Песня ветра - Джейн Харри

- О Боже, - сказал он. - Сэра, Сэра!

- Миссис Хант пора спать, а мистер Хант сможет вернуться завтра утром, - сказала вошедшая медсестра.

Тед холодно посмотрел на нее.

- Я хочу остаться с моей женой.

- Нет, - сказала Сэра. - Не стоит. Пожалуйста, уходи. Я.., очень устала.

На мгновение ей показалось, что он запротестует. Но он, вздохнув, смирился.

- Хорошо. - И в его голосе была бесконечная усталость. - Если ты хочешь этого...

Она осталась в больнице на несколько дней, ее комната была завалена цветами и нежными посланиями. Ей также предложили обратиться к психотерапевту, но она отказалась.

Мистер Мейсон пришел к ней и сказал, нервно потирая руки, что он осмотрел каждый сантиметр лестницы и так не понял, почему она упала.

Потом приехала Донна.

- Я не могу поверить, - все время твердила она. - Просто не могу. У меня перед глазами все время стоит эта картина. Ты лежишь там, внизу, и не двигаешься. - Она содрогнулась, а потом спросила:

- Ты помнишь, как это случилось?

- Нет, - ответила Сэра. - Я ведь несла стенд?

Что с ним случилось?

- Он испортился, но тебе совсем не стоит по этому поводу переживать. Тебе надо набираться сил.

И Сэра обнаружила, что ей потребуются все ее силы, когда пришло время возвращаться домой. Она сидела на переднем сиденье рядом с Тедом, напряженная и прямая как палка, пока они ехали к дому. Больничная палата стала ее убежищем, но пришло время вернуться в холодный и враждебный мир.

- Дорогая. - Тед смотрел на нее с встревоженным видом. - У тебя все в порядке? Мне необходимо вернуться в агентство. Там что-то произошло. Но к тебе скоро приедет Вики.

- Все в порядке, - сказала она. - Не стоит беспокоиться. - Ей удалось улыбнуться.

Но никакого порядка не было и в помине.

Дом стал похож на пустую раковину, холодную и бездушную, отвечавшую гулким эхом на ее одинокие шаги. Наверху, в комнате, которая так и не стала детской, уже не было пеленального столика, который она купила несколько недель назад, детские картинки тоже были сняты со стен, и она превратилась в обычную комнату.

Должно быть, это сделал Тед, и ей нужно было бы благодарить его за это, но вместо этого ее обуял слепой беспричинный гнев. Как легко он избавился от всех моих надежд и мечтаний, подтвердив тем самым, как мало они для него значили, подумала она.

Звонок в прихожей отвлек ее. Сэра открыла дверь, и Вики вошла в дом, неся с собой тепло и успокоение.

Когда они сидели в кухне за чашечкой кофе, Сэра сказала:

- Тед убрал из детской все, что напоминало бы о ребенке.

Вики положила свою ладонь на ее руку.

- Я уверена, что он хотел как лучше, - мягко сказала она. - Он очень беспокоится о тебе.

- Да. - Сэра посмотрела на стол. - Но он никогда не беспокоился о ребенке. Никогда.

- О, Сэра. Я знаю, что это не так.

- Ни единого слова сожаления. - Сэра сильно прикусила губу. - Ни одного. Тед совсем не говорил о ребенке...

- Для него это тоже тяжело, - старалась успокоить ее Вики.

- Тяжело? - хрипло спросила Сэра. - Тогда почему он выбросил все из комнаты? Как говорится, с глаз долой - из сердца вон. Чтобы все продолжало идти так же, как и раньше?

- Может быть, для него это единственный способ справиться с горем. Вики сжала ее руку. - Не будь слишком требовательной к нему, милая. - Она встала на ноги. - Ты не хочешь проехаться в супермаркет и купить еды? Я бы запекла для вас цыпленка.

- А ты разве не останешься?

- Не сегодня. Я думаю, вам нужно побыть вдвоем и поговорить. Кроме того, у меня назначено свидание.

- О! - Сэре удалось улыбнуться. - Кто-нибудь интересный?

Вики медленно сказала:

- Его зовут Эндрю, и он работает в торговом отделении банка. Но еще слишком рано о чем-то судить.

- Да, - напряженно сказала Сэра. - Смотри, не ошибись.

Как это сделала я, подумала она.

Вернувшись домой в этот вечер, Тед выглядел очень усталым и измотанным, и было понятно, что задушевного разговора не получится.

Он говорил мало, только справился о ее самочувствии, восхитился жареным цыпленком и спросил, не хочет ли она что-нибудь посмотреть по телевизору.

Сэра пошла спать первой, а полчаса спустя Тед последовал за ней. Она сидела в кровати и читала, подперев спину подушкой, когда он вошел в комнату.

Глядя, как он расстегивает рубашку, она быстро и почти беззвучно произнесла:

- Тед, врач сказал, что я должна как можно больше отдыхать.

- Конечно, - сказал он. - Завтра приедет женщина, которая будет помогать тебе по хозяйству.

- Я не это имела в виду... - Она сглотнула. Мне надо крепко спать по ночам, и чтобы меня никто не беспокоил.

Тед застыл на какое-то мгновение, а затем положил снятую рубашку на стул и начал снимать брюки.

- И?

- И я постелила тебе в соседней комнате. Она нервно улыбнулась. - Это только на несколько ночей.

- Я понимаю. - На мгновение он замолчал. А когда заговорил снова, его голос был ровным, но едва уловимо жестким. - Сэра, мне нужно спать рядом с тобой, обнимать тебя. Ты ведь не думаешь, что я так обезумел от страсти, что могу заставить тебя сделать то, что ты не хочешь? Я твой муж, а не чудовище.

- Я вовсе не это хотела сказать. - Она села в постели и провела рукой по волосам, пытаясь успокоиться. - Я просто хочу мирно спать в течение нескольких ночей...

- Мир, - медленно сказал он, - это то, чего всем нам так не хватает. Но я не уверен, что твои поступки приведут именно к нему. Если ты не хочешь моего присутствия в твоей постели, я не буду настаивать. - Его губы изогнулись в усмешке. - И я лучше не буду целовать тебя на ночь, а то вдруг во мне проснется зверь. Поэтому, спокойной ночи, любовь моя.

Дверь закрылась, и Сэра осталась одна, чего она, собственно, добивалась. Отчего же она чувствовала себя так одиноко? Еще обидней было то, что она так и не смогла заснуть. Синяки все еще не сошли, и ей было больно поворачиваться, поэтому она просто лежала и смотрела в темноту.

Вдруг она поняла, что спрашивает себя, смог ли Тед заснуть там, в соседней комнате. Конечно, она могла пойти и проверить. Он был всего в нескольких метрах от нее, и желание почувствовать тепло его успокаивающих объятий было почти непреодолимым.

Почти, грустно подумала она, но не полностью. Ведь ничто между ними не могло быть прежним, и было бесполезно притворяться. Как бы она ни желала его физически, эмоционально они существовали на разных планетах, и ей нужно было привыкнуть жить с этим.