От винта, господин дракон! - Добрынина Владимировна Елена

Пока Сойер бегал за коктейлями, я отыскала в толпе Джинни и бросилась от души поздравлять ее с отличным выступлением. Я так старалась, что не сразу заметила, как подруга переменилась в лице.

— Джулс, — странным голосом позвала она. Собственное имя прозвучало в ее устах нервным сглатыванием.

Я тут же обернулась — и увидела, как к барной стойке приближаются два весьма знакомых дракона. Все, вечер можно считать законченным.

— Так, ну эти-то на кой приперлись? — проворчала стоящая неподалеку Гвен.

Очень, ну просто очень правильный вопрос.

Большинство присутствующих внимательно следили за тем, как Алирийский с умеренным интересом знакомится с перечнем предлагаемых напитков и что-то выспрашивает у бедолаги, мешающего напитки, Фаррийский же с видом дракона, делающего великое одолжение, просто тычет куда-то своим бледным пальцем. По-моему, на этом моменте даже музыка стала потише.

Через некоторое время парень дрожащими руками протянул дагонам их заказы. Ящер воздушный получил кричаще-яркую малиново-оранжевую жидкость, ящер водный — уже знакомый мне светло-голубой коктейль. Экхарт невозмутимо, будто за ним и не следят сотни настороженных глаз, пригубил свой напиток, прищурил один глаз, слегка поморщился — парнишка за стойкой на этом месте побледнел, — потом покачал головой, мол, не фонтан, но сойдет… На этом месте наши химики, полагаю, чуть не попадали в обморок от облегчения. Дартен тоже сделал небольшой глоток, особого воодушевления не выказал, но и не скривился.

— Во! — раздался в стороне зычный глас второго работника стакана и полотенца. — Говорю же, «Стерва Гвен» пользуется сегодня спросом. И дагону Фаррийскому, вон, зашла…

Если бы Дартен, снова приложившийся к коктейлю, был человеком, зуб даю, в этот самый момент, он бы им и подавился. А так — только глаза на миг выпучил — и резко отставил бокал в сторону под довольный хохоток своего соплеменника.

Гвен от злости почти сравнялась по цвету со своим платьем и ринулась к стойке с другой стороны, явно прося себе чего-нибудь покрепче.

Пока драконы осматривались, Джин утащила невесть откуда вынырнувшего Мэтта подальше в угол. Там они и танцевали, вместе с остальными парами, увлеченными друг другом. Мы же с Сойером так и торчали посреди зала со своими бокалами в руках, как две кумушки на светском рауте. Танцевать так было до ужаса неудобно, пришлось неспешно топтаться по кругу. Я очень старалась не смотреть в сторону драконов, но глаза то и дело сами находили высокий белый с голубым силуэт. Алирийский казался привычно расслабленным. Он перекидывался словами то с другом, то с парнем за стойкой, то со стоящими вокруг людьми. Взгляд его при этом блуждал по залу и то и дело останавливался на мне. Ненадолго, но так остро, что стоило больших усилий не вспыхивать свечкой и не смотреть на него в ответ.

Чтобы не допустить подобного, я принялась следить за водным ящером. Тот тоже преспокойненько сидел себе и время от времени поглядывал то на Гвен, цедящую напротив него не знаю какой по счету коктейль, то на Джинни — та была полностью увлечена танцами, хотя и старалась держаться отстранено. В разгар веселого проигрыша Мэтт увлекся и, подхватив подругу за талию, закружил, к ее испугу и восторгу. Я с опаской покосилась на Фарийского — тот и бровью не повел, зато очень выразительно, с осуждением, смотрел на рыжую бестию.

Еще через некоторое время драконы пошли в народ. Дартен совершенно спокойно и целенаправленно, не торопясь, продвигался через весь зал к Джинни, не особенно интересуясь тем, что происходит по сторонам. Экхарт… он, кажется, не сильно морочась, ангажировал ближайшую к нему девушку — и я едва не впечаталась в Сойера, напрочь сбив его с такта.

Драконы умеют двигаться совершенно бесшумно и плавно — это я знала. Оказалось, что еще они умеют танцевать. Сам факт этого умения не должен был меня удивить — аристократы и есть аристократы и образование у них соответствующее. Но до этого мне никогда не доводилось видеть, как они это делают… Как? А, пожалуй, так же, как и живут — совершенно естественно, с абсолютной уверенностью в себе, без малейшей склонности к позерству. Ни единого лишнего движения, но каждое из них продумано и завершено. Партнерша не умеет танцевать? Не проблема — ей ненавязчиво, но непреклонно покажут. Дама от подобной радости вросла в пол и не способна перебирать ногами? Тоже не беда — стихия придет на помощь. Экхрат что-то доверительно проговорил партнерше на ушко, та испуганно ойкнула, а через минуту они уже кружились, выписывая положенные ритмом фигуры. И если не приглядываться намеренно, можно было и не заметить, что ноги девушки не касаются пола. Минута-другая — и дама, слегка ошеломленная, была возвращена своему кавалеру. В ту же секунду короткий колкий взглядом льдистых глаз рна мгновение пригвоздившил меня к полу.

— Ой, прости, — теперь уже Сойер налетел на меня, вырвав из странного оцепенения.

Алирийский тем временем уже отыскал себе другую партнершу… И этот танец тоже закончился странным, исподлобья взглядом в мою сторону. Увлекшись происходящим, я чуть не упустила из внимания тот факт, что через зал, расталкивая локтями пары танцующих, пробирается Гвен, очень настойчиво пробирается, прямо туда, где… Ну да, так и есть: туда, где дагон Фаррийский так же мерно и без суеты приглашает на очередной танец мою соседку по комнате.

— Подожди, я сейчас, — бросила я Сойеру и поспешила за рыжей в надежде ее остановить, пока она не устроила прилюдный и придраконный скандал.

Успела и даже умудрилась оттеснить ее к стенке.

— Стой! Не надо, — попросила ее на ухо.

— Это еще почему? — возмутилась та. — Я, может, тоже хочу ему по ногам потоптаться как следует…

— Она его невеста, Гвен, — Возможно момент был не совсем подходящий, но ей все же следовало знать.

— Она… что? — голубые глаза обычно воинственно настроенной девушки смотрели на меня так беспомощно, что я мигом ощутила себя злодейкой, — Вот же хрущ драконий..

Гвен резко скинула мою руку со своего плеча и решительно направилась обратно к стойке… Я же, подумав немного, решила вернуться к Сою, но только и успела, что развернуться и едва не впечаталась в кого-то… кого-то высокого, кто носит светло-голубые с белым сюртуки, и чьи глаза, похожие две прозрачно-голубые льдинки, цепко и неотрывно смотрят в мои.

— Позволишь? — красноречиво протянутая рука не оставляла ни сомнения в его намерениях, ни времени на размышления. Убегать с воплями «Не хочу, не буду» было бы глупо, поэтому я молча кивнула, вложила в его руку свою,