Верни мне сына - Елена Попова

Спускаясь по ступенькам крыльца, я хотела лишь сделать вид, что подвернула ногу.

Но перестаралась.

Выгнула ее так, что аж лодыжка хрустнула. Согнулась от боли, схватилась за перилла, застонала на всю улицу.

«Вот-вот подойдет», — надеялась тогда я.

А подняв голову, заметила лишь его удаляющуюся спину.

В парк. Он. Просто. Пошел. В парк! Расположенный через дорогу от его дома.

Позже, уже живя с ним, я узнала, что это его некий ритуал: перед сном побродить по парку и таким образом разгрузить голову от работы.

Тогда у меня было два варианта: хромать за ним в тот парк, и как-то попытаться привлечь его внимание, или… ехать в больницу.

И мне пришлось выбрать второе. Иначе готова была завыть от боли на весь его двор.

Итог: Золотов меня даже не заметил, зато я больше недели не могла ступить на ногу и обходиться без обезболивающих таблеток.

Класс!

День за днем я теряла надежды.

Думала: и зачем я вообще на все это подписалась? Прилетела в Россию, бегаю за богатым мужиком, подворачиваю себе ноги, трачу отцовские деньги на дорогие наряды, чтобы ходить на благотворительные вечера, которые мне и даром не сдались. Зачем?

Да, Золотов мне безумно нравился. Я засыпала и просыпалась с мыслями о нем, много раз представляла нас вместе. Он казался мне идеальным мужчиной: красивый, успешный, состоятельный, умный и недосягаемый, отчего тянуло к нему еще сильнее.

Но судьба так и препятствовала нашей встрече.

Но один день изменил все.

И эта долгожданная встреча запомнилась ему надолго.

Жанна возвращается в припудренном настроении, садится напротив меня, сжимает кулачки на уровне груди.

— Все получилось, — пищит она. — Элька, у нас все получилось, слышишь?

Она берет меня за руки, крепко их сжимает, и до меня наконец-то доходит, что она имеет в виду.

— Ты уверена? — шепчу я, готовая в следующую секунду расцеловать подругу.

— На сто процентов! — решительно заявляет она и гордо вздергивает подбородок. — Можешь забыть про существование этой девицы и со спокойным сердцем готовиться к свадьбе.

Глава 22

Денис

Проводив за ворота ландшафтного дизайнера, я устраиваюсь в беседке, допиваю остывший чай и откидываюсь на спинку скамьи.

В нескольких метрах от меня возвышается трехэтажный особняк из белого камня, с панорамными окнами и высокими колоннами, установленными по обеим сторонам крыльца.

В доме остались кое-какие недоделки: не выкрашены балясины террасы, не собрана мебель на мансардном этаже. Ну, как сказать мебель. Там будет зона для отдыха и кроме бильярдного стола, кожаных кресел и дивана больше ничего не планируется.

Еще нет фонарей в саду и видеокамер.

Но это мелочи.

Оглядываю сад, усыпанный желтыми листьями, набираю в легкие прохладный воздух и удовлетворенно выдыхаю.

Теперь мы живем вдали от мегаполиса, надоедливого гула машин и сирен — вот что самое главное.

Прошла всего неделя, как мы переехали сюда, но даже этого оказалось достаточно, чтобы разгрузить голову от городского дурдома, и на несколько дней забыть о работе.

С таким замом как у меня переживать не о чем. Он прекрасно управляется со всеми финансовыми делами и ежедневно присылает мне отчеты. Так что я спокойно могу наверстывать упущенное и проводить много времени с сыном.

Дане здесь очень нравится. Вчера он до позднего вечера колесил по дому на новом электромобиле. Я подарил ему черный лаковый БМВ, которым можно управлять с пульта.

И… вчера я не выпускал этот пульт из рук.

Еле-еле уложили его с Аней спать. Убаюкивали по очереди.

Поднимаю взгляд на окно их комнаты, и ловлю себя на мысли: почему-то думая об Ане мне всегда хочется улыбаться.

Не скрою: мне нравится эта девушка. Простая до чертиков и в то же время с характером, какой сейчас редко встретишь в девушках из моего круга.

Я привык видеть в глазах женщин наигранную доброту и застенчивость, которые со временем растворяются в меркантильности. Еще есть категория любительниц тренировать на мне свое обаяние. А Аня совсем не такая. Ей нет дела до моих денег, статуса и всего того, что имею. Главное в ее жизни — наш сын.

Как неоднозначно это звучит: Наш. Сын.

У нас есть общий ребенок, но, тем не менее, у каждого из нас своя личная жизнь.

Неделю назад Аня развелась со своим мужем, я — через полтора месяца женюсь.

«Всего полтора месяца… — с ужасом понимаю я. — А еще почти ничего не готово».

От этой мысли мне резко дурнеет. Свадьба на носу, а у меня еще не заказан костюм и до сих пор не куплены кольца.

Чем я думаю?

Кажется, я вообще выпал из той реальности, что была до появления Дани. Все резко отошло на задний план.

Эля встречается с ведущими, обдумывает меню, пишет пригласительные, а я с головой окунулся в отцовство и кое-какие проблемы Анны.

Ее бывший муж, видимо, плохо усвоил наш разговор. Задел Аню за самое больное: этот говнюк быстро подсуетился, чтобы отодвинуть ее бабушку в очереди на операцию.

 Ну, слава богу, я тоже не последний человек в столице и решил этот вопрос за пару дней.

Софию Андреевну прооперировали в хорошей клинике, а сестру Румянцева, которая возглавляла хирургическое отделение одной из больниц, уволили.

Надеюсь, ей и ее брату этого достаточно, чтобы раз и навсегда уяснить одну простую вещь: нельзя играть человеческими жизнями. Как бы там ни было — нельзя.

А еще, надеюсь, до них дошло, что тягаться со мной — дело бесполезное и чреватое печальными последствиями.

Желудок громким урчанием напоминает, что пора обедать. Встав со скамьи, медленно разминаю плечи, иду в дом.

Нужно приготовить что-нибудь. Причем самому…

Наша домработница сегодня заболела, а я без нее как без рук. Можно, конечно, заказать еду из ресторана, но пока ее сюда везут, я точно помру с голоду.

С порога чувствую запах чеснока. На кухне что-то шипит, брякают кастрюли.

Войдя туда, вижу картину: Аня вилкой тыкает варящуюся картошку, второй рукой переворачивает на сковороде котлеты. Затем быстро кладет на стол лопатку, хватает ложку, что-то мешает в маленькой кастрюле.

Сую руки в карманы спортивных брюк, прижимаюсь плечом к дверному косяку и молча наблюдаю за ней.

Длинный хвост, с которого вот-вот спадет резинка, на бедрах низко сидят серые шортики. Задерживаю взгляд на ямочках ее спины, которые виднеются из-под короткого топа. Кажется, их называют «ямочки Венеры», если не ошибаюсь. Очень сексуальная особенность женского тела. До того