Поздние розы - Екатерина Кариди

Энцо был поражен, но Вячеслав Сергеевич только посмеялся его изумлению. Объяснив, что в русском языке слово убрать может иметь множество значений, и никто не собирается устранять конкурента физически. Тут он подмигнул, произнеся интересную фразу:

- Бизнес, это всегда превыше всего. И информация.

Итальянец впечатлился, однако, не мог не спросить:

- Друг мой, а зачем это вам?

Лешков старший пожал плечами:

- Меня волнует мой сын, не хотелось бы, чтобы он наделал глупостей.

- Тоже бизнес? – многозначительно приподнял бровь Энцо Маури.

- Разумеется, - кивнул Вячеслав Сергеевич, отпивая глоток виски.

Энцо понимающе кивнул и засмеялся. Старый интриган смотрел на него, думая про себя:

- Знал бы ты, что меня волнует на самом деле, не стал сейчас смеяться. Но ничего, хорошо смеется тот, кто смеется последним.

Примерно то же самое думал и итальянец. Вслух он сказал:

- Благодарю, Вячеслав, но проблемы такого рода я предпочитаю решать сам.

- Что ж, мое дело было предложить, - произнес Лешков старший, скрывая досаду, - Пожалуй, пора идти спать.

По его расчетам супруга должна была уже спать, или делать вид, что спит. Главное, что она будет молчать. А Энцо в свою очередь надеялся, что теперь-то уж в его спальне посторонних не будет.

Очень смешно, но в его спальне опять была женщина.

На этот раз это была заплаканная Циала Оганесян. Она сидела на стуле у стены. При его появлении женщина выпрямилась и утерла слезы. Энцо не знал, что и думать, потому что выглядела она настолько странно...

- Простите, у вас что-то случилось? – выдавил он, наконец.

Женщина дернулась, как от удара, смешалась, стискивая руки.

- Ничего...

- Тогда... – это уже походило на очень глупую комедию ошибок, да и спать хотелось, в конце концов.

Горделиво вскинув голову, Циала как-то надрывно спросила:

- Скажите, разве я некрасивая?

У Энцо брови полезли вверх в удивлении, похоже, тут предстоят психотерапевтические беседы, а он себя никогда не пробовал в этом качестве. Но женщина явно выглядела несчастной, хоть и старалась держаться уверенно.

- Ээээ... Кхммм... – начал он, прочищая горло.

И тут Циалу Оганесян словно прорвало:

- Скажите, почему...? разве я некрасивая? Почему?!

- Похоже, у нее истерика, - с ужасом подумал про себя Энцо Маури, озираясь по сторонам в поисках воды или чего-то подобного.

Но она вдруг успокоилась, даже мрачно улыбнулась:

- Не обращайте внимания.

Энцо понял, что бы она себе не задумала, и а за чем бы сюда не пришла, ей плохо, и надо просто дать ей выговориться. Он взял другой стул, присел напротив, но достаточно далеко от нее, и спросил:

- Почему вы здесь? У вас что-то случилось, нужна помощь?

- Да, нужна, - проговорила она с отчаянием.

- И чем я могу помочь?

- Вы... А разве вы не знаете...?

Это было так робко и как-то забито сказано, он ничего не понял.

- А что я должен знать?

- Что нужно женщине... – выдавила она.

Энцо оттянул воротник рубашки и крякнул, искоса разглядывая гостью. Циала Оганесян была молода, в дочери ему годилась, наверное. Да, наверное. Ему под сорок, а ей не больше двадцати двух. Никогда не чувствовал себя папочкой... Но вдруг он понял, что помочь придется.

- Расскажите, что случилось, - мягко спросил мужчина.

- У меня... ничего... – прошептала молодая женщина, опустив взгляд.

- И все-таки, почему вы здесь?

Ее лицо пошло пятнами, женщине явно было стыдно.

- Простите, это была ошибка, - пробормотала она, порывисто вскочив, и хотела бежать.

Но он не дал, потому в ее поведении сквозила какая-то обреченность. Поймал ее на пути к двери и строго спросил:

- Что случилось, и где твой муж?

По тому, как она сникла, он понял, хотя и раньше не сомневался.

- Уехал в охотничий домик. Сказал не ждать его...

Теперь понятно.

- А ты решила отомстить?

Она кивнула, потом спросила, уже обмякнув:

- Разве я некрасивая? Почему он...

- Ты красивая, белла... – о, психотерапевтом он еще не работал! - Очень красивая.

- Тогда почему он пренебрегает мной? – всхлипнула женщина. – Я просто вывеска для него, кукла. Я должна улыбаться и молчать. Молчать и улыбаться...

- А ты хочешь, чтобы он тебя заметил?

Женщина напряглась на миг, потом закивала и заплакала.

- Но для этого ты выбрала не лучший метод. Поверь, твоему мужу не понравится, если ты вздумаешь наставить ему рога.

- Тогда он, во всяком случае, меня заметит, - со злостью и обидой проговорила Циала.

- Не говори глупостей, нельзя таким образом злить мужчину. Если хочешь, чтобы он заметил тебя, удиви его. Перестань быть тенью. Оооо! И перестань плакать, ради всего святого!

Но женщина заплакала пуще прежнего. Энцо отошел, принес ей воды, пока она пила заговорил наставительно:

- Ты очень красивая, белла, и он еще влюбится в тебя, и пожалеет, что не замечал раньше, поверь. Просто ты очень молода и не знаешь мужчин, возможно, он этим оберегает тебя, свою жену. Об этом не подумала?

- Оберегает? От чего?

Ооооо! Эта детская наивность...

- У мужчин это бывает, - уклончиво ответил итальянец.

- Да? – в ее голосе уже слышалось сомнение.

- Да, - подтвердил Энцо. – А теперь тебе пора. Беги к себе и не плачь, а то завтра будут красные глаза.

Она подняла на него взгляд, светившийся благодарностью:

- Спасибо вам, Энцо...

Потом по-детски склонила голову к плечу и виновато улыбнулась:

- Ну, я пойду?

- Иди, и больше делай глупостей.

- Спасибо, - повторила молодая женщина и быстро убежала.

А знаменитый итальянский соблазнитель еще с минуту стоял посреди комнаты, обдумывая этот странный визит и свою новую роль. Поневоле возникли мысли о том, что он уже не так молод и пора подумать о семье, тем более, что мама настаивает...

Потом пошел к двери и запер ее на ключ. Во избежание возможных вторжений. И только после этого разделся и лег в кровать, но заснул не сразу, время от времени тревожно поглядывая на дверь, не откроется ли она снова.

Однако больше ничего экстраординарного не произошло, дом наконец-то погрузился в сон. Уже и прислуга закончила убираться, чтобы с утра все сверкало чистотой.