Предложение повесы - Аманда Браунинг

Она тут же попыталась успокоить его:

— Не говори глупостей. Ты меня никогда не обидишь.

Джоэл без улыбки заглянул в ее глаза.

— Никогда? Я начинаю в этом сомневаться. Сладкая моя, с одной стороны, ты совсем не такая бесчувственная, какой хочешь казаться.

Кэтрин мгновенно насторожилась.

— На что ты намекаешь? — с тревогой спросила она.

Если он проник в ее тайну…

— Возможно, твои братья правы. Может быть, мне действительно следует исчезнуть из твоей жизни, — с грустью проговорил Джоэл, и что-то внутри у Кэтрин сжалось от страха.

— Джоэл Кендрик, не смей бросать меня! Я тебя никогда не прощу, — с жаром сказала она.

Видя ее горячность, Джоэл насупился.

— Кэтрин, я думаю о тебе. О том, как было бы лучше для тебя. Я для тебя — плохой подарок.

— Для меня — нисколько не плохой! — решительно заявила Кэтрин, и Джоэл слабо улыбнулся.

— Не старайся заставить меня отказаться от правильного поступка. Я много лет не ощущал такого благородного позыва.

Кэтрин фыркнула.

— Лично мне представляется, что ты чересчур преувеличиваешь благородство своих намерений.

— Это не имеет значения, — вздохнул он. — Не знаю, как долго мне удастся уберегать тебя от прессы.

Она вскинула брови.

— Ты хочешь сказать, что есть твоя заслуга в том, что моя фотография еще не появлялась в желтых газетах?

Синие глаза так внимательно изучали ее лицо, как будто Джоэл поставил себе целью запомнить каждую черточку.

— Я решил, что мне не улыбается перспектива увидеть тебя под каким-нибудь кричащим заголовком. Насколько мне удалось понять, ты создана не для того, чтобы твоя личная жизнь обсасывалась публично. Да и я не намерен делить тебя с половиной страны, поэтому я до сих пор соблюдал известную осторожность.

Кэтрин беззвучно ахнула, но ее сердцу сделалось теплее. Значит, Джоэл заботится о ней. Он не хочет, чтобы она становилась объектом повышенного внимания, чтобы она страдала от шушуканья за ее спиной. Разве это ничего не означает? Значит, в глубине души он тревожится за нее, разве не так? Боже, как бы в этом удостовериться!

Она проглотила застрявший в горле комок и улыбнулась.

— Спасибо тебе. Ты очень внимателен ко мне.

— Не о чем говорить. Я так поступал исключительно из эгоизма. Я хотел обладать тобой полностью.

Кэтрин почувствовала, как что-то согревает ее изнутри.

— Я не в претензии, — прошептала она. — Я тоже хочу, чтобы ты был только моим.

Джоэл взял ее руку и нежно поцеловал.

— Я никогда не знал такой женщины, как ты. Ты ничего не требуешь. Разве ты ничего от меня не хочешь?

У Кэтрин заныло в груди. О, она многого хочет, да только об этом не заговоришь вслух. Но вот уже долгое время прошло с тех пор, как ее счастье свелось к одному предмету. К нему, Джоэлу.

— Раз на то пошло, я хочу, чтобы ты помог мне открыть бутылку вина, — дерзко заметила она.

Ей стало легче на душе оттого, что черты его лица смягчились и он засмеялся.

Джоэл легко поднялся, не выпуская Кэтрин из своих объятий. Только оказавшись на кухне, он отпустил ее, причем так, что она почувствовала его возбуждение.

— Гмм, кажется, настроение у тебя меняется к лучшему, — промурлыкала она.

— Таков эффект твоего присутствия! — Джоэл улыбнулся и слегка оттолкнул ее. — Займусь-ка я вином.

Рассмеявшись, Кэтрин повернулась к плите.

— Накрой на стол, если только есть настроение. Тебе нужно остыть.

— Не получится, славная моя, — буркнул Джоэл, доставая бутылку из холодильника. — Я вспыхиваю сразу, стоит мне оказаться в одной комнате с тобой. Я думал, со временем это пройдет, а на самом деле, чем больше я тебя вижу, тем больше горю. Что-то вроде наркотика.

Кэтрин разворачивала бифштексы, но при этих словах замерла.

— Это хорошо или плохо?

— О, это хорошо. Не поверишь, как хорошо. Обычно женщины быстро надоедают мне. А с тобой я этого чувства никогда не испытываю. Между прочим, ты меня непрерывно удивляешь.

— Мне нравится держать тебя начеку. Не терплю затхлости в отношениях, — ответила она, вновь занявшись продуктами.

Джоэл поставил откупоренную бутылку на стол и подошел к Кэтрин, чтобы взять приборы.

— Затхлости у нас не будет никогда, — пообещал он.

Кэтрин почувствовала, как растаяла ее улыбка. Не оборачиваясь, она возразила:

— Она придет. Когда-нибудь.

— Зачем ты так говоришь?

— Где-то моя преемница уже дожидается той минуты, когда ты обратишь на нее внимание.

Джоэл вытаращился на нее. Складка на его лбу сделалась заметно глубже. Что-то сверкнуло в его глазах, но Кэтрин не могла бы определить, что означала эта вспышка. А потом он отвернулся и принялся расставлять на столе посуду.

— Так далеко я не заглядывал, — проворчал он, и его тон был настолько нехарактерен для него, что Кэтрин повернулась к нему. — Я просто счастлив, когда ты рядом.

— Это правда?

Джоэл поднял голову.

— Конечно. Сейчас я не хочу быть ни с кем другим.

— Да, но ты же не скажешь, что изменение положения в будущем исключается? — решительно бросила она.

В эту минуту ею руководили только чувства, которые она испытывала к Джоэлу.

— Отрицать не буду. Но почему ты сейчас завела этот разговор?

Он буравил ее пристальным взглядом.

— Потому что, как мне представляется, мне нужно знать, на что я могу рассчитывать, — с усмешкой ответила она.

Джоэл разложил приборы, подошел к Кэтрин, взял ее за плечи и слегка встряхнул.

— Сейчас мы вместе, и я от этого счастлив. Мне казалось, ты тоже.

— Да, я тоже, — торопливо признала Кэтрин, чтобы успокоить Джоэла. — Просто у меня живое воображение. Забудь об этом разговоре. Я лучше пожарю мясо, иначе мы не сядем за стол до полуночи.

Она ускользнула из его рук и стала наливать в сковороду оливковое масло. Она чувствовала на себе неотрывный взгляд Джоэла, но решила не оборачиваться. Наконец Джоэл вернулся к столу.

Больше ничего сказано между ними не было, а сказанное забыто, когда они приступили к ужину. Кэтрин рассказала Джоэлу о своих дневных делах. Он поделился с ней еще кое-какими подробностями своих переговоров с ее братьями.

Она все еще громко смеялась, когда раздался звонок в дверь. Они с Джоэлом вместе мыли посуду. Кэтрин замерла с полотенцем в руках и недоуменно глянула на часы. Почти десять вечера.