Грешник 2. Продолжение - Анастасия Шерр

- Говорят, что я мудак тот ещё. И я им верю. Я знаю, что со мной нелегко. Но ты стала моей женой. Ты видела какой я. Ты знала, что я асоциален. Что я козёл и псих. Ты знала. А теперь плачешь. Почему?

- Потому что я не знала, что ты мне изменишь. Ты говорил, что в этом плане я тебя устраиваю полностью и что других не будет.

- Так в этом всё дело? Не простила меня?

- Нет.

- Придётся простить. Я тебя не отпущу. И я клянусь, что у меня больше не будет ни одной женщины, кроме тебя. Ты мне веришь?

- А тебе оно нужно? Моё доверие? Тебе же наплевать на всех и вся.

- Мне нужно. И мне не наплевать на тебя и детей. Вы моя семья.

Я отвернулась в сторону, слизала с губ солёные капли.

- Ты говоришь это всё, чтобы я отказалась от развода.

- Так. Правильно. А зачем мне это? Не подскажешь?

- Если бы ты был нормальным, я бы подумала, что ты действительно осознал свою ошибку и хочешь примирения. Но ты другой. И я не знаю, зачем мы тебе нужны. Всё так сложно, что я просто теряюсь. Ты втянул меня в такие сети, что я не знаю, как из них выбраться.

- Лер, - он повернул моё лицо к себе за подбородок, посмотрел в глаза. – Давай поедим? Жрать хочется, как волку.

Я прыснула. Кажется, у меня началась истерика. Я смеялась так громко и заливисто, что из своей комнаты в самом дальнем конце коридора выглянула София.

Я хохотала навзрыд. Слёзы текли по щекам, а я смеялась, как умалишённая.

Этим и воспользовался Грешник. Подхватил меня со ступеньки, подбросил и поймал. Через секунду я уже лежала на нашей кровати, а он быстро и жадно лишал меня одежды.

- Ты же говорил, что голодный, - наконец, пришла в себя я.

- Я не уточнил о чём именно говорю.

- Нет, Шам. Не сейчас. У меня болит голова.

- У тебя? Это у меня она должна болеть.

- Я серьёзно! Отпусти! – я начала сопротивляться, когда дело дошло до белья. Знаю, надо было раньше, но иногда мне так хочется всё забыть… Выкинуть из головы, стереть себе память и трахаться с ним дни и ночи напролёт. Но теперь перед моими глазами он… с другой. И это не стереть. А ещё мне начали сниться кошмары, из-за которых я вскидываюсь посреди ночи и не сплю потом до утра. Мне снится кровь. Много крови. Столько, что я утопаю в ней и начинаю захлёбываться. А проснувшись, обнаруживаю, что искусала себе щеки изнутри и чувствую привкус металла.

- Шамиль! – я вскрикнула, когда он рванул на мне трусики и те затрещали, врезавшись мне между ягодиц.

- Ты моя жена, - прохрипел он, глядя на мои губы. – Моя Королевна.

- Ну и что? Насиловать будешь? – спрашиваю его, упираясь в мощную раскачанную грудь.

- Не буду. Я в курсе, что это неправильно, если что, - бросил он грубым голосом и встал с меня. Я тут же схватила халат, укуталась в него по самый подбородок.

- Поешь со мной? – спросил он, надевая майку.

А мне отчего-то так жаль его стало… Нелюбящая мать, которая пыталась его убить. Теперь я… Сложно ему с женщинами. А ещё та, которую он убил… Он чудовище. Но я люблю это чудовище. Только у нас не будет финала, как в известной сказке.

- Поем.

ГЛАВА 37

ГЛАВА 37

Смотрю в окно на метель, кутаясь в мягкий плед. Шамиль обнимает меня сзади и я чувствую лопаткой, как бьется его сердце. Сильно, уверенно.

Он большой. Одной рукой может обнять меня и оторвать от земли. В его объятиях тепло и уютно. Почти всегда. Когда я не думаю о той, другой его жизни. Той, где он убийца и изменщик.

- Ты всегда такая печальная? – шепчет мне на ухо, от чего по телу пробегают волны удовольствия.

- Нет. Это я теперь такая. После того, как в моей жизни случился ты.

- Неужели я настолько падаль?

- Я не знаю, что тебе сказать. Ты очень страшный человек. И мне страшно представить, что будет, когда тебя отпустят твои препараты, а я решу развестись, - вернее, уже решила, но сейчас этого не говорю. Он сам всё понимает.

Прижимает меня крепче к себе, утыкается носом в шею.

- Я тебя не отпущу. И сбежать не дам. Ты моя.

- Я не вещь, Шам. Ты не можешь всю жизнь держать меня на поводке.

- Могу, - угрожающе произносит он. – Всё замолчи. Я не хочу этого слышать, - в голосе его злость, а меня окатывает волной страха. Нет, я его не боюсь. По крайней мере сейчас. Но понимаю, что поводок уже натянут и удерживает меня.

- Я должна ехать.

- Куда?

- К Королю. Хочу детей увидеть.

- Я тоже хочу. Давай перевезём их сюда на постоянку?

- Ты лжёшь, что хочешь их видеть. Зачем тебе это?

- Общие дети – это лучший вариант удержать тебя, - признаётся он, а я оттолкнувшись от него, вскакиваю с кровати.

- Спасибо за честность. Только дети – это не орудие пыток. Дети – это моя жизнь.

- Я тоже рад, что они есть. И ты права, они не орудие пыток. Единственное, чего я хочу, это знать, что у меня есть семья. Я всю жизнь до тебя сожалел, что мать меня не утопила в свое время…

- Что? – я резко повернулась, уставилась на него. – Ты всё вспомнил, - не вопрос. Утверждение. Никто ему не говорил о матери.

Он вздыхает.

- Вспомнил.

- И что теперь? – спрашиваю зачем-то.

- Ничего. Ты всё так же моя жена. Мои воспоминания ничего не значат. Ничего не изменилось. Я был ублюдком, им и остался. А ты та, что полюбила ублюдка. И что теперь? Бросить меня хочешь?

- Ты псих и изменщик. Ты жестокий, хитрый, подлый. Ты манипулятор. Да, я хочу тебя бросить. Хочу забыть, как страшный сон.

- Но ты знаешь, что это невозможно. Я найду