Его хорошая девочка - Наталья Соболевская

— Водички дать? — как ни в чём не бывало, спросил Беркутов.

— Обойдусь, — рявкнула я, но вспомнив, что вода у нас имеется лишь в холодильнике, а холодильник стоит у окна, то есть от дивана достаточно далеко, взялась за горло, прокашлялась и как бы передумала. — Сок хочу. Грейпфрутовый, — недовольно и хрипло произнесла.

Хоть на Беркутова демонстративно не смотрю, но как он кивнул, заметила, а когда он развернулся ко мне спиной и пошёл, приготовилась. Главное — выдержать и стартануть в удачный момент. С учётом форы, до двери должна успеть добежать.

Прикусив губу, наблюдаю за тем, как Никита шарит рукой в холодильнике, сок ищет, которого там нет, самолично пустую бутылку в корзину выбросила. Беркутов что-то проворчал, кажется, сказал: «Нет тут нифига», — и принялся вновь обыскивать холодильник, начиная с верхней полки.

— А вот это как раз то, что мне нужно, — Никита, сцапав жестяную банку газировки, откупорил и, запрокинув голову, жадно начал пить.

«Вот оно», — рассудила я и со всех ног помчалась.

— Варя! — Беркутов спохватился слишком поздно, когда я уже схватилась за ручку двери и не мешкая выскользнула на веранду. Но к сожалению или, наверное, скорей, к счастью, она оказалась пуста. Шолохова и след простыл.

— Уковылял, значит, — раздалось за спиной. — Я же говорил, что жить будет. Убедилась? Довольна? Пошли обратно….

— Ты залез в мой телефон, — развернувшись к нему лицом, перебила я Беркутова и пошла в наступление. — Удалил звонки, — ткнула пальцем ему в живот, — сообщения, — ещё раз ткнула, — откуда-то узнал пароль. Откуда?

— Тоже мне, хитрость, подглядеть, как ты набираешь подряд шесть единиц, — ни капельки не смутился мужчина.

— Я больше ни одному твоему слову не поверю, ведь спрашивала, ты переложил мой телефон или нет. Ты сказал, что это сделал отец.

— И это чистая правда, телефон в спальню отнёс Сергей Юрьевич, я там его уже взял.

— И как часто ты его брал? Что-то мне не верится, что всего раз и сразу удачно.

— Регулярно.

— Каждый день?

— Несколько раз в день.

Ничего секретного и интересного у меня в телефоне нет: ни провокационных фото, ни стыдной переписки или компрометирующей истории в интернете. Если вдруг так получится и его содержимое станет достоянием общественности, мне, конечно, станет не по себе, но чувства неловкости не возникнет. Но сейчас меня буквально разрывало на части от злости, что человек, с которым я беспроблемно оставляла наедине свой телефон, воспользовался моей доверчивостью и бесцеремонно копался в моём личном пространстве.

— Мы теперь общаемся исключительно только по рабочим вопросам, и больше мы не соседи, подавись этим бунгало, завтра съеду, — глухим голосом сообщила я, обогнула мужчину и направилась к себе в спальню, собирать вещи.

— Варвара Сергеевна, а не крутоваты ли санкции? — ступая за мной след в след, посетовал Никита. — Да и было бы из-за кого их вводить, из-за Шолохова, мать его. Не стоит он того….

Фиг вам что-то отвечу!

Беркутов сколько угодно может паясничать и строить из себя дурачка, я-то отлично знаю, голова у него прекрасно соображает, получше, чем у многих. И он понимает, что Дима к моему переезду если и имеет отношение, то лишь косвенное. Никита сам дел наворотил и всё испортил.

— А ты не задумывалась, почему Шолохов именно сегодня к тебе забрёл? — не унимался Беркутов, и я впервые пожалела, что бунгало настолько просторное. Пока от одного конца коридора до другого дойдёшь, тебе вполне успеют мозг выклевать. — Надулась и молчит…. Ладно, сам скажу. Этот гад крысой у нас в отеле обзавёлся, от неё и узнал, что сегодня я в отъезде. Кстати, завтра объявляется день охоты на эту самую крысу. Вычислю и не побрезгую, самолично возьмусь за облезлый хвост и, хорошенько стукнув об какой-нибудь угол, выброшу за забор.

Мне не интересно, вообще.

— И что, даже результаты поездки не интересуют? — когда я уже распахнула дверь спальни, Беркутов вынул из рукава главный козырь.

В воображении я, не останавливаясь, гордо вошла в комнату и хлопнула дверью перед нахальным носом мужчины, но то мечты. В реальности, застыв у порога, кусала губы и недовольно пыхтела.

— Ну говори, внимательно слушаю. Чего замолчал? — прошипела я сквозь зубы.

— Хм, рассчитаемся для начала. Не забыла, за тобой долг — поцелуй, — Никита, не дожидаясь реакции, развернул меня к себе лицом и, приобняв за талию, близко подтянул. — Что ты там в прошлый раз делала? Кажется, голову запрокидывала, глаза прикрывала, сейчас это будет уместным, можешь ещё и губы раскрыть, — Беркутов наклонился, явно нацелившись на мой рот, но я не смогла пересилить себя, упёрлась ладонями ему в грудь и отпихнула.

— У меня сейчас одно желание — треснуть тебя по голове, но никак не целовать. Беркутов, не накаляй обстановку. Просто так расскажи, как съездил. Дай мне повод в будущем хотя бы вежливо общаться с тобой по рабочим вопросам, — выгнув спину по максимуму и отвернувшись в сторону, выпалила я.

— Значит, отказываешься платить? — странно, но Беркутова, похоже, этот факт совсем не расстроил, в его голосе, скорей, улавливались победные нотки, нежели раздражённые. — То есть в одностороннем порядке разрываешь наш договор. Хорошо. Смотри, дело твоё, — заявил мужчина и, выпустив меня из рук, направился восвояси.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Прищурившись, с нехорошим предчувствием, словно только что сильно промахнулась, наблюдала за тем, как расслабленно вышагивает мужчина по коридору, вплоть до того, пока он не скрылся у себя в спальне.

Закрывшись на ключ, отправилась в душ, чтобы смыть с себя хоть часть кошмара, что случился за последний час с небольшим. Как ни старалась отрешиться от ситуации и расслабиться, не получилось. Пыталась думать о чём-нибудь приятном, но мысли постоянно возвращались то к вопросу, куда пропала Снежана, то к словам Никиты, что Шолохов сегодня пришёл в гости в его отсутствие не случайно, а целенаправленно.

И ведь действительно для визита Дима выбрал подозрительно крайне удачный момент. Неужели у нас в отеле для него кто-то шпионит? Если это так, то порядочного он из себя только играет, а по сути ничем от Беркутова не отличается. Хотя нет, тогда он куда хуже Никиты. Беркутов хотя бы святую невинность из себя не корчит, если волк, то волчью шкуру и носит.