Упасть в облака - Светлана Слижен

О! Подругам было что обсудить! Они не просто теоретизировали – они проверяли советы автора на живых людях, отрабатывая техники общения на подростках из отряда и воспитателях. Круть-круть-круть! Это работает! На самом деле, если к людям проявлять искренний интерес, чаще называть их имена и больше улыбаться, то они почти всегда делают то, чего ты хочешь от них добиться. Однако стремительное и глубокое единение душ оборвалось на полуслове.

Трагедия произошла в родительский день. Пока Вера гуляла с мамой и папой вдоль реки, которую уже две недели разглядывала лишь из-за забора, Ирину срочно увезли из лагеря – у них что-то случилось в семье. Ни мобильных, ни соцсетей тогда не было, и единственной надеждой был адрес, который Вере удалось выудить у воспиталки, как раз с помощью советов Карнеги. Вера упорно писала письма по этому адресу, и даже съездила туда через неделю после возвращения из лагеря, но никто из соседей ничего не хотел ей говорить, ограничившись фразой «такие здесь больше не живут».

Через несколько месяцев Вера Небова потеряла надежду найти подругу и вернуть веру в психологию – без Иринки советы Карнеги перестали работать: не получалось улыбаться людям и проявлять к ним искренний интерес, когда на это не было ни сил, ни настроения. Когда же развитие технологий уже могло позволить найти друг друга, и Вера, и Ирина давно жили под другими фамилиями, да и время стерло их детскую дружбу из памяти. И вот прилетел неожиданный привет из прошлого!

Вере было трудно оценить, насколько сильно она сама изменилась за эти годы, но, глядя на подругу, приходилось констатировать, что двадцать лет – не шуточный строк. Ирина, будучи высокой, раздалась вширь, и стала дамой весьма заметной. Такую фигуру портниха называла «пограничной пышностью» – еще немного, и тесто бесконтрольно полезет из кастрюли, но пока его ровно столько, чтобы сформировать в нужных местах аппетитные объемы.

– Что же тогда случилось? – спросила Вера, когда они сделали заказ и официантка отошла от их столика. – Почему тебя тогда так срочно забрали?

– За мной приехала мама… Она спасалась бегством от мужа.

– Спасалась?

– Да. Он снова ударил ее. А милиция отказалась принимать заявление. Не хотели портить показатели… они у них в те годы и так были не ахти.

– Сволочи…

– Сказали ей, мол, женщина, вас же не убили, вы вон и идти сами можете. А она уже понимала, что ждать больше никак нельзя, дальше – точно грохнет. – По выражению лица и интонациям Ирины было видно, что тема уже не доставляет ей боли.

– Какой кошмар! – не сдержалась Вера.

– А я ведь тогда оставила тебе свой адрес. Я же не знала, что меня сразу повезут в другое место. И даже бабушкин телефон указала: она не с нами жила. Я написала записку и положила тебе под подушку.

– Там ничего не было, клянусь! Я знала, что ты не могла уехать просто так. Я обыскала все.

– Наверное, это пучеглазая сперла, помнишь, странная такая у окна спала? Злющая и трусливая? Она еще боялась пацанам, которых отчислили из лагеря, слово сказать, а на слабых наезжала. Я когда вещи из палаты выносила, она как раз заходила и так покосилась, помню, на меня… Да я и сама сглупила, попросила ее передать тебе, что уезжаю…

– Нет, мне никто ничего не передавал… – разочарованно протянула Вера. – А отец остался жить в той же квартире? Он не мог тебе передать мои письма? Я долго писала.

– He-а, он к тому времени уже полный невменько был. Мама, кстати, вовремя сбежала. И меня, можно сказать, спасла. Он же потом соседа убил в пьяной драке.

Ирина замолчала, давая возможность официантке поставить на стол корзинку с хлебом и напитки. Вера, переваривая услышанное, повторила:

– Какой кошмар!.. Жуть просто.

Официантка, хорошо понимавшая по-русски, дернулась, испугавшись, что это относится к тому, что она принесла.

– Это она не вам, – успокоила девушку Ирина и продолжила, когда та отошла: – Психотерапевтами, как видишь, на пустом месте не становятся.

Она рассказала, что сразу после школы поступила в медицинский и прошла специализацию по психиатрии, потом поняла, что только таблетки – это еще не все, и углубилась в психотерапию, осваивая метод за методом. Да, собственно, и сейчас все еще продолжала учиться, правда, совмещая уже с обучением других.

Вера в самых общих чертах поведала о себе. Ей было очень интересно мнение единомышленницы, но вот так с порога рассказывать о самом личном (отношениях с мужем и тем более проблемах в интимной сфере) она была не готова. Все-таки они знали друг друга только в детстве и всего две недели… Поэтому Вера предпочла больше спрашивать, чем говорить.

– На чем сейчас специализируешься в терапии?

– Разводы. Как пережить измену, – Ирина с аппетитом закидывала себе в рот кусочки, которые отщипывала от хлеба из корзинки и запивала их соком, – стоит ли расходиться или есть шанс остаться вместе – и все такое.

– Правда?

– Угу, сейчас целую супервизорскую группу привезла, ты же видела.

– Какую группу? – не расслышала Вера.

– Супервизорскую. Ну, супервизия – поддержка практикующих терапевтов и психологов…

– А, поняла. Я не расслышала просто. Я знаю, это закрытые группы или индивидуальное консультирование для самих психотерапевтов, разбор сложных случаев…

– Да-да, именно это. Ты, кстати, сама-то ходишь? В наших профессиях без этого никак, загнешься за полгода только так.

– Да я еще не начала практиковать… – смутилась Вера.

– А, ну смотри, если что – обращайся, посоветую кого-нибудь. У меня, например, наставник – очень сильный мужик.

– Спасибо, буду иметь в виду. Слушай, Ирин… – Вера осторожно забросила удочку на интересующую ее тему, – что можешь посоветовать в плане разводов? Ну, если клиенты будут с этой темой обращаться.

– Тут много аспектов. Ты, кстати, сама разводилась?

– Нет еще, – Вера поперхнулась водой, которую только что отпила, – в смысле, нет. Но мысли иногда посещают, если честно.

– А сколько ты в браке?

– Пятнадцать лет.

Ирина восхищенно присвистнула как раз в тот момент, когда уже пуганая официантка принесла огненные порционные сковородочки с аппетитным содержимым.

На этот раз польщенная девушка широко улыбнулась и пояснила:

– Это плескавица, местная плоская котлета из фарша. Приятного аппетита! – сказала официантка на чистом русском и удалилась.

– Разве пятнадцать – это так уж много? – спросила Вера, возвращаясь к разговору.

– Ну, ты даешь! Это срок, я тебе скажу! Я лично за это время уже третий раз замужем. И каждый раз всё удачнее и удачнее, – Ирина так хитро улыбнулась, что было непонятно, шутит она или говорит серьезно.

– А можно спросить из-за чего разводилась? – Вера не могла устоять от соблазна задать этот вопрос и тут же добавила: – Если не хочешь, не отвечай, конечно.