Обручимся? Влюблен без памяти - Вероника Лесневская

- Врачебная тайна, - деловито выпячивает грудь тот. – Я клятву давал.

- Ой, брось. Знаю я ваши клятвы, - привычно дерзит Высоцкий. – За твое молчание я щедро заплачу. Как только вспомню, где бухгалтерия, поручу повысить оклад и выписать премию, - отмахивается лениво и переводит указательный палец на меня. – С тобой наедине обсудим.

- Мне ничего не надо, я и так молчу, - бубню обиженно.

- Самые страшные люди – те, которым ничего не надо, - прищуривается с подозрением. – Ладно, это потом. А сейчас мне срочно надо восстановить последние события! Я этот отель не просто так покупал. У меня брат… идиот! – выплевывает в панике. - Я его спасти должен был, а теперь не помню, как… - повышает голос и матерится. Характерно, что первым делом Арс думает о семье, даже в такой ситуации.

- Уже, - тихо вклиниваюсь в его словесный понос. – Репутация Олега спасена, враги повержены красиво. Все нормально.

- Так, уже легче, - протяжно выдыхает. - Осталось дела принять, с документами разобраться, а потом финансистов с любовницами разогнать к хренам, - грубо выплевывает, а у меня челюсть падает от шока. Вот так, значит? Я ещё чудом продержалась. – Я должен все успеть до конца года.

- Арсений, завтра тридцать первое.… Новый год, - шепчу еле слышно, опасаясь его реакции.

- Пф-ф-ф, с наступающим, мля, - обреченно хлопает себя по лбу ладонью и тут же морщится от боли, но на самочувствие не жалуется. Тяжело мне с таким пациентом придется. – Значит, ускоримся. Кабинет мой где? – вскидывается с места.

- Временно он будет здесь, - останавливает его врач. – Оставайтесь в номере, старайтесь не перенапрягаться. При первых признаках тошноты и головокружения – отдыхайте. Ваша невеста принесет все необходимое и поможет вам.

Замираю как вкопанная, мечтая слиться с интерьером. Ловлю на себе сканирующий взгляд Арса, что проходится по мне с ног до головы, задерживается на груди.

- Моя… невеста? – шумно сглатывает. Он то ли поражен, то ли возбужден. Или все вместе. Выгибает бровь, ещё раз медленно изучает меня, будто впервые видит, а потом расплывается в знакомой улыбке Чеширского кота. - Какая пр-релесть, - мурчит довольно, откидываясь на подушки.

Вспомнил меня? Или нет?

Глава 18

Я не заметила, как врача и след простыл, и теперь настороженно изучаю Арса, который похлопывает по постели рядом с собой, приглашая меня присоединиться.

Плохая идея. Очень плохая! Как и лгать боссу. Он же вспомнит все рано или поздно.

Аккуратно приседаю на самый краешек матраса, насколько позволяют мне пышные формы. Не могу отделаться от ассоциаций с огромным, холеным котом и обреченной стать его ужином мышью. Пикнуть не успею – сожрет.

Как примерная школьница, складываю ладони на коленях и опускаю ресницы, стараясь не смотреть в глаза Высоцкому. Избегаю зрительного контакта – так будет проще выпалить правду.

- Скажу честно, тебя я вообще не помню, прости, - начинает разговор Арс. – Как тебя зовут?

- Мсти.… кхм… - закашливаюсь, вспомнив, как он только не коверкал мое имя и сколько шуток пустил в мою сторону. Не хочется испытывать дежавю, поэтому сокращаю: - Слава.

- Слава-а, - перекатывает на языке, будто пробует. – Красиво. Мне нравится, - рокочет обволакивающе. Понимаю, что натуру бабника не скрыть и не убить, однако внутренне поддаюсь. Приятно принимать комплименты, на секунду забывая, что я «бомбовозка». - И сама ты красивая. Я, конечно, удивлен, что сделал тебе предложение, ведь я в принципе жениться не собирался в ближайшем будущем, но… - опирается на локоть и подается ближе ко мне. - Видимо, запал. Признаться, есть на что. Одобр-ряю свой выбор.

- Арсений, произошла небольшая ошибка, - разворачиваюсь к нему, полная решимости сказать все, как есть. Мне ни к чему эти игры в фиктивные отношения, да и нечестно по отношению к нему.

- Тьфу, это что за хрень? – хватает меня за руку, и я чуть не падаю в его объятия. Вовремя выставляю вторую. Нависаю грудью практически перед его лицом, в то время как он сосредоточен на дешевом колечке от Пашки. – Это я тебе его подарил? Выбрось и не позорь меня, - в сердцах стягивает ободок с пальца и швыряет на пол. - Другое кольцо выберем, по статусу. Хм, кстати…

Загадочно выдерживает паузу, протягивает руку к моему животу, пальцами «шагает» по натянутым пуговицам кофточки, подцепляет вырез, невесомо касаясь ложбинки. Меня пробирает мелкой дрожью и одновременно наполняет злостью. Вот ловелас! С дыркой в голове, а все туда же… в женские прелести метит.

- Арсений, - строго выговариваю его имя, пока он внимательно изучает мою спецформу.

- Ты реально горничная? Или мы тут с тобой… - многозначительно играет бровями.

- Я не горничная, но… - отшатываюсь, поправляя дурацкое декольте.

- Так и знал! - восклицает победно и перехватывает мои руки. – Тогда предлагаю продолжить… На чем мы остановились?

Резко дергает меня и притягивает к себе, так что я теряю равновесие. Секундной заминки хватает, чтобы я оказалась под ним. Подгребает меня под себя, как петух, поймавший самую медленную курочку, бройлерную и ленивую. Клюет в губы – и тут же, раззадорившись, буквально пожирает меня поцелуем. Большие лапы ложатся на грудь, по-хозяйски сжимают.

- Нельзя же, - часто дышу в алчный рот. – Постельный режим.

- Мы его не нарушаем, - хмыкает, роняя меня на подушки. – Заодно память быстрее вернется. Так сказать, восстановление событий, - забалтывает меня, спускаясь поцелуями к груди, чтобы зарыться в нее носом.

Никогда ещё моя честь не висела на таком тонком волоске. Главное, и предъявить ему нечего. Убежден, что жених, значит, право имеет. Впрочем, он и раньше особо не церемонился.

- Вдруг кто-нибудь войдет, - пытаюсь привести его в чувство. И себя заодно, потому что… это безумно приятно. Первобытные инстинкты, о которых я даже не подозревала, дурманят мозг.

- Обязательно, - с характерным причмокиванием оставляет засос на нежной коже. Будто метит. - И я даже знаю, кто, - усмехается, задирая треснувшую по шву юбку. Мажет ладонью по ноге, подхватывает меня под бедра.

- Так, хватит, - возмущенно отталкиваю пошляка, пока сама не сдалась ему. – Я не невеста, - кряхчу, выбираясь из-под него. – Точнее, невеста, но не ваша. Ничья теперь, - бубню себе