Моя Госпожа - В. Савви

— С удовольствием, — сказал он, нажимая кнопку реверса. — Передайте ему, что я ищу… — Он остановился, кресло-каталка остановилось, и его темный взгляд устремился на что-то позади меня.

Я отступила назад, в одно мгновение с ужасающей ясностью осознав, что привлекло его внимание.

Коробка.

Я открыла ее и прочитала инструкции вместе с Вай, оставив коробку с гигантскими буквами «Тест на Беременность» лежать на диване, прежде чем отправиться в ванную, и теперь это простое действие должно было меня потопить.

Но опять же, нет. Это было мое чертово место, мой мир, мой офис, и он мог поцеловать мою лилейно-белую задницу. Я смотрела на него снизу вверх, не желая выглядеть запаниковавшей, запуганной или испуганной, или любой другой вещью, которую этот злобный хулиган хотел, чтобы я почувствовала.

Этот дедушка моего ребенка.

Все мое тело покрылось холодным потом, когда я поняла, что из всех «что за хрень» в этой ситуации эта была самой страшной.

— Ты заманиваешь его в ловушку, — шипел он. — Я так и знал. Ты не смогла заманить его в ловушку тогда, поэтому делаешь это сейчас, ты жалкая… — Я жалкая? — закричала я. — Я не та, кто настолько не уверена в себе, что терроризирует своих детей, чтобы почувствовать себя человеком.

— Просто подожди, — прорычал он. — И ты, и твоя мать воспитывались в борделе. Ты хочешь еще больше этого отродья… Руки Вай на его стуле прервали его оскорбления, и он с хрипом втянул воздух, когда она развернула его и толкнула к двери, прежде чем он успел дотянуться до кнопок.

— Уходи! — прокричала она над его головой, проталкивая его в дверь и захлопывая ее.

Я опустилась на диван, колени стучали слишком сильно, чтобы удержать меня на ногах.

Джонатан достал из кармана палочку, зажав ее большим и указательным пальцами.

— Могу я?..

— Выброси ее, — пробормотала я.

— Спасибо, — вздохнул он.

— Подожди, — сказала Вай, доставая телефон и делая снимок. Она бросила на меня косой взгляд. — Вдруг тебе понадобятся доказательства или что-то в этом роде.

— Это не может быть реальностью, — сказала я, опустив голову вперед. — Я не могу… мы не можем… — Можете, — сказала Вай. — Люди делают это каждый день. Или есть выбор.

Я покачала головой.

— Не для меня. Моя мама никогда не знала своего отца, а я — своего. Если бы кто-то из них сделал такой выбор, я бы сейчас здесь не переживала, так что нет.

— Я тоже, — тихо сказал Джонатан, мы оба повернули головы в его сторону.

Его взгляд был устремлен куда-то в другую сторону.

— Я никогда не знал ни одного из своих родителей. Они сбежали и оставили меня с моей Джиджи.

— Прости, Джонатан, — сказала Вай, и редкий момент сострадания к нему промелькнуло на ее лице.

— Моя бабушка была чертовски сумасшедшей, но она любила меня, — сказал он, покачав головой, и к нему вернулась его обычная улыбка. — Она всегда говорила одно и то же. Что она не может представить, если бы у моей матери не было меня.

— Да, — сказала я, отвлекаясь. — Я просто… я не могу представить, как это сделать прямо сейчас. — Молния пронзила меня, и я вскочила на ноги, схватив ключи со стола. — Мне нужно идти.

— Гидеон? — спросила Вай.

— Я должна найти его до того, как это сделает этот засранец.

Глава 10

Гидеон

— Господи Иисусе, Гидеон, может, ты вытащишь голову из задницы? У тебя есть бизнес, которым ты должен управлять, и целая куча дерьма, за которое ты отвечаешь! — сердито говорил мой брат Маркус.

— Он прав, — согласился Филипп, который всегда был на высоте, сидя на диване Чарли. — Из Майами приходят слухи, что Диего Сантьяго недавно застрелили и ограбили, а кубинцы чертовски нервничают. Меньше всего нам нужно, чтобы глава нашей организации опустил руки. — Он поднял бровь. — В этом мире за такое убивают.

Всю прошлую неделю я провел в ее квартире, игнорируя все дела, кроме расследования убийств Джейд и Сторми, и оставив «Кейн Энтерпрайзис» своим братьям. Все было спокойно, никто не отвлекал, пока Тони, мой техник, не выдал мое убежище. Я собирался надрать ему задницу. Но мне хотелось быть поближе к тому месту, где этот ублюдок был в последний раз, чтобы понять его мотивы, его мысли. Да и, честно говоря, окружение вещей Чарли меня как-то успокаивало.

— Мне это хорошо известно, — проворчал я. — Ты прекрасно справляешься со всем, а у меня сейчас есть другие дела.

Маркус поднял бровь в мою сторону.

— Другие дела? Ты имеешь в виду женщину?

Я поднял бровь в ответ, молча приказывая ему отвалить.

— Неважно, — сказал Маркус. — Мочи свой член, мне все равно. Но нам нужно, чтобы ты вернулся на работу. Петровы разнюхали о нашей последней сделке с ирландцами, и нам нужно переправить этот ящик с глушителями кубинцам в Майами.

— Так переправь. Это должно их успокоить после казуса с Диего. — Я хрустнул костяшками пальцев. — Этот ублюдок умер?

Маркус покачал головой.

— К сожалению, нет.

Он знал, как сильно я не люблю Диего Сантьяго, даже несмотря на то, что для бизнеса я сохранял видимость теплых отношений. Этот сопляк был высокомерным хуесосом, который не стоил того жира, что был у него в волосах, и единственной причиной, по которой я терпел его дерьмо, было то, что его старик был старым другом семьи, который всегда держал свое слово перед «Кейн Энтерпрайзис».

— Черт.

— Становится лучше, — сказал Маркус. — Старик усадил его на скамейку и привел младшую сестру.

— Изабель? — недоверчиво спросил я. — Разве она не ровесница Софии?

— Нет, — сказал Филипп, бросив на меня взгляд. — Ей под тридцать, и она опаснее, чем ее глупый брат. И чертовски сексуальна.

— Я б ее трахнул, — сказал Маркус, подмигнув. — Конечно, только для того, чтобы сбить с не спесь.

— А я бы сделал это бесплатно, — добавил Филипп.

— Вы двое заткнитесь на хрен, — сказал я, мое терпение уже истощилось.

— Ладно, — сказал Филипп, глядя на свой телефон. — Итак, ирландцы?

— С ирландцами я разберусь. Все в порядке. — Я не волновался. — Что-нибудь еще?

Маркус несколько долгих мгновений смотрел на меня, его темный взгляд был так похож на мой, что я словно смотрелся в зеркало.

— Что происходит, брат?

— Ничего не происходит.

— Это чушь, и мы все это знаем, — сказал Филипп. — Позволь нам помочь тебе, чтобы мы могли все сделать и вернуть тебя к рулю, где тебе и место.

Я встал и направился к двери, давая им понять, что разговор окончен.

— Я в порядке. Увидимся.

Они