Девочка бандита - Мила Дрим

Поражало, что я так быстро влюбилась в него. Хотя, впрочем, я читала, что влюбленности это свойственно, а вот любовь — чувство куда более глубокое и несокрушимое — мне только предстояло познать.

Потому что я знала, что была на пороге этого.

Потому что вид Искандера, воспоминания об его взгляде — том самом, в котором я разглядела благородство (да, прямо в бандитском ресторане, после визита ОМОНа), вызывал у меня более глубокие чувства.

Мне хотелось услышать историю Искандера. Узнать, каким он был, будучи ребенком, и что толкнуло его в этот преступный мир.

Я хотела понимать его.

Чувствовала — Искандер был другим. Не было в нем ни отмороженности, ни беспринципности.

Я плохо разбиралась в мужчинах, но сердце не сомневалось — Искандер — самый достойный из них.

Размышляя над этим, я начала мыться. Теплая вода пахла хлоркой. Не самый приятный запах. Пытаясь погасить его, я взяла первый попавшийся флакон с полки и налила его содержимое себе в ладонь.

Прохладная, сиреневая жидкость оказалась куда более приятной на запах, нежели вода, льющаяся из крана. Нежный аромат окутал мое тело, как только я нанесла гель на кожу.

Прерывисто вздохнув, я прикрыла глаза и попыталась успокоиться. Но мысли о том, что скоро случится, бесконтрольно крутились во мне. К счастью, страх, хоть имелся, но был не таким огромным по сравнению с моим желанием быть с Искандером.

Закончив мыться, я выбралась из ванной и завернулась в полотенце. Пушистое, пахнущее свежестью, оно окутало мое влажное тело, почти как кокон.

А, стало быть, была бабочкой — которая после прикосновения Искандера, должна буду выбраться наружу.

Столь поэтичное сравнение вызвало у меня улыбку. Подойдя к запотевшему зеркалу, я послала поддерживающий взгляд своему размытому отражению, а потом — решительно вышла из ванной комнаты.

С волнением в груди я прошла в спальню.

Взор мой уперся в Искандера.

Кажется, он заснул прямо в кресле. Веки его были смежены, лицо приняло расслабленное выражение, и теперь я отчетливо увидела усталость на нём.

Сердце мое сжалось от охватившей нежности и сострадания к Искандеру. День выдался насыщенным на события, и я, переживавшая о случившемся, совсем не думала, каково Искандеру.

Как же быть? Разбудить его?

Мне было жаль нарушать его сон. Ощутив прохладный ветерок на своих влажных плечах, я подумала, что, верно, Искандеру тоже может быть холодно.

Я подошла к кровати и аккуратно стянула с неё покрывало. Стараясь быть тихой, я приблизилась к Искандеру. Затаив дыхание, я медленно накрыла его покрывалом.

В тот момент, когда мои пальцы отпустили мягкую ткань, случилось то, чего я не ожидала.

Искандер распахнул глаза. На долю секунды в них вспыхнула ярость, а затем на смену ей пришла нежность.

Поразительный контраст, от которого мое сердце забилось еще сильнее.

— Красота, — протянул он, и его грудной, бархатистый голос, мурашками прошелся по моей спине, — не ожидал.

— Того, что я укрою тебя? — краснея от взгляда Искандера, который теперь с интересом разглядывал меня, поинтересовалась я.

— То, что я засну, — взор его взметнулся вверх, к моим глазам, — и то, что ты позаботишься обо мне.

С последним словом Искандер решительно, словно хищник, собравшийся атаковать, поднялся на ноги.

Жар его тела тотчас окутал меня. О прежней прохладе не было уже и речи. Кожа моя запульсировала, стоило только горячей мужской ладони опуститься на плечо и сжать его.

— Прежде чем ты начнешь, я хочу предупредить тебя, — сбивчиво начала я, — надеюсь, ты будешь использовать презервативы. У меня нет в ближайших планах появление детей.

Губы его дрогнули в усмешке:

— У меня тоже нет этого в планах.

Искандер второй рукой обвил меня и прижал к себе. Моя грудь впечаталась в его. Полотенце чуть сползло, и я почувствовала, как от кофты Искандера у меня зазудела кожа.

— Зато в планах есть ты, — произнес он и прижался к моим губам своими губами.

Его поцелуй — мучительно-медленный, источал хорошо контролируемый голод. Но все равно, этот голод ощущался.

Я задрожала, как только горячий язык проник мне в рот. Голова у меня закружилась, и я обвила шею Искандера.

Он подхватил меня на руки, и полотенце сползло с моего тела. Взор Искандера опустился на мою обнаженную грудь. Он довольно улыбнулся, а я…

Стыд обжег мне лицо, и я почувствовала себя невероятно уязвимой.

— Искандер, — выдохнула я, когда Искандер опустил меня на кровать.

Наверное, было уже поздно говорить, но как говорится: «лучше поздно, чем никогда».

— Мм? — стянув кофту, он швырнул её в сторону и выразительно посмотрел на меня.

Я приподнялась на локтях и выдохнула:

— Скажи, что это не на один раз. Скажи, что мы будем вместе, что я нужна тебе, что ты не бросишь меня…

Изумление, а затем — понимание, отразилось на его, потемневшем от страсти, лице.

— Ты нужна мне, Лиза, — он накрыл меня собой, и я застонала от его веса и долгожданных слов, что Искандер сказал мне.

— Меним балача гызым, — добавил он с улыбкой, — я буду с тобой.

ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ

Я проснулась от ощущения того, что кто-то смотрит на меня.

Взор мой, затуманенный сном, уперся в тигриные глаза.

Они смотрели на меня с глубокой задумчивостью.

Темные изумруды, завораживающие силой своего взгляд и глубиной. Глубиной, в которую хотелось нырнуть.

— Привет, — дрогнули губы Искандера, и воспоминания о том, как он целовал меня этой ночью, заставили моё сердце учащенно забиться.

— Привет, — я улыбнулась в ответ, — ты давно так разглядываешь меня?

— Достаточно.

Я затрепетала от его ответа.

Не в силах сдержаться, задала очередной вопрос:

— И что ты успел увидеть?

Губы Искандера растянулись в многозначительной улыбке:

— Самое важное. А теперь скажи мне, милая, как ты себя чувствуешь?

Пытаясь найти ответ на этот вопрос, я нахмурилась.

Как я себя чувствую?

Тело мое ныло, груди казались непривычно чувствительными, а все, что было ниже живота, покалывало и отдавало тупой болью.

Мой первый раз оказался…

Впечатляющим, но не таким уж болезненным, по сравнению с тем, что описывалось в романах. Впрочем, ни о каком экстазе тоже не было и речи.

Но!

Ощущение Искандера, его губ и ласковых слов стали для меня самым важным удовольствием.

Я видела, чувствовала, что он старался быть бережным и нежным. И это у него получилось.

— Я чувствую себя взволнованной и немного уставшей, — призналась я после раздумий.

— Я утомил тебя? — Искандер вызывающе вскинул бровь, и его горячая ладонь властно опустилась на мою обнаженную поясницу.

Я покраснела от его прикосновения. Все