Укротитель принцесс - Леона Шелл

Люси подалась вперед.

— Тори, а если ты не прочь остаться, почему ты ему об этом не сказала?

— Ну…

— В некоторых вопросах мужчины, даже самые умные, на удивление бестолковы. Они не могут разобраться даже в самих себе, пока им не помогут женщины. Ты прилетела к Джошу за сотни миль, но, насколько я могу судить, так ни на что серьезное и не отважилась.

После того, как Люси наконец ушла в свой номер, Тори еще долго думала над ее словами. Возможно ли, чтобы Джош не догадывался о ее чувствах? Смог бы он попрощаться с ней так легко, если бы знал, что на этот раз ее чувства глубже, чем были восемь лет назад? За эти годы Тори набралась жизненного опыта и на собственной шкуре убедилась: то, что происходило между ней и Джошем, не встречается на каждом шагу. Возможно, отношения между ними сложились бы по-другому, если бы она решилась рискнуть своим сердцем, чего не сделала восемь лет назад. Решено, она попытается все изменить.

Тори повесила деловой костюм на плечики и стала искать более подходящий наряд для самой важной в ее жизни встречи.

— Старина, ты выглядишь просто кошмарно, — заявил Брайан Рейли, входя в дом Джоша.

На нем была куртка такого яркого канареечного цвета, что Джош прищурился.

— Ты, знаешь ли, в этом прикиде тоже не победил бы на конкурсе красоты.

— Но войти мне хотя бы можно? — Не дожидаясь ответа хозяина, Брайан прошел в гостиную. Оглядевшись, он присвистнул. — Классно у тебя тут, ты сделал ремонт?

— Да, кое-что перестроил.

Встретив незваного гостя, Джош снова плюхнулся в кресло, в котором сидел с той минуты, как вернулся из «Сноу-палас». Две недели назад Джош снес одну перегородку, и теперь из комнаты открывался великолепный вид на горы. Он забыл рассказать об этом новшестве Брайану — Тори настолько занимала его мысли, что все остальное отошло на второй план.

Брайан сел на диван напротив телевизора.

— Да, классно ты устроился, — снова заметил он.

Джош только вздохнул. Он успел забыть времена, когда его радовали такие простые вещи, как уютный дом и вид из окна. Он откинулся на спинку и закрыл глаза.

— Да, наверное.

— Что значит — наверное? — Брайан повернулся к другу. — Ты стал живой легендой на склонах, заработал столько, что можешь себе позволить заниматься тем, что тебе интересно. Ты обосновался в райском уголке. Мало того, откуда ни возьмись появляется сексапильная куколка и уезжает с тобой неизвестно куда на три дня. Если, по-твоему, это не райская жизнь, то, наверное, ты уже состарился и не способен оценить свое счастье.

Джош лениво приоткрыл глаза.

— Сексапильная куколка, говоришь? Это ты о Тори?

Брайан пожал плечами.

— А как еще можно назвать красотку с ногами от самой шеи, с пухлыми губками и веснушками на миленьком носике?

Джош резко выпрямился в кресле.

— Вот что, приятель, не советую считать ее веснушки. — И когда только Брайан успел подойти так близко, что вообще их рассмотрел? Неужели Тори интересуют малолетки? — Она занята.

— Занята?

— Эта женщина — моя! — отрезал Джош, не успев как следует обдумать свои слова.

Брайан вздохнул и философски заметил:

— Как и все остальное.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты на все поставил свое клеймо. Мало того, что все титулы и рекорды — твои, теперь ты еще заполучил самую роскошную женщину, какая только появлялась в Вейле. А тут еще ты открыл свое дело… Неудивительно, некоторые парни, у которых не такая прочная самооценка, как у меня, могут тебе завидовать и ревновать.

Брайан встал, включил телевизор и принялся переключать каналы, пока не нашел спортивную передачу. Джош с удивлением воззрился на своего молодого друга, пораженный его необычной серьезностью. А ведь он прав, подумал Джош, я считаю себя чуть ли не его наставником, а сам даже не поинтересовался, как он выступил на последних соревнованиях.

— Извини…

— Не извиняйся, просто поинтересуйся, как я выступил.

— Ну и как же?

— Занял второе место в общем зачете.

— Второе?! — переспросил Джош, вскакивая с кресла.

Боль в колене напомнила, почему он больше не входит в число претендентов на победу. Брайан рассмеялся. Джош ткнул его кулаком в плечо. Он гордился другом и воспитанником не меньше, чем когда-то собственным первым триумфом.

— Черт возьми, жаль, я не видел!

— Ничего страшного. Грета привела Тони, он меня поздравил. Между прочим, парнишка ходит за мной как тень, вроде как я когда-то за тобой.

— Я должен был там быть! — снова посетовал Джош.

Он помнил, как ему было обидно, что отец не приходит посмотреть его выступление. А у Брайана родственников не было, так что Джош отчасти заменял ему и семью. Чувство вины терзало его сильнее, чем боль в колене.

— Помимо всего прочего, я считаю, что внес свою лепту в твой успех.

— Неужели?

— Точно.

— Что ж, пожалуй, это справедливо. — Брайан пошел к двери, но не спешил уходить. — Я тут пошумел, что ты, дескать, все тут присвоил…

— Было такое. — Джош решил дать ему возможность высказаться. — Но твой сегодняшний успех — целиком твоя заслуга, на это я не претендую.

— Ты бы занял первое место, если бы выступал. — Брайан улыбнулся. — Но я доволен своим результатом.

Вот почему с Брайаном так приятно иметь дело, думал Джош, возвращаясь в гостиную, потому что он довольствуется тем, что имеет, Ему не нужно непременно всегда и во всем быть первым.

Разговор с Брайаном подействовал на Джоша сильнее, чем он готов был признать. Он вдруг понял, что в достижении своих целей был не просто упорным и последовательным, он вел себя как одержимый. Эта одержимость в свое время позволяла ему брать призы, снискала ему легендарную репутацию, но она не помогла ему завоевать Тори. Восемь лет назад, пытаясь ее удержать, он пригласил ее с собой в мировое турне, но из этого ничего не вышло. На этот раз он не повторит старую ошибку, не станет даже пытаться принудить ее остаться с ним.

Только после новой встречи с Тори Джош осознал, что и сам пустил корни. Он обзавелся друзьями среди соседей, взял на себя обязательства по отношению к работникам — Тори все это должно понравиться. Однако Джош подозревал, что способен бросить все это в любой момент и сорваться с места, как только его погонит в путь охота к перемене мест и новым ощущениям. Вдруг подвернется возможность вновь погреться в лучах славы? Вдруг его поманит какой-то новый, неизведанный путь? Джош не мог обещать даже самому себе, что в один прекрасный момент не сорвется с насиженного места, причинив тем самым боль Тори.

И, хотя обычно он не боялся рисковать, эта конкретная опасность представлялась ему слишком серьезной. Он не собирался рисковать сердцем Тори.