Единственный шанс - Шарон Сэйл

Па улице, должно быть, не меньше девяноста градусов[4], но Ченсу было холодно. Дышалось с трудом. Давило под ложечкой. Он обхватил ладонями видавшую виды толстую фаянсовую чашку — просто чтобы куда-то деть руки. Никогда в жизни он не испытывал еще такого непреодолимого желания сорваться и убежать куда глаза глядят.

— Ну, красавчик, какие будут пожелания?

Ченс вздрогнул и от неожиданности, и от самого вопроса.

Официантка стояла рядом с карандашиком наготове.

— Яичницу с беконом и бисквит, — ответил он', почти уверенный в том, что она немедленно ткнет в него пальцем, узнает и закричит. Это было бы ужасно. Он сделал еще один большой глоток кофе и попытался прогнать страх. «Черт побери! Я же сам этого захотел! Никто меня не заставлял приезжать сюда. Так что возьми. себя в руки, Ченс Маккол, и перестань валять дурака!»

Самодисциплина помогла. Нервы успокоились. Может, способствовала этому и вторая чашка кофе, которую поставила перед ним официантка, прежде чем пойти выполнять заказ. Ченс запустил руку в карман рубашки, достал старый голубой коробок спичек — один из тех, что обнаружил на дне портфеля, — и принялся бездумно вертеть его в руках. При этом он смотрел в зеркало за стойкой бара, внимательно вглядываясь в каждого входящего и выходящего посетителя, надеясь, что вдруг кто-нибудь покажется знакомым. Но никого не узнавал.

— Господи! — громко воскликнула официантка, поставив перед ним яичницу с беконом. — Где ты раздобыл такое старье? Мне много лет даже на глаза не попадалось! — Она взяла из рук Ченса коробок и повертела перед собой. — Так и есть! «У Чарли все для машины и вас»… Черт побери, красавчик, да откуда ты прибыл?

Из Сумеречной Зоны? — Смех ее был пронзителен. Так же, как и голос. Несколько человек за стойкой обернулись в их сторону.

Ченс не знал, стоит ли отвечать, или она сама ответит за него. Поскольку официантка была весьма общительна, он решил выбрать второе.

— Эй, Марш, взгляни. Сколько лет прошло, когда ты в последний раз это видел? — Но, не дождавшись, пока некий Марш соизволит отреагировать, спросила у Ченса:

— Где ты взял это, красавчик? — Она вернула ему коробок. — На «летающей тарелке»?

Должно быть, она привыкла играть роль комедиантки, поскольку тут же повторила последнюю фразу, опять обращаясь к Маршу.

Ченс положил коробок на стол, улыбнулся и взялся за вилку. Она решила, что парень явно принадлежит к типу крепких неразговорчивых мужчин, и предприняла следующую попытку:

— Вы в гости или так, проездом?

Ченс прожевал кусок, после чего спокойно ответил;

— И то и другое. Немного. — Перевернув коробок обратной стороной, где была надпись, он небрежно поинтересовался:

— Станция эта еще цела?

— Да что ты! Нет, конечно. А по сути, и Чарли Роллинз — тоже.

Ченс наморщил лоб. Кто такой этот Роллинз? Но спрашивать ему не пришлось. Девица сама выплескивала информацию.

— Чарли Роллинз был владельцем этой бензоколонки. Станции больше нет. Да и от Чарли мало что осталось. У него развилось старческое слабоумие, слышал о такой болезни? Сейчас, как-то она там по-научному называется, дай вспомню… Олдсгеймер, что ли…

— Болезнь Альцгеймера?

— Точно! Так и есть. Он ничего не помнит. Жена умерла. Дочь приезжала как-то раз, давно, чтобы поместить его в дом престарелых, потом исчезла. Я слышала, она даже не навещает его. Полагаю, ему уже все равно. Если он ее не узнает, что толку приезжать?

— Где этот дом? — спросил Ченс, протягивая пустую чашку и в полном восхищении наблюдая, как она успевала одновременно разговаривать, наливать кофе, махать рукой, прощаясь с уходящими посетителями, и при этом не проливать ни капли.

— Зачем? Ты хочешь навестить его? Нет смысла. Он тебя просто не узнает.

Однако, пожав плечами, рассказала, как добраться, а потом долго задумчиво смотрела на невероятно щедрые чаевые, которые оставил на подносе незнакомец.

Ченс вальяжно покинул закусочную, словно у него в запасе была по меньшей мере вечность.

— Лет десять назад я бы взяла номер твоего телефона, красавчик, а ты бы горел нетерпением, дожидаясь вечера, чтобы увидеться со мной, — пробормотала она.

— Эй! — подал голос Марш, стукнув пустой чашкой по столешнице.

— Сейчас подойду, — ответила официантка, глядя, как Ченс пересекает улицу и направляется к красному грузовому пикапу. Что-то в этом человеке было ей ужасно знакомо. Она пожала плечами, спрятала чаевые в карман и направилась к Маршу.

Найти дом престарелых под названием «Золотые годы» оказалось несложно. Автостоянка перед ним была почти пуста. Ченс состроил гримасу и направился к входу.

Ситуация, конечно, не из рядовых. Один, ни черта не помнящий из своего прошлого, пытается получить ответы от другого, страдающего болезнью Альцгеймера.

Войдя в дверь, он непроизвольно задержал дыхание Автостоянка могла быть сколь угодно пустой, зато холл был почти забит креслами-каталками, в которых располагались их обитатели.

— Я могу вам помочь? — Его внимание отвлек гнусавый голос молодой женщины за конторкой. Атмосфера помещения была пропитана запахами антисептиков, моющих растворов, мазей и пожилых тел.

Ченса передернуло. Если бы не его дело, он ни секунды не стал бы задерживаться в подобном месте. Подавленное состояние только усилилось. Искать здесь ответы тщетно. Если бы не Дженни, он бы развернулся и отправился восвояси в Тайлер. Но он в долгу и не имеет права делать ей предложение, не будучи уверенным, что в прошлом все чисто.

— Я ищу Чарли Роллинза.

— Вы родственник? — Служащая оценивающе вскинула брови.

— А это обязательно? — нахмурился Ченс.

— Нет, — призналась женщина, — но, кроме дочери, его никто не посещает.

— Теперь посетитель появился, — резонно заметил Ченс и выжидательно умолк, надеясь, что она покажет дорогу.

— Первая дверь слева по коридору после ванных комнат. На многое особо не рассчитывайте, — предупредила служащая. — Ему бывает то хуже, то лучше. День на день не приходится.

— А как сегодня?

Она только пожала плечами.

В комнате горели все лампы, занавески плотно задернуты, шторы опущены. Кровать была тщательно прибрана, кругом царил идеальный порядок. Обстановка выглядела скудно. На первый взгляд комната была пуста. Ченс решил было вернуться к конторке и спросить, где еще может находиться Чарли Роллинз, но случайно опустил глаза. Из-под кровати торчали ноги.

Сердце Ченса замерло. Что за чертовщина!

В следующее мгновение крепкие жилистые руки ухватились за край кровати узловатыми пальцами. Из-под нее на плоской тележке выкатился старик. Ченс остолбенел. На таких тележках обычно устраивались механики для ремонта автомобилей.