Трудно быть боссом - Юлия Бузакина

Машина Харитонова свернула на проселочную дорогу, ведущую к местному рыночку, называемому в народе «развалом», и ее начало потряхивать.

— Как ты мог так вляпаться, Андрей?! — возмущенно пыхтел дед на переднем сиденье.

— Почему сразу вляпаться?

— Потому что по-другому это не назовешь!

— Слушай, я люблю ее, ясно? Я все равно собирался на ней жениться, даже когда не знал, что ребенок мой! А тут такой сюрприз… я сам только вчера ночью узнал, что я, оказывается, его папа! Ничего мне не говори про Еву и мальчика!

— А матери, как это преподнести? Ты подумал?

— Матери придется сказать все, как есть. Другого способа я не вижу. Врать, прятаться нет никакого смысла. Поплачет и успокоится. Хватит уже ее истерик! Она полгода мне мозг чайной ложечкой выедает! Лучше, скажи, зачем тебе на развал?

— Как, зачем? За рыбой. Или ты думаешь, я ловить ее собираюсь? Потаповы завтра в пять утра приедут, а у меня рыбка уже готова, наловлена вроде как.  Я ее в сети под лодку помещу и буду по одной вытаскивать. Как будто клев у меня хороший.

— Да она же у тебя задохнется до завтра!

— Кто сказал? Я ее в воде хранить собираюсь. В сети. Даже покормлю маленько, чтобы не голодная была. А потом инспектору предъявлю, чтобы не зазнавался.

— Он к Еве свататься приходил, — поморщился Андрей.

— Как так?

— А вот так. По-настоящему, с родителями. Ее мать дачу ему обещала за то, что женится и ребенку свою фамилию даст. Вроде как, избавит Соболевых от позора.

— Что значит, даст фамилию?! Нашему ребенку?!

— Представь себе, да. Ева из дома и ушла, куда глаза глядят. А я их сюда забрал.

— Да это же возмутительно! Ты обязан срочно жениться!

— Правда?! А кто пять минут назад возмущался по этому поводу?!

— Я не знал, что Потапов на ребенка виды имеет! Еще и дачу захотел! Вот поганец!

Впереди показался развал.

— Иди, покупай, что нужно. Я тебя в машине подожду. — Сообщил деду Андрей.

— Ну, ладно, как хочешь.

Дед выбрался из машины и пошел в торговые ряды под открытым небом.

Андрей поднял голову и его взгляд уткнулся в огромную вывеску:

«Всероссийский съезд любителей балетной оперы». Далее стояла дата нынешних выходных и адрес, по которому будет проходить съезд.

На фото среди танцующих балет «Лебединое озеро» балерин красовался ни кто иной, как Пухляш в своей белоснежной рубашке с рюшами и белых колготках. В руках Пухляш держал поднос с хлебом солью и до жути приветливо улыбался.

«Балерон недоделанный!» — презрительно фыркнул Андрей и уже хотел отвернуться, как его взгляд скользнул ниже, туда, где обычно указывали спонсоров мероприятия.

«Надо же, есть в нашем городе любители балета и оперы…» — подумал Харитонов.

«Балет – искусство для мужчин!» — было подписано под приглашением на съезд.

Андрей присмотрелся к картинке лучше, и икнул. В пачках вокруг Пухляша стояли совсем не «лебедини»! В пачках были мужчины!

«Что за ерунда?» — Андрей протер глаза, но видение не исчезло. Вокруг Пухляша в пачках по-прежнему стояли мужчины, а не женщины.

Он бы никогда не обратил внимание на спонсоров – мало ли, кому и что придет в голову спонсировать в их провинциальном городе, - да взгляд зацепился за фамилию Громов.

«Андрей, Адольфик точно мне изменяет. Мы с мамой заехали к нам домой, а чемоданов нет. И Адольфа нет. Но он клялся мне, что все выходные проведет дома. Мне кажется, он сбежал…»

По спине пробежался неприятный холодок. Вот оно что! Адольфик – любитель балета. Он отправился не на рыбалку. Он поехал на всероссийский съезд любителей балетной оперы в роли спонсора. Усатый прапор и его средства оказались очень нужны русскому балету.

Дата и время на рекламном баннере указывали на то, что съезд вот-вот откроется. Адрес – закрытый элитный мужской клуб «Голубые васильки». Андрей знал, где находится клуб «Голубые васильки» - в одном из самых живописных мест на озере. Хозяева клуба оттяпали у города целый кусок пляжа, на котором весной распускались голубые васильки, чем в свое время вызвали шквал возмущения от любителей природы. Клуб славился своей нетерпимостью к женщинам и проповедовал патриархат. В клуб принимали только богатых мужчин. Дам на базу не пускали. Андрей догадывался, что ездили туда совсем не для того, чтобы собирать отнятые у горожан голубые васильки у озера. База предлагала настоящую русскую баню, сауну, бассейн и отменные русские блюда в ресторане, цены в котором были выше, чем в Москве. Поговаривали, что в том ресторане мужчины мерились, кто закажет больше блюд. У кого в чеке сумма выше, тот круче. У озера же оборудовали поле для гольфа, чтобы состоятельным мужчинам было, чем заняться во время отдыха, при этом безжалостно вытоптав половину голубых васильков в пользу игры для богатых снобов.

Каким образом послушный Адольфик затесался в команду патриархальных «васильков» накануне появления первенца?!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Он же олигарх. Наверное, все местные олигархи обязаны состоять в этой странной секте, проповедующей патриархат и нетерпимость к женскому обществу».

— Алё, внучек! Не спи! Багажник, открывай! — забасил дед у него над ухом снаружи, и Андрей перевел взгляд на ведра в его руках. Ведра были до верха набиты живыми карпами.

— Ты хочешь поставить в багажник моей машины вот ЭТО?! — опешил Андрей. — Только через мой труп!

— Да ладно тебе, я их укутаю полиэтиленом! Ехать десять минут, а потом рыбки отправятся в самодельный прудик до самого утра!