы не станем возражать.

Она красноречиво посмотрела на Коула. Поняв ее намек, тот поднялся, подошел к Россу и протянул ему Закери в мокром подгузнике.

Росс поморщился, а малыш, издав испуганный вопль, потянулся к Коулу. Тот прижал его к груди, и по залу прошел шепот.

— Если мы хотим соблюдать порядок, полагаю, нам следует позволить мистеру Хендерсону держать его брата, — сказала Дестини.

Адвокат Росса смерил ее яростным взглядом. Судья снова постучал молотком.

Дестини обратилась к Эмбер:

— Дай мне свой телефон.

Не задавая вопросов, Эмбер достала его из сумочки и протянула подруге. Дестини несколько раз постучала пальцем по сенсорному экрану и обратилась к судье:

— Ваша честь, мистер Хендерсон за время своего пребывания в Атланте установил тесную связь со своим сводным братом.

— Я протестую, — произнес другой адвокат. — Это утверждение основано лишь на домыслах.

— Я выражусь иначе, — невозмутимо продолжила Дестини. — За несколько недель своего пребывания в Атланте мистер Хендерсон провел много времени со своим сводным братом. Он кормил его, купал, менял ему подгузники, играл с ним. Мистер Хендерсон даже Рождество отпраздновал вместе с Закери. Я могу доказать это с помощью фотографий.

Подойдя к столу с компьютером, Дестини взяла кабель и подключила к нему телефон Эмбер. На экране тут же появилось изображение Коула и Закери, сидящих на полу перед елкой. Закери схватил Коула за нос, а тот нежно улыбался. Оба выглядели счастливыми.

— Я протестую, — сказал адвокат Росса.

Одновременно с этим Дестини вывела на экран следующее фото. На нем Коул и Закери, весело смеясь, играли с Отисом.

— На каких основаниях? — спросил судья.

— Это постановочные фотографии.

— Протест отклоняется, — заявил судья. — Это обычные семейные фотографии. Никакой постановки я не вижу.

На третьем снимке Коул в промокшей рубашке держал на руках Закери, завернутого в махровое полотенце. Малыш довольно улыбался.

— Эти фотографии подтверждают, что мистер Хендерсон провел много времени со своим братом.

— Я протестую, — снова сказал адвокат Росса. — Это заседание суда, а не конкурс нянь.

— Цель этого слушания — определить, кто лучше подходит на роль опекуна Закери, — возразила Дестини. — Поэтому предъявление этих фотографий суду вполне уместно.

— Мисс Уэлсли неподобающим образом использовала свое временное опекунство, чтобы…

— Обсуждение поведения мисс Уэлсли не является целью данного слушания, — возразила Дестини.

Коул поднялся, и все переключили свое внимание на него.

— Прошу дать мне слово, ваша честь.

— Пожалуйста, мистер Хендерсон, — произнес судья после продолжительной паузы.

Дестини вернулась на свое место.

— Я буду предельно откровенен, ваша честь, — начал Коул. — Когда я прочитал о гибели Сэмюела Хендерсона, я не расстроился. Я вообще ничего не почувствовал. Об этом человеке мне было известно лишь то, что он разбил сердце моей матери, и я не хотел иметь с Хендерсонами ничего общего. Я не знал о завещании, а даже если и знал бы, мне было бы на него наплевать. У меня есть свой собственный процветающий бизнес на Аляске. — Он погладил Закери по спине. — В Атланту я прибыл инкогнито. Моей единственной целью было убедиться, что о Закери есть кому позаботиться. Но когда я впервые встретился со своим братом, он сразу потребовал моего внимания. — Он нежно улыбнулся Закери. — Не знаю, может, дело в моем некотором внешнем сходстве с отцом, моем голосе или запахе моей кожи, но с этого момента мой брат всячески дает мне понять, что нуждается во мне. Что заботиться о нем, любить и оберегать его — моя обязанность. Может, он пока и не говорит, но ясно дает мне это понять другими способами. — Его голос сломался, и сердце Эмбер сжалось. — И он прав. Какое бы решение вы сегодня ни приняли, ваша честь, Закери останется моим братом. Он всегда будет нуждаться во мне, а я буду нести ответственность за его благополучие. И не потому, что это мой долг, а потому, что я его люблю.

В зале воцарилась тишина. Немного помедлив, Коул сел и поцеловал Закери в макушку. Тот заулыбался и похлопал его ладошкой по щеке:

— Ба!

При виде этой умилительной сцены Эмбер чуть не расплакалась.

— Я с тобой полностью согласен, дружище, — прошептал Коул.

Все перевели взгляд на судью, который выглядел несколько ошеломленным. Прокашлявшись, он поправил стопку бумаг на столе и, глядя на третью фотографию, которая все еще оставалась на экране, произнес:

— Ситуация весьма уникальная. Я отдаю себе отчет в том, что речь идет о больших деньгах и что от моего решения будет зависеть благополучие тысяч сотрудников и пассажиров «Коуст Иггл эйрлайнз».

Коул обеспокоенно посмотрел на Эмбер, и у нее защемило сердце.

— Как бы там ни было, — продолжил судья, — цель этого слушания — выяснить, под чью опеку лучше отдать Закери Хендерсона. Я не могу допустить, чтобы эти сложные факторы повлияли на его благополучие, — он поднял молоток, — поэтому я выношу решение в пользу истца и передаю право опеки над Закери Хендерсоном Коулу Хендерсону. — Он ударил молотком.

Эмбер больше ничего не слышала, потому что в этот момент Коул повернулся к ней и улыбнулся. В его взгляде были любовь и нежность. Тогда она подбежала к нему и обняла их с Закери.

— Не могу поверить, что ты это сделала, — мягко рассмеялся он.

— Я испугалась, что мы можем проиграть, и решила рискнуть.

— И это принесло нам победу.

— Вы двое хорошо поработали, — сказала Дестини, поочередно похлопав их по плечу.

— Ты тоже, — ответила Эмбер. — Идея с фотографиями была отличная.

Мимо них прошел Росс с каменным выражением лица. Коул проводил его взглядом:

— Думаю, завтра в офисе будет интересно.

— Давай побеспокоимся об этом завтра, — сказала ему Эмбер.

Коул кивнул:

— Согласен. Сегодня мы будем праздновать, а завтра позаботимся обо всем остальном.