Убойная секретарша! - Янина Логвин

– С вами всё хорошо?

Говорить мне было ни в коем случае нельзя, Марик меня сразу узнает! Вон, уже внимание обратил, боковым зрением вижу – косится. Не может быть, чтобы до «Регина Стайл» не долетели новости о новой секретарше у конкурента. Как я ему своё перевоплощение объясню? Низшими мотивами?!

Заметив Марьяна, Максим сухо кивнул парню и вновь вернул взгляд на меня.

Черт!

Сложив пальцы в знак «ок», я подняла руку повыше и растянула губы в неловкой улыбке. Так близко к Орловскому я еще не стояла.

– Ну что ж, я рад, – озадаченно ответил Максим. – А как вам у нас работается? Уже успели влиться в коллектив? Ветерок, я, надо сказать, вами весьма доволен!

Мы стояли практически рядом, и пришлось снова поднимать руку и крутить ею в воздухе: мол, фифти-фифти.

Однако с соображалкой мой шеф сегодня не дружил (видимо, зря в обед отказался от сладкого, глюкоза – она для мозга полезна!), потому что сдвинул брови и переспросил:

– Что? Геля, что вы сказали?

Уффф! А можно этой птице-говоруну звук выключить!

– Спасибо, говорю, босс! Всё отлично!

Ну всё. Раскололась! Марьян сбоку тут же повернулся и вытянул шею, но я на него не смотрела Как только двери открылись и Орловский отступил, пропуская своего секретаря вперед (скажите, какие мы вежливые! Как будто я не знаю его истинную натуру!) – я выскочила из лифта, наступила на больную ногу (ой!) и злая похромала вперед.

Народ в вестибюле задержал директора, и к приемной я пришла одна. Зато Крапивина уже вертелась у двери, делая вид, что ни разу со мной не знакома и ждет трамвая. Заметив мое приближение, отвернулась и уткнулась в телефон.

Это она зря. Я ей так обрадовалась, что едва не обняла!

– Кира Ксантьевна! – пропела. – А вы Максима Богдановича ждете? Как вы вовремя! Представляете, у него сейчас как раз полчаса свободного времени! Я уже сама хотела вам звонить, вдруг вы забудете прийти!

– Д-да, жду.

– Какая у вас строгая блуза. Ни одного рюша, а они сейчас в моде!

– Так же, как ваши клетчатые шорты? – скептически поджала губы брюнетка, воинствующе оглядев меня. – Сомневаюсь!

По коридору к своему кабинету уже шел Орловский, и я легко отмахнулась: «Ой, да что я!..» Шагнув к двери, заговорщицки понизила голос:

– Я вам по секрету скажу, я сейчас видела Максима Богдановича в ресторане с девушкой – только никому не говорите! Он с ней так любезничал! Глазами пожирал! И говорит такой, обожаю рюши и штаны в полоску, как на вас! Вы в них такая загадочная, как эта… Нефертити, вот!

Открыв приемную, распахнула перед приблизившимся начальством дверь и выровнялась, превращаясь в исполнительную секретаршу:

– Ой, Максим Богданович? А к вам тут Кира Ксантьевна со срочным вопросом! Говорит, никак нельзя отложить. Дело крайней важности!

Орловский прошел мимо, раздвинув нас широкими плечами. С серьезным видом приподнял край пиджака, доставая из кармана брюк ключи от своего кабинета.

– Ну, раз крайней… Проходи, Кира. – Открыл кабинет. – Что у тебя ко мне?..

И только за парочкой закрылась дверь, я выдохнула. Даже боль в ноге прошла.

У нее к тебе стрела в сердце и томагавк в затылок!

Вот она тебе сейчас задаст ревнивой трёпки, Орловский!

Хыхыхы!

От предвкушения захотелось потереть ладони.

Будешь знать, как с блондинками обедать.

Доволен он мной, видите ли. А сам обзывал пустышкой профнепригодной.

Так тебе и надо… Бабник!

Только села в кресло и включила макбук, как на телефон упало сообщение от Марьяна:

«Ветрова, какого черта происходит? Если скажешь, что это не ты – я тебе больше не друг»

Я быстро ответила:

«Прости, Марик. Это я. Вечером всё объясню!»

И, подумав, добавила:

«Что, правда не друг?»

«ПРАВДА». Капслоком.

Ясно. Значит разговора с Мариком не избежать.

Глава 13

С Субботой списались ближе к вечеру, договорившись после работы встретиться на месте новой парковки, где я теперь оставляла свой «Порше».

Марьян узнал меня в лифте, но все равно увидев вблизи в новом облике, отступил от мотоцикла, поднял брови и отвесил челюсть.

– Нет, не верю… Ты совсем другая! Не Лина.

– Да я это, Марик! Я! Пароль «Красный абрикос», который задница! Тебя в баре срубает текила, но ты при этом всё равно классно ловишь орехи ртом. Я люблю твой юмор, но вообще-то, Суббота, ты зануда. Могу про твой первый интим рассказать. Хочешь?

– Лучше расскажи, Ветрова, как ты до жизни такой докатилась? Что происходит? И как, ради бога, ты оказалась в «Империале» у Орловских?!.. И давай всё честно, а то вляпаешься в историю, кто потом тебя спасать будет?

Это был веский аргумент «за», и я рассказала. Абсолютно всё и на этот раз без утайки. Начала с парика, линз, и конкурса на место секретаря в Кубике, а закончила рассказом о старушке в парке, штрафом от полицейского и своим двойным падением в кучу замерзших листьев.

– Вот так, Марик, всё и произошло. Череда сплошных невезений, как будто я в тот день вытащила у жизни несчастливый билет, и несчастье на мне зациклилось. Сама не могу поверить, что такое бывает.

– Ерунда какая-то, Ангелина, – Суббота нахмурился. – Черные коты, бабка с метлой, ночные кошмары. Нет, я не верю, что ты про это говоришь всерьез. Орловский тебя выслеживал?.. Маскировался?.. Сплетничал о тебе на скамейке?!.. Да ну, бред.

– Он не только сплетничал. Он называл меня алчной выскочкой и профнепригодной пустышкой! У которой нос, как у гусыни! Знаешь, не очень-то приятно о себе такое услышать.

Марик внимательно на меня посмотрел.

– Нормальный у тебя нос. А если даже он ему не понравился, почему он прямо не подошел и не сказал, что думает? Это как раз на Максима больше похоже.

– А еще он сказал, что мне нельзя доверить серьезный проект, потому что я ничего не смыслю в рекламе и обязательно его запорю!

– Бред вдвойне! Я, конечно, с Максом близко не знаком, так, пересекались пару раз в университете, но на идиота он никогда не был похож. Все знают, что «Регина-Стайл» в последнее время развивалось только благодаря тебе и нашему отделу.

В руки Мерзляевым попалась птица удачи – ты, Ветрова, и это ни для кого не было секретом. Я вообще уверен, что если бы не твоя преданность Регине, тебя бы уже давно из «Стайла» кто-нибудь переманил. Да хоть сам Орловский! Нет, Геля, –