Пара для Дракона: Секрет Попаданки - Алекса Рид

Дом встретил нас тишиной и запахом полированного дерева. Марта, та самая пожилая служанка, всплеснула руками, увидев Амеля в таком виде, и немедленно убежала греть воду и готовить ужин. Дороти, помоложе, с карими глазами, появилась из ниоткуда и забрала мою сумку, стрельнув любопытным взглядом.

— Мисс Фрида, вы вернулись! — просияла она.— Вернулась, Дороти. И, кажется, надолго.Та понимающе улыбнулась и упорхнула.

Мы поднялись наверх. Амель остановился у двери в восточное крыло, то самое, где я ночевала в прошлый раз.— Твоя комната. Или… — Он замялся, и это было так непохоже на него, что я улыбнулась.— Или?

Он шагнул ближе. Его рука легла на мою талию, притягивая к себе.— Или ты можешь остаться со мной. Если захочешь.В груди разлилось тепло. Я подняла голову, встретила его взгляд. Золотые искры плясали в глубине зрачка.

— А ты не боишься, что я буду храпеть?— Я уже слышал твой храп. В палатке.

— Я не храплю! — возмутилась я, но он уже смеялся, прижимая меня крепче.Мы вошли в его комнату. Она была большой, тёмной, с массивной кроватью под балдахином, камином, в котором уже потрескивали дрова, и окнами, выходящими в сад.

— Ванна? — спросил он, глядя на меня. — Ты, наверное, устала.— Устала. Но не настолько, чтобы не заметить, как ты на меня смотришь.

Он усмехнулся. Медленно, очень медленно подошёл. Его пальцы коснулись моего подбородка, приподнимая лицо.— И как я на тебя смотрю?Я сглотнула. Сердце колотилось где-то в горле.— Как на… последний кусок пирога.

Он рассмеялся.— Нет, Фрида. Я смотрю на тебя как на чудо. Которое пять лет падало у меня на глазах, роняло папки, ругалось на странном языке и делало вид, что я ей безразличен. А теперь это чудо стоит в моей спальне и смотрит на меня так, будто я тоже чего-то стою.

— Ты стоишь, — прошептала я. — Очень многого. Наверное что-то от дракона можно продать.

Он, посмеиваясь, наклонился. Губы коснулись моих, сначала легко, почти невесомо, будто спрашивая разрешения. Я ответила.

Его руки скользнули по моей спине, прижимая к себе так крепко, что я почувствовала каждую линию его тела. Мои пальцы запутались в его волосах, пахнущих дымом и лесом. Целовал он жадно, глубоко, будто пытался наверстать все эти годы молчаливых взглядов в архиве.— Фрида, — выдохнул он мне в губы. — Я схожу с ума.— Давно пора.

Он засмеялся, но тут же снова приник к моим губам. Мы перемещались по комнате, спотыкаясь о мебель, не размыкая объятий. Где-то на полпути к кровати он остановился, заглянул мне в глаза.— Ты уверена?

Вместо ответа я потянулась к шнуровке его рубахи. Пальцы дрожали, но я справилась. Ткань упала, открывая его торс — шрамы, мышцы, всё то, от чего у меня перехватывало дыхание. Он стоял неподвижно, позволяя мне смотреть, касаться. Потом его руки легли на мою рубаху.— Можно?

Я кивнула. Он расстегнул пуговицы медленно, мучительно медленно, целуя каждый открывающийся участок кожи. Плечо. Ключица. Ямочка у горла. Я запрокинула голову, чувствуя, как по телу разливается жар.

— Ты прекрасна, — прошептал он.Я стянула с него штаны. Он помог мне избавиться от остатков одежды. И вот мы стояли друг напротив друга, обнажённые, освещённые пламенем камина, и не было ни стыда, ни неловкости.

Он подхватил меня на руки, отнёс на кровать, опустил на прохладные простыни. Навис сверху, опираясь на локти, глядя с такой нежностью, что у меня сжалось сердце.— Я люблю тебя, — сказал он. — Пять лет. Каждую чёртову минуту.Я притянула его к себе за шею.— Тогда покажи.

Сначала пальцами, губами, языком изучая моё тело так, будто запоминал каждый участок. Я выгибалась, вскрикивала, впивалась ногтями в его спину, а он не останавливался, доводя до исступления, пока я не начала умолять.

Когда он наконец вошёл в меня, мир взорвался. Лампочки в комнате вспыхнули ослепительно ярко и погасли, оставив только мерцание камина. Амель замер, глядя на меня расширенным глазом.

— Это… ты?

— Кажется, да, — выдохнула я. — Не останавливайся.

Он усмехнулся и подчинился. Мы двигались в такт, дыхание сбивалось, тела скользили друг по другу, и каждый толчок отзывался во мне электричеством, которое уже не казалось таким опасным. Я чувствовала, как нарастает волна, как всё внутри сжимается в тугой узел, и когда она накрыла, закричала, громко, не стесняясь.

Он последовал за мной, выдохнув моё имя в изгиб моей шеи.Мы лежали, переплетённые, тяжело дыша, и я смотрела в потолок, чувствуя, как по телу разливается приятная истома. Его рука гладила мой живот, губы касались виска.

— Если так будет каждый раз, — прошептал он, — Вейлор нас найдёт по световым сигналам.Я хихикнула, уткнувшись ему в плечо.— Буду учиться контролировать.

— Не надо. — Он прижал меня крепче. — Мне нравится. Это… часть тебя.Я подняла голову, встретила его взгляд.— Правда?— Правда. Всё, что ты есть, мне нравится. Даже твоя неуклюжесть.

— Я не неуклюжая!— Конечно. — Он улыбнулся, поцеловал меня в нос. — Просто иногда земля под тобой движется не в ту сторону.Я фыркнула, но спорить не стала. Слишком хорошо было лежать вот так, чувствуя тепло его тела, слушая ровный стук сердца.

Мы молчали долго. Потом он вдруг сказал:— Я хочу, чтобы ты осталась здесь. Навсегда. Не из-за безопасности. Из-за… — он запнулся, подбирая слова. — Из-за того, что без тебя дом снова станет ледяной усыпальницей.

Я посмотрела на него. В полумраке его глаз блестел серьёзно и уязвимо.— А если я скажу «да»?— Тогда я буду самым счастливым драконом в королевстве— А если скажу «нет»?

Он помолчал. Потом улыбнулся, криво, чуть грустно.— Тогда буду ждать у твоего стола в архиве и ловить падающие папки. Пока не передумаешь.Я рассмеялась, прижалась к нему крепче.— Ты невозможный.

— Знаю. Так что скажешь?Я приподнялась на локте, заглянула ему в глаза.— Скажу «да». Но с условием.

— С каким?— Ты научишь меня пользоваться этой дурацкой магией. Чтобы в следующий раз, когда какой-нибудь психопат решит меня похитить, я могла поджарить ему задницу.

Амель расхохотался, громко и искренне, запрокинув голову. Потом притянул меня к себе и поцеловал.— Договорились.

Мы заснули под утро, уставшие, счастливые, впервые за долгое время чувствуя себя в безопасности.

Глава 22 "Горячая глава"

Солнце пробивалось сквозь тяжёлые шторы, рисуя золотые полосы на полу спальни. Я проснулась оттого, что было жарко. Амель лежал рядом, его рука по-прежнему обнимала меня, а дыхание щекотало макушку. Я попыталась пошевелиться, но он тут же сжал руку