Эта лавка не продается, мой лорд! - Мария Эмет

— Не так! Ничего я не скрываю. Я торгую травами, книгами и артефактами начальной ступени. — Проговорила я, стараясь сохранять спокойствие.

— Однако наши приборы фиксируют сильнейшие волнения отрицательной энергии. — Пробурчал мужчина в форме инспекции. — Что вы скажете на этот счет?

«Ваши приборы врут», — хотелось закричать мне, но слова застряли в горле.

Недавние события заставили задуматься. Ссора с братьями на ровном месте, чьи-то голоса в голове, болезнь Евлампия… Все это очень странно.

Вернее, все это выглядит странно, пока в дело не вмешивается темный артефакт высшего порядка.

Подобные вещи могут творить страшные вещи. Если приборы инспекторов не врут, то я должна благодарить Небеса за то, что осталась жива. Мощь такого артефакта велика. Она может сводить с ума, подчинять человеческую волю и наставлять всех вокруг на страшные поступки.

Потому вместо криков я обреченно выдохнула:

— Ищите.

Мужчины обменялись снисходительными усмешками. Полицейские грубо посторонили меня и вошли в дом, а инспекция отправилась исследовать двор.

Мы остались один на один с «клерком».

— Не станете отрицать? Защищаться? — поинтересовался мужчина скрипучим голосом, глядя на меня поверх узких очков.

— Не дождетесь. Говорить мы будем в суде. А сейчас вы и слова от меня не услышите.

Продолговатое лицо исказила злая улыбка.

— Умно. Советую начать подбирать слова прямо сейчас. Я за версту учуял вонь темной магии.

Какой… носатый, однако.

— Нашел! — закричал инспектор.

Он стоял около небольшого деревца, которое ещё вчера цвело и пахло. Сейчас от былой красоты не осталось ничего: ни листьев, ни веток. Один голый тонкий ствол.

— Здесь что-то есть!

Мужчины принялись рыть и очень скоро достали из корней старинную шкатулку. Приближаться и уж тем более разглядывать эту дрянь мне не хотелось.

Мои мысли были заняты другим.

Кто… Кто это сделал⁈ И зачем? За что?

За что?..

Меня затолкали в карету и отвезли в участок. Попытались устроить допрос, но я категорически отказалась отвечать на вопросы. Без юриста… Без Эмиля в это болото не сунусь.

После заставили подписать несколько бумаг, с содержанием которых я тщательно ознакомилась, а потом…

Потом меня усадили в небольшую камеру два на два, которая располагалась здесь же, то есть в участке.

— Завтра тебя оформят, переведут в другое место… Не очень благополучное, скажу сразу. — Говорил один из полицейские, издевательски растягивая слова.

— А дальше?

— Дальше суд. — Фыркнул второй. — А ты как думала? Тебя по головке погладят да домой отпустят?

— Эх дуреха ты.

— Дуреха! Ещё какая! И зачем в эту топь полезла?

— Такая молодая ещё… Жалко, в тюрьме попортят.

— Это да… Попортят — мягко сказано. У красавиц там тяжелая судьба.

— И недолгая жизнь.

— Да, нелегкая и короткая жизнь.

Напарники никак не умолкали. Мало того, они решили испить чаю рядом. Потягивая напиток и уплетая пряники, мужчины продолжали нагнетать обстановку.

А я все думала. Теперь уже не только над личностью моего врага, но и над тем, как выбраться из этой передряги.

Привлекать брата не хочется. Мне вообще не хочется видеть его в своей жизни.

Хотя… Не думаю, что встречи с ним удастся избежать. Сейчас службы поднимут документы и быстро поймут, кто я на самом деле. Что будет дальше догадаться не трудно. Габриэль скорее всего вытащит меня отсюда. И сделает это непременно с помощью денег.

А потом…

Фата, безвкусное платье, которое выберет Равенна, и карюзлик Чорч Буш.

Есть только один плюс во всем этом: я наконец верну украденную серебряную вилку в мамин столовый набор.

Близился вечер. Небо, на которое я смотрела через маленькое окошко, стремительно чернело. Надо мной больше никто не насмехалась. Я спокойно себе сидела в камере. Один раз даже успела всплакнуть. Немного подремала. Отковыряла от стены кусочек кирпича и зачем-то положила его в карман.

На память.

Вдруг к двери подошел полицейский. В его руках блеснула связка ключей.

— Что вы делаете? — испуганно спросила я, пятясь к стене.

— А на что похоже?

— Не знаю, но вы должны прекратить. Не подходите ко мне!

— Ты чего там придумала? — возмутился мужчина. — Вот дает! Я выпускаю тебя. За тобой пришли.

Пришли? Уже?

Кто же там? Наверняка, Габриэль. Как же… быстро.

Каково было моё удивление, когда я услышала мягкое:

— Добрый вечер, леди Фарси.

Александр тепло улыбнулся мне и поспешил накинуть на плечи свой теплый плащ.

— Что вы здесь делаете?

— Играю в рыцаря на белом коне. Пока получается очень даже недурно.

— Не понимаю… — я мотнула головой. — Совсем ничего не понимаю. Что происходит?

— Лилибет, — он приобнял меня и произнес тихо: — Я все вам объясню в карете. Пошлите.

Калиостро вывел меня на улицу и подтолкнул в сторону экипажа. От напряжения силы покинули моё тело. Ноги не слушались. Я то и дело пыталась завалиться то в кусты, то на забор.

Посмотрев на это дело, Александр подхватил меня на руки.

— Что вы делаете? Я сама…

— Сама, конечно сама. — Улыбнулся он. — Никто и не узнает, что не сама. Просто наслаждайтесь, Лилибет. Женщины ведь любят, когда их носят на руках.

Сомнительное умозаключение, но на возражения энергии не было.

Даже в экипаже Александр не стал отпускать меня. Усадил неприлично близко и приказал кучеру трогаться.

— Я жду объяснений… — прохныкала я. — Что вы сделали и сколько я вам теперь должна?

Во мраке салона раздался смешок.

— Лилибет, в этом мире есть вещи, которые гораздо сильнее денег.

— Да ну?

— Представляете?

— И что же это за вещи такие?

— Правда, например.

Правда. Звучит интригующе.

— Мне ждать от вас пламенных признаний?

— Конечно. Но не сегодня.

— Тогда я не понимаю, к чему вы клоните.

— О, это довольно короткая история. — Проговорил Александр. — После работы я отправился на ужин в ближайшую ресторацию. Проезжая по улице, я увидел ваших подопечных и решил спросить, что они здесь делают. Самый младший и самый сговорчивый, кажется его зовут Джек, рассказал об утреннем прецеденте. Случившееся показалось мне странным. Я отвез ребят к лавке, в которой вас не оказалось. Кхм… Кстати, вы знали, что старший обладает