Беспощадные святые - Мишель Хёрд

Там, где мои ноги свободны, его ноги прикованы к стулу застежками-молниями вокруг лодыжек. Его руки тоже связаны за спиной, но вместо того, чтобы паниковать, он выглядит спокойным… расслабленным. Он просто смотрит куда-то вдаль, как будто погружен в грезы наяву.

— К-Карсон?

Он не смотрит на меня и ничего не говорит. Он просто продолжает смотреть в никуда с бесстрастным выражением на лице.

Я не могу… Я не понимаю.

— Скажи Адмиру, что девушка проснулась, – говорит мужчина рядом со мной другому, стоящему у двери. Только тогда я замечаю всех мужчин. Я насчитала девять.

Все они выглядят как преступники, которых я видела только в фильмах.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Это плохо.

У меня есть миллион вопросов, но я не осмеливаюсь открыть рот.

Будь тихой. Не привлекай к себе внимания.

Затем начинают возвращаться воспоминания. Карсон дерется, я никогда не видела ничего подобного. Пистолет. Ларс.

Ларс. Бедный Ларс.

Мое дыхание начинает учащаться, а сердцебиение ускоряется.

Мой взгляд снова устремляется на Карсона, но не находит ни тепла, ни уверенности… ничто на его лице не говорит мне о том, что у нас все будет хорошо, отчего в моей груди нарастают рыдания.

— Карсон, что происходит? – спрашиваю я его.

Он мне не отвечает. Никто этого не делает.

— Кто-нибудь может сказать мне, что происходит? – спрашиваю я, на этот раз мой голос звучит громче, движущей силой является растущая паника.

Ближайший ко мне мужчина разворачивается и наотмашь бьет меня по лицу.

— Заткнись.

Я зажмуриваюсь и на мгновение замираю, пытаясь переварить удар.

Все было нормально... а затем – нет.

Как будто я попала в странный кошмар, в котором ничто не имеет смысла.

Может быть, это просто дурной сон?

Может быть…

Адмир входит в комнату и жестоко усмехается. Он бросает взгляд на меня, прежде чем переключить свое внимание на Карсона.

— Карсон, блять, Козлов. Мы снова встретились.

Карсон ничего не говорит. Вместо этого он продолжает смотреть в пол.

— Кто заказал контракт? – спрашивает Адмир.

Контракт? Какой контракт?

От Карсона не последовало никакой реакции. Он почти не моргает.

Мой взгляд продолжает метаться между Адмиром и Карсоном, надеясь узнать, зачем мы здесь.

— Скажи мне, и я сделаю это быстро, – говорит Адмир.

Сделает быстро что?

Когда Карсон застывает в молчании, Адмир поворачивается ко мне. Он делает жест рукой, и затем ко мне подходят двое мужчин.

Мои губы окаменели, но я не могу придумать ни единого слова. Я пытаюсь разорвать путы, впивающиеся в мои запястья, и когда я вскакиваю со стула, один парень хватает меня за шею.

Я издаю легкий пищащий звук, когда меня толкают назад, и мои ноги выбиваются из-под меня. Я сильно ударяюсь об пол, боль пронзает меня, руки впиваются в поясницу. Стул отбрасывается в сторону, пластик издает скребущий звук.

Ужасные эмоции захлестывают мою грудь. Мой разум затуманивается от абсолютного ужаса, а затем мне на лицо надевают тряпку. Теплая вода заполняет все отверстия и вытесняет воздух из моих легких10.

Я борюсь с охватившей меня силой. Я задыхаюсь и кашляю, вода душит меня. Когда я начинаю задыхаться, мои легкие горят от нехватки кислорода, они отпускают меня. Мое тело сотрясается в конвульсиях, пока мое горло и легкие работают, чтобы выпустить воду.

Кажется, проходят невыносимые минуты, прежде чем я могу сделать болезненный вдох.

Меня поднимают на нетвердых ногах, а затем то немногое, что мне удалось вдохнуть, вырывается из меня, когда кулак врезается мне в живот.

Я падаю на колени, прежде чем перевернуться, издавая ужасные звуки, когда меня тошнит от пульсирующей боли в нижней половине тела. Я делаю мучительный вдох, но мое тело словно разучилось функционировать, потому что я задыхаюсь от воздуха.

Встревоженное нехваткой кислорода, мое сердце бешено колотится. Похоже на то, словно меня душат, когда я пытаюсь сделать вдох.

Успокойся.

Тебе нужно дышать.

Не дыши слишком быстро.

Рыдание срывается с моих губ, когда до меня доходит реальность моей мрачной ситуации.

Они собираются пытать меня. И все из-за какого-то контракта... и Карсона.

Дыши.

Глава 16

КАРСОН

Дыши.

Мне требуются все мои силы, чтобы сидеть неподвижно и смотреть в пол, пока Хейли задыхается после того, как ее пытали водой.

Господи, детка. Дыши.

Она судорожно втягивает воздух, и я слышу, как сильно это причиняет ей боль.

Мое сердце.

— Кто заказал контракт? – снова спрашивает Адмир.

Как только я скажу ему, что это было анонимно, он убьет нас. Если я проявлю хоть какую-то реакцию, они разорвут Хейли на части. Лучшее, что я могу для нее сделать, – это молчать, делать вид, что мне насрать, в то время как внутри меня все разрывается на части.

Это единственная карта, которую я могу разыграть прямо сейчас. Каждая минута может означать разницу между жизнью и смертью. Мне просто нужно выиграть время, чтобы Алексей смог приехать сюда. Тогда я, блять, убью их всех.

— Еще раз, – приказывает Адмир.

Я почти закрываю глаза, но вовремя останавливаю себя.

— Нет! – Голос Хейли хриплый, и она издает тот же испуганный звук, что и раньше. – Нет. Нет. Нет. – Ее слова приглушены тканью.

И снова мое сердце превращается в неузнаваемое месиво, когда звук ее удушья наполняет воздух.

Мне жаль. Черт, мне так жаль, что ты встретил меня.

Мне жаль, что у меня не хватило сил держаться от тебя подальше.

Мне жаль, что ты страдаешь из-за меня.

Я медленно моргаю, не шевеля ни единым мускулом, пока женщина, которую я люблю больше всего на свете, борется за воздух. Сожаление и ярость разрастаются в моей груди, пока не заполняют то место, где должно быть мое сердце.

Ее тело находится в режиме паники, и она больше не мыслит рационально. Ее единственный инстинкт – дышать. Ее горло сжимается, чтобы не пустить воду, но воля к жизни берет верх, загоняя воду в легкие.

Я точно знаю, через что она проходит. Что она чувствует. И это, черт возьми, уничтожает меня.

Глухой удар, когда они ударяют ее, ударяет по моей душе. Это жестоко, и причиняет больше боли, чем любая другая, которую я когда-либо испытывал.

И снова я чуть не поднимаю взгляд. Я почти двигаюсь, но осознание того, что они могут сделать гораздо хуже, заставляет мое тело застыть.

Хейли пытается сделать