Скажи мне «люблю» - Дейзи Томсон

— Я знал, что ты не сможешь ее забыть! — возбужденно воскликнул Майк. — И, уверяю тебя, если бы ты была обручена с кем-то другим, а не с Эваном, я бы сделал все возможное и невозможное, чтобы расстроить помолвку. Но Эван был моим другом, — вздохнул он и глубоко затянулся.

— Майк! Я не могу в это поверить! — Мне было крайне неловко. — Такие женщины, как я, совсем тебе не подходят!

— А какие мне подходят?

Я вспомнила девушек, которых видела с Майком раньше. Все они отличались внешней красотой, но в них сразу чувствовалась какая-то жесткость характера. Подруги Хендерсона принадлежали к тем слоям общества, где женщинам полагается носить норковое манто и бриллианты. Я же, по словам моего отца, была просто «милой девчушкой». Девушки Майка обладали трезвым умом и практичностью, и ни одна из них никогда бы не попала в такую переделку, в какую угодила я.

— И что ты мне на это ответишь? — резко спросил он.

И прежде чем я сообразила, что он собирается делать, подался вперед, притянул меня за плечи к себе и с силой поцеловал в губы.

Я попыталась вырваться.

— Нет, Майк, нет! — Я была на грани истерики, но все же постаралась взять себя в руки. — Я никогда даже и не подозревала, что ты так ко мне относишься!

Я бы ни за что не отправилась с Майком на прогулку, если б знала, что он решил сказать мне и сделать. Никогда раньше я не попадала в такую ситуацию, а поэтому и не знала, как из нее выйти.

Мне не хотелось делать Майку больно, потому что я хорошо понимала, как тяжело любить кого-то без взаимности.

Я попробовала успокоить его:

— Майк, извини, но, честное слово, я совершенно ничего не чувствую к тебе. — Я отодвинулась от него, насколько это было возможно. — Я даже никогда и не думала о нас с тобой в таком плане.

— Потому что между нами всегда стоял Эван.

Он снова подвинулся ко мне и схватил за плечо.

— Ты должна выйти за меня, Дина, — свирепо прошептал он. — Ты обязана!

Я уперлась спиной в дверцу машины, чувствуя, как ручка впивается в мой позвоночник.

— Только не говори нет, Дина! — продолжал настаивать он. — Ты говоришь, что не любишь меня, что никогда не думала обо мне как о муже, но все это не имеет значения. Ты научишься меня любить! Ты сможешь привыкнуть! — Он заставлял меня смотреть ему в глаза. — Дина! Я дам тебе все, что ты захочешь! Мы будем жить в Нью-Йорке, самом лучшем городе на свете. Ты будешь встречаться с людьми, которые…

Я просто не знала, что сказать. Такого Майка я не видела и даже не догадывалась, что он существует. Собственно говоря, я вообще не думала о нем раньше.

Однажды Эван заметил, что если Майк что-то задумал, то будет стремиться осуществить свой план любыми средствами. Мне вдруг стало страшно.

— Не продолжай, Майк, пожалуйста! — попросила я.

— Но разве ты не понимаешь, Дина! — резко ответил он. — Я хочу жениться на тебе не только ради своего блага, но и ради твоего! — Покачав головой, он добавил: — Ты же не сможешь жить здесь, в Инсфери! Среди всех этих людей, которые считают тебя виновной в смерти Эвана. Ты просто сойдешь с ума! — Его пальцы сжали мое плечо. — Выходи за меня, Дина. Я возьму официальное разрешение на выезд, и завтра мы будем уже далеко от всех этих неприятностей! — Наконец он отпустил меня и отодвинулся. — Что ты скажешь? — уже спокойнее спросил Майк.

Я отрицательно покачала головой:

— Нет, Майк, по-прежнему «нет». Если бы сейчас я ответила тебе «да», то твое поспешное предложение лишь дало бы почву для дальнейших сплетен, меня стали бы презирать еще больше, чем раньше. Не надо забывать: одной из причин, по которой меня якобы бросил Эван, была та, что у меня существовал другой мужчина!

— Стоит ли обращать внимание на все эти глупости! — зло перебил Майк. — Дина, ради себя самой ты должна выйти за меня замуж!

Я упрямо мотала головой:

— Прости, Майк, я не могу.

Некоторое время Майк сидел очень тихо, не шевелясь, затем дрожащими пальцами взял сигарету и прикурил. Он молча докурил ее до самого фильтра, а затем решительно вдавил окурок в пепельницу.

— Прости, Дина, — наконец проговорил Майк каким-то странным, чужим голосом. — Что ж, раз так, — он завел мотор машины, — значит, пусть так и будет.

Мы ехали домой в полной тишине. Никто не проронил ни слова.