Тайна ночных дюжин - Дарья Уэльм

Моя магия начала бурлить в жилах, и я не могла удержаться. Вспомнив лунные силы, о которых когда-то мечтала, я открыла их и направила на Римара.

Он, увидев, что я готова к борьбе, не нападал, лишь отразил удары, которые я выпустила от всей души. Я не собиралась останавливаться.

Сражение разгорало всюду вокруг нас — было похоже на столкновение света и тьмы. Я могла чувствовать, как магия пронизывает нас, и каждый раз, когда его противодействие шло ко мне, мои силы лишь росли. Я сердилась, я страдала, и это все вселило во мне силу, о которой он не подозревал.

В ходе этой борьбы, на пике моей магии, я, наконец, проткнула его ножом.

Секунды протянулись так долго, как только могли, и, когда лезвие вошло в его плоть, в моем сердце проскользнула искра как подлость: я поймала его в самый уязвимый момент. Он не закричал, не стал убегать. Его глаза встретились с моими, и в них я увидела не злобу, а боль — настоящую, глубокую.

— Ты взяла на себя ношу, о которой даже не догадывалась, — произнес он тихо, прежде чем его силы стали ослабевать, а тьма вокруг него начала сгущаться.

Я в ужасе отступила, когда поняла, что сделала. Выходя за пределы своей ненависти, я пришла к той точке, где доброта сталкивалась с предательством и где началась настоящая борьба за свою судьбу и судьбу всех, кто был вокруг меня. Я не могла сидеть, просто наблюдая, как мир рушится.

На мгновение тишина окутала зал. Элиас перестал улыбаться, и Лионар, стараясь подняться, смотрел на меня с полным недоумением. Я сама не знала, что делать. У меня было пробуждение, выбор — продолжать борьбу или попытаться спасти этого человека, который когда-то был мне ближе всех.

Римар упал на колени, его магическая сила начала угасать, и, несмотря на то, что нож находился в его теле, мои внутренние страдания терзали меня сильнее, чем физическая боль. Я знала, что эта борьба только начинается, и по ту сторону были тьма и выбор, который мне еще предстояло сделать.

Я не могла поверить своим глазам, когда Римар потянулся ко мне рукой. Каждый шаг к нему дался с трудом — будто я боялась подойти слишком близко, зная, что именно я создала эту бездну между нами.

Но что-то внутри меня, сильнее страха, толкнуло меня вперёд. Я подбежала к нему, осознавая, что сделала ужасную ошибку.

Кровь уже пропитала его одежду, красная нить исчерчивала его грудь, словно наши отношения, превратившиеся из дружбы в предательство.

Его лицо было бледным, но на губах играла горькая улыбка, и в его глазах сверкало тепло, несмотря на то, что мгновения жизни ускользали от него.

— Я всегда знал, что ты сможешь это сделать, — прошептал он, его голос был полон усталости, но в нём всё ещё оставалась сила. — Рад, что ты получишь цветок и спасешь отца.

Слёзы обрушились на мои щёки. Я не могла сдержаться, и горькие всхлипы срывались с моей груди. Каждое слово Римара отражало всю ту надежду и боль, которые переплетались в моём сердце.

— Ты не должен уходить! — закричала я, полная ужаса. Я не могла вынести мысли о том, что потеряю его, даже если он был тем, кто предал свободу нашей дружбе. — Пожалуйста, не закрывай глаза!

Он закрыл глаза, и это было словно звуковая волна, исходящая из глубины самого сердца, срывалась с уст, сметающая всё на своем пути.

Я не могла сдерживать свой крик, он разносился по залу, как гром, мощный и не поддающийся контролю. Этот крик был слышен повсюду; он воспроизводил всё, что я чувствовала.

— Римар! — мой голос звучал, словно зова из подземного царства, полон страха и потери. Я стояла рядом с ним, не желая видеть, как его жизнь уходит, и как тепло уходит из его тела.

Каждый из нас был связан невидимой нитью, но эта связь в моем сердце становилась невыносимо болезненной. Я не могла поверить, что из-за этой борьбы, которую никто из нас не выбирал, я могла потерять самого дорого человека.

В этот момент я поняла, что любовь и дружба нередко берут на себя самые тёмные стороны, иногда ведя нас к выбору, который прекращает всё. Но я не могла просто стоять, полная отчаяния, непримиримого крушения мечт.

— Я найду цветок, — произнесла я, моя решимость пробивалась сквозь слёзы, и я клялась, что не позволю его жертве стать напрасной. — Я сделаю всё, что требует этого, чтобы спасти тебя и моего отца!

Его губы едва шевелились, когда он просто улыбнулся мне с легким провалом внутри его боли. Но это была не прощальная улыбка — это был последний акт драмы, которая, несмотря на свою жизнеотнимающую природу, все ещё таила надежду.

Состояние спокойствия завоевывало пространство. Я чувствовала, как магия начала наполнять меня, и в этот момент я осознала, что пришло время избавиться от своей тени. Я не позволю этому быть концом. Я найду способ, чтобы вернуть необходимое, чтобы спасти его, даже если это потребует невероятных усилий.

Я закричала во все горло, прося космос и силы тьмы о помощи, о том, чтобы они направили меня к цветку, который вернет к жизни все, что я когда-либо теряла. В тот момент я почувствовала, как моя магия окутывает меня, словно невидимые руки, и это было только начало моего пути.

Глава 29.

Глава 29.

Со слезами на глазах, я сделала несколько шагов к Элиасу, и сердце моё сжималось от гнева. Этот мрак, который он сеял, хотел теперь предложить мне ещё одну сделку? Я была готова отдать всё, лишь бы спасти Римара, и я знала, что время поджимает.

— Отдай мне цветок! — произнесла я с несдерживаемой решимостью, мой голос дрожал от тревоги и боли.

Элиас медленно поднял руку, и на ее ладони засиял цветок Наян. Я никогда не видела нечто подобного. Он собрал в себе всю палитру цветовой гармонии: лепестки яркого синего оттенка, словно восходящие звезды на безоблачном небе, и золотистые жилки, которые начинали светиться изнутри, как солнечные лучи, пробивающиеся через облака.

Это был цветок, который мог вернуть жизнь и исцелить, и в этом момент, когда он еще оставался за пределами моего досягаемости,