Пигалица - Кристина Жиглата

Алиса

Самсонов привозит меня в большой особняк за городом где-то в Печерском районе. Дом в три этажа, площадью примерно в пятьсот квадратных метров, дизайн в американском стиле. К дому прилагалась шикарная терасса, с огромными фонарями и двухместной качелей. И всё это, охраняло всего двое охранников у ворот, которые следили за частной собственностью по камерам.

Остальные, четверо громадных мужчин, которые следили за Вадимом, следуют за ними на внедорожнике, и остаются рядом с Самсоновым. Вооружённые и опасные, они идеально исполняют свою работу, обыскав меня без предупреждения, около парадного входа. Находят мобильный телефон Кости, который я носила с собой постоянно для связи с братом, и отбирают его, игнорируя моё возмущение.

Лишь тогда оставляют нас в покое и уходят, а меня пропускают в дом.

— Пока побудешь у меня…и без сюрпризов. Отсюда одна дорога — через ворота, но поскольку я не давал согласие на то, чтобы тебя пропустили, попытка покинуть территорию может обернуться для тебя болезненной неудачей! — предупреждает он, когда мы оказываемся в огромной гостиной. — Твой муж заберёт тебя через пару часов, потом можешь строить свои козни сколько угодно. А здесь — веди себя прилично!

Не успеваю ничего ответить, хотя хотелось выдать что-то остренькое — показать средний палец или язык. Но в этот момент меня отвлекает какой-то странный звук. Оглядываюсь по сторонам и замечаю недалеко от нас лифт, двери которого с шумом отварились, а внутри находилась старушка в инвалидном кресле: седовласая, худенькая и с затуманенным, но добрым взглядом.

— Максим, подожди! — начинает она, приближаясь. А затем, приступает внимательно разглядывать меня. После чего, дрожащей рукой прикасается к моей ладони, и слегка сжимает. — Моя внучка, — заключает она, и я вижу на её глазах выступившие слёзы.

— Мама, я просил не спускаться сегодня вниз! — терпеливо отвечает Самсонов. — Тебе Марина сказала?

А я стою, в неком ступоре и понимаю, что маленькая старушка, чем-то похожа со мной! Такая же хрупкая, с серыми глазами, и длинными волосами, которые сейчас покрывала седина, но когда-то без сомнения были светлыми прядями.

Так вот откуда взялась, моя не похожая ни на кого внешность!

— Дай повидаться с внучкой! — сердится старушка. — Ты даже не думал мне о ней говорить! Ты поступаешь не красиво Максим. Я тебя не таким воспитывала!

— Я тебе не говорил о ней, поскольку она здесь надолго не задержится! — чеканит Самсонов. Совсем не рад такому замечанию, но было очевидно, что старушка имела над ним некую власть. — А Марине, нужно научиться держать язык за зубами, пока я его ей не оторвал! — сердито выпаливает.

— Не трогай мне девочку! — кричит она, махнув тростью, которая до этого, покоилась у нее на коленях. — Даже не смей впутывать сюда Маринку! Ты не сказал мне о внучке! Какие грязные планы, ты строишь на этот раз? Хочешь, чтобы моё слабое сердце не выдержало и окончательно остановилось!

— Мама прекрати! Ты же знаешь, что я делаю всё, для нашего благополучия…

— Значит…вы моя бабушка, — прихожу я в себя. — У меня действительно есть бабушка? — не верю, но искренне радуюсь. Хорошая, добрая бабушка…что значит, мы с Вадимом не одни!

— Да, деточка, — с теплом в голосе говорит старушка. — Сама только сегодня узнала о тебе…, - добавляет и плачет.

И я тоже не могу сдержать слёз. Поддаюсь порыву, обнимаю хрупкие плечи и сразу ощущаю наше родство. Мне так этого не хватало…

Росла без папы. Мама оставила меня слишком рано. Брата видела редко… А теперь, я чувствовала такую радость.

Кроме Лидии, у мамы не было никого, но и она, в нашей жизни играла последнюю роль…

— О, Боже! — вырывается у меня, между всхлипами, а Самсонов стоит в стороне и пыхтит как паровоз.

Слышу его ворчание, недовольство и ликую. Вот — моё спасение! Бабушка не даст меня в обиду, если пожаловаться ей…или же, хотя бы попытается.

— Можешь называть меня Викторией, — мягко говорит она, погладив меня по волосам. — Ты так похожа на меня в молодости…

— Хватит! — рычит Самсонов, силой отрывая меня от старушки. — Алиса выходит замуж мама, и не останется в нашем доме, поэтому — не привыкай!

— Это ваше желание — не моё! Вы меня продали! — кричу.

— Ты не можешь её принуждать! — вступается бабушка. — Я не позволю. Если малышка не хочет, зачем ты навязываешь ей этот брак?

— А затем, чтобы…, - пытаюсь сказать я.

— Помолчи! — обрывает меня Самсонов, больно схватив за предплечье. Склоняется чуть ближе ко мне и добавляет: — Скажешь ей причину, и твой брат…

Но не успевает договорить, поскольку бабушка легонько бьет его по руке тростью, заставляя отпустить меня. Но я всё равно всё поняла.

Прикрыться бабушкой — не выйдет!

Не соглашусь на его условия, он вновь вернётся к Вадиму.

— Я забираю её с собой! — твёрдо выговаривает старушка. — И она выйдет замуж, только тогда, когда сама этого пожелает!

— Она пожелает! — уверенно говорит Самсонов, посмотрев на меня предупреждающим взглядом.

— Хорошо, — сразу соглашаюсь.

— Теперь можешь идти с моей мамой, — позволяет он. — И учти, в доме везде камеры. Одно неправильное слово или действие — я знаю, где найти Белинского! — еле слышно добавляет.

Одариваю его самым презрительным взглядом, на который была способна, и киваю.

— Пойдём деточка, — говорит старушка, взяв меня за руку. — Нам так много нужно ещё обсудить…