Соблазнение в академии - Ти Шарэль

— Закрепите обряд поцелуем, — велит жрец.

Не успеваю опомниться, как Ян разворачивает меня к себе и целует. И несколько бесконечных мгновений я не радостно отзываюсь. Застреваю в иллюзии, не осознавая, что эти горячие умелые губы не имеют права так сладко целовать меня, а руки так тесно прижимать к твердой груди.

К моему последующему стыду, поцелуй прекратила не я.

— Что ты творишь, гад?! — заорал Мирон, и только тогда я оттолкнула Яна.

— Боги… — выдохнула ошарашено.

— Василиса, выслушай, — Ян шагнул ко мне, но я пугливо отпрянула.

— Боги…

Мирон встал между нами, а я сделала еще несколько шагов назад и пятилась до тех пор, пока не оказалась у своего кабинета. Заперла дверь и прислонилась к ней спиной. Сердце стучало сердито и громко.

— Боги…

Я хочу выйти замуж за одного, обещана другому, а растаяла в руках третьего. И кого? Человека, который флиртует, как дышит. Достаточно вспомнить пробы и взгляд Градского на Марьяну — такой же чарующий и нежный.

"Что я натворила? Почему не оттолкнула сразу? Как смотреть Тео в глаза?"

И для чего это Яну? В голову лезли самые нелепые ответы: что Градский поспорил на меня; что это проверка Теодора; что Ян подослан одним из великих князей, чтобы дискредитировать меня перед Думой. Все что угодно, кроме того, что чувства Яна могут быть искренними. Не могут.

Когда я вышла, Мирон все ещё бушевал на сцене. Ян прислонился к любимой стене и делал вид, что моего помощника не существует. Но увидев меня, Градский ожил:

— Василиса!

— Нам нужно поговорить, — твердо сказала я. — Мирон, пожалуйста, проследи, чтобы сюда никто не зашел.

— Оставить вас наедине? — недоверчиво уточнил парень.

— Жди около двери, — мягко попросила его. — Если что, я крикну. И возвращайся через десять минут, больше нам на понадобится.

Демьян

— Мне не нравится игра, которую ты затеял, — Василиса произнесла это спокойно и ровно, но сбивчивое дыхание и румянец говорили о том, что девушка в смятении.

— Это не игра.

Она поморщилась, и меня вдруг глубоко задела эта гримаса недоверия и почти брезгливости.

— Прекрати, Ян. Все с самого начала было игрой. Все, начиная с проб. У тебя нет недостатка в деньгах, и ты сам сказал, что занятой человек. Однако исправно приходил сюда.

— И был этому рад.

Она словно не слышала. Начала ходить вдоль сцены, проговаривая и укладывая в сознании свои размышления. Не особенно приятные для меня.

— Ты воспользовался уходом Марьяны, сорвал пробы, добился, чтобы я играла с тобой. Зачем?

Я молчал.

— А может и Марьяна ушла не просто так? Может ты запугал ее? Или подкупил?

Василиса на миг остановилась, требовательно вгляделась в мое лицо. Потрясенно покачала головой.

— А моя сестра? Ты и там замешан? Это не случайность, что ты оказался рядом?

Здесь я не мог смолчать.

— Клянусь, что никоим образом не замешан в историю с твоей сестрой. Вернее, не был, пока не вошёл в гостевой домик. Большакова видел первый раз в жизни.

Однако, мои слова девушку не успокоили.

— Ты не отрицал то, что я говорила раньше, — произнесла она медленно. — И значит, признавал. Ты специально подбирался ко мне. Зачем?

Румянец сошел с ее лица, побледнели даже дрожащие губы. И только синие глаза смотрели гневно и требовательно.

— Хотел, чтобы ты стала моей… женой, — перед последним словом случилась заминка, и Василиса её заметила. Сжала губы, задрала подбородок.

— Охотник за приданым? — спросила жёстко. — Денег все-таки недостаточно?

— Достаточно, — искренне сказал я. — Ты удивишься, но мое состояние скорее всего больше твоего.

— Тогда что? Титул? Место в Думе? Поближе к государю?

— Нет.

— Только не говори, что покорен моей красотой, — презрительно бросила девушка.

— Ты красива, сама знаешь, — сказал я ровно. Василиса досадливо дёрнула плечом. — Но красивых девушек много.

— Ада Охана, например, — подсказала она.

— Дело не только в красоте, — я старался говорить то, что думаю. — Ты искренняя, смелая. Талантливая. Порывистая…

— И когда ты успел изучить меня? — Василиса с горькой усмешкой прервала мою речь.

— Успел.

— Но сюда ты пришёл уже с определённой целью. Ты ведь не знал меня раньше, Ян. Но затеял эту чехарду с актёрством. Зачем?

— Хотел познакомиться ближе, — я увидел, что Лисса готова возражать и попросил. — Пожалуйста, не перебивай. У меня осталась пара минут, прежде чем твой верный пёс ворвется сюда.

Девушка покачала головой, но промолчала.

— Мне пришла пора искать жену. Как и всем одарённым по государеву указу, ты знаешь. И я решил, что если жениться, то на лучшей.

Василиса поморщилась, но вновь не стала перебивать меня. Я продолжил:

— Я никогда не был влюблён, и не знаю, как назвать то, что испытываю сейчас. Но это самые яркие эмоции, что я чувствовал когда-либо.

Я говорил и понимал, что не лукавлю. Что ту странную смесь восхищения, вожделения и тревоги я никогда не испытывал ранее. Но Василиса не верила. Синие глаза заледенели, на губах застыла недоверчивая усмешка.

— Прости меня за поцелуй. Его не должно было быть. Не сейчас. Но я поддался эмоциям. Этот алтарь, эта чаша… Все было словно по-настоящему.

А вот эти слова нашли отклик. Девушка чуть нахмурилась, усмешка сошла с губ.

— Этого больше не повторится. Я не прикоснусь к тебе без твоего позволения. Клянусь.

Она покачала головой. В глазах застыло сомнение.

— Не прогоняй меня, — мягко попросил я. — Тебе нужно закончить иллюзию, а мне просто хочется быть рядом.

Василиса колебалась. Я знал, насколько необходим ей для завершения работы, знал, что она не сможет обойтись без меня. Поэтому молчал. Сказанного было достаточно.

— Ты клянёшься, Ян? — спросила Василиса, и ее голос дрогнул. — Клянёшься больше не прикасаться ко мне?

— Ни разу без твоего позволения, — твёрдо ответил я.

— Хорошо, — она медленно и глубоко вздохнула. — Мы закончим работу. Но, предупреждаю, что постараюсь узнать о тебе больше. И… Я расскажу о случившемся своему будущему мужу.

23-е Листопада

— Доброе утро, кто бы ты ни был, — хмыкнула я, на миг останавливаясь перед отпечатком приведения. — Недоброе? Не у тебя одного, дружок, не у тебя одного.

Вольский вновь стоял ко мне спиной, разглядывая что-то под увеличительным стеклом.

— Доброе утро, граф.

— Доброе утро, Василиса. Подходите ближе, мне прислали первую пару аметистов.

Все выходные мы с артефактором потратили на то, чтобы извлечь семь нерабочих камней. Под конец процесс замедлился, так как мои непривычные к работе на весу руки начали трястись от напряжения.

— И можете снимать пальто, здесь установили обогреватель.

— Заметно, —