Там, где нас нет - Альвин Де Лорени

— Сколько я должен, оме?

— Два гульдена, — едва слышно откликнулся Лисбет.

— Оме, благодарю вас, но я не смогу больше к вам придти…

— Ну что вы, оме! — воскликнул Лисбет, выскакивая из-за стола, подскочил ко мне, схватил за руки, — Если вы… Если у вас… сейчас нет денег, то…

— Нет-нет, оме, деньги есть, но…

— Оме! Вам надо лечиться! Обязательно надо лечиться! Вы ещё так молоды! Может быть, вы испугались консилиума? Но это… Надо! — Лисбет с жаром убеждал меня, сжимая мои руки своими, — У нас, у целителей так принято. Ну, вы же сами целитель! Обязательно надо советоваться! Ваш случай очень интересный!

Волны светлого иланг-иланга накатывали на меня. Он, что реально не понимает? Я едва держусь, чтобы не схватить его в охапку и дико, до боли в губах и дёснах, судорожно покрывая милое лицо поцелуями, не начать целовать!

И вырваться не могу!

После лечения сил у меня немного — всё пожирает запущенная регенерация. У меня сейчас должна быть одна задача — лежать и плотно кушать, а тут Лисбет…

А оме продолжал меня убеждать:

— Оме, послушайте меня, оме. Прошу вас! После консилиума мы выберем вам план лечения. Ну, вы же сами целитель! Вы же понимаете! В Чёрном крейсе есть оме Сигилд, он тоже целитель. У них в крейсе военных много и оме Сигилд имеет большой опыт в пластических операциях. Мы вам такое личико сделаем! Оме!

Лисбет отпустил, наконец, мои руки и сжал кулачки под подбородком, уговаривая меня. Лица наши были на одном уровне, несмотря на то, что я сидел на кушетке — сказывалась разница в росте. Тело омеги полыхало всеми цветами радуги.

— Мне…, - прохрипел я пересохшим горлом, — мне нужно время… Может быть, оме… может быть будет возможно прийти не завтра?..

Лисбет выдохнул, молча слушал меня и смотрел как на неразумного ребёнка.

— А послезавтра, — я сглотнул, — или через два дня…

— Но, оме…, в вашем случае важно системное лечение… Я… Нет! Оме, как хотите, но завтра вы должны быть обязательно, — решительно выдохнул Лисбет, стоя передо мной в той же позе, — и ещё. Назавтра я договорюсь с коллегами, поэтому, оме, прошу вас прийти обязательно и не опаздывать! А если вы не придёте, то… Вам будет стыдно, оме!

Я опустил голову. Точно! Мне будет стыдно. Так, что совесть сожрёт меня на корню…

— Запрещённый приём, оме, — шепчу я и закрываю лицо руками, пальцы касаются заскорузлых так и не заживших рубцов.

Эльфи и Улька молчат оба пришибленные транслируемыми мной эмоциями. Сила Великая! За что?! За что мне эта встреча? Ведь я же растопчу, раздавлю это чудо. Я ощерился, сжал челюсти, оскалив зубы. Х-хы. Выдох сквозь зубы.

— Оме… а хотите я к вам приходить буду? — добивает меня Лисбет, — Сейчас нет, а вот потом, как ваш организм стабилизируется… Ну, если вам тяжело…

Руки мои… руки мои дёргаются вверх в диком желании схватить лицо Лисбета. Нежно, дрожащими кончиками пальцев гладить…

Не понимая моего состояния и полагая, что мне просто плохо, Лисбет, притрòнувшись к плечам, наклонился, обдавая запахом иланг-иланга:

— Прилягте, оме…

Лисбет уложил меня на кушетку, присел рядом. Тонкие пальчики нащупали пульс на моей руке…

— Оме, — шепчет целитель своим нежным голосом, — вам надо успокоиться…

Тёплая ручка гладит моё обнажённое плечо.

— Лизелот, подай там…

Звякают склянки, пахнет лекарством. Кошками какими-то.

— Вот, оме, вот так, — Лисбет поит меня из своих рук какой-то горечью.

Сглотнув гадость, я выдохнул. Ручка Лисбета задержалась у меня на груди и я прикрыл тонкие пальчики своей рукой (моя-то тоже не огромна — Улька был изящного сложения):

— Я всегда думал, оме, почему лекарства такие противные?

Лисбет сидит рядом и с улыбкой смотрит на меня…

Но лекарство действует и мне легче. Действительно успокаивает. Вот бы хорошо теперь приходить к Лисбету каждый раз напившись этой дряни.

А что же за реакция у меня на него такая? О! Вот и рефлексия включилась!

— Ну, что, оме, вам легче? — улыбается солнышко.

Да, мне легче. Конечно, мне легче. Ты же так улыбаешься. Мне не может не быть легче.

— Ну, вот и ладно, — Лисбет легонько гладит меня по руке, пытаясь вытащить зажатую мной его ручку.

Кое-как, с помощью Эльфи, обалдевшего от всего произошедшего, одеваюсь и уже на пороге Лисбет снова мне напоминает:

— Так я вас жду, оме. И не забудьте — вам будет непременно стыдно, если вы не придёте на приём завтра к двенадцати часам.

О, Сила Великая! Во всех мирах доктора пишут одинаково! Я держу поданный мне Эльфи лист бумаги с диетой, расписанной практически нечитаемым почерком на латыни.

Пойдём, Эльфичка, пойдём, мой дорогой. Нам далеко идти, одно хорошо — почти всё время под гору.

Поддерживаемый омегой я побрёл на наш постоялый двор. По дороге присаживались несколько раз — организм с разогнанной регенерацией пожирал внутренние резервы. Не в силах терпеть жуткий голод зашли с Эльфи в уже знакомое кафе Кэйта, попавшееся нам по дороге. Кэйт не узнал меня, но обрадовался — ещё бы, в сиесту (а время уже к ней подошло), мы снова были единственными посетителями. Устроившись в непрòницаемой тени платана попробовали и рыбу в соли, так понравившуюся мне раньше, и тушёные овощи, и мясо, и сок кании (Эльфи взял двойную порцию, так она ему пришлась по вкусу) и эклеры с круасанами и какао. Всё это проваливалось в меня ка в бездонную бочку, а Эльфи несказанно удивлялся такому аппетиту.

Пока брели под гору, пока ждали заказ, я копался в себе. Что же со мной такое? Перебирал образы Лисбета, запечатлённые в памяти. Вот он улыбается, вот повернулся и как-то по особому повёл головой, вот говорит мне что-то и я слышу мелодичный голосок. Мороз продрал по коже.

Докопался всё-таки. Докопался.

Я настолько свыкся со своим окружением и забота о нём так въелась в моё сознание и настолько загрузила подсознание, что своё окружение я стал воспринимать как детей. Своих детей (буду честным, где-то так и есть). И даже Эльфи, который был старше тела Ульки на шесть лет, никак мной не воспринимался как сексуальный партнёр и взрослый. А беременность вообще превратила его в моих глазах в хрустальную вазу.

А в сексе…

Ширарре… он был… его я воспринимал даже как врага, в каком-то смысле, врага с которым надо воевать. Ну, вот я с ним так