Прости за любовь - Таня Винк

– В чем? – с замирающим сердцем спросил он.

– Я не предупредила тебя… Прости… Я не хотела… Я… я выросла в детском доме, – выпалила она и вся съежилась, будто боялась, что ее ударят.

У Димы отлегло от сердца – он-то думал, Настя скажет, что у нее есть парень.

– Не предупредила? – с облегчением выдохнул Дима. – Какая разница, кто где вырос? Главное – ты такая, какая есть, какой я тебя знаю.

– Ты не знаешь меня, – грустно сказала Настя.

– Может, и не знаю, но я тебя чувствую.

– Дима, – она смотрела в глаза, – все говорят, что таких, как я, надо бояться, что мы другие…

– Плевать мне на то, что говорят! – воскликнул он. – И забудь, откуда ты, для меня это не имеет значения.

– Ты первый, кто так говорит. – Она улыбнулась. – Ты удивительный. Помнишь, я рассказывала о дяде Роме? Он мне не родственник, он у нас в детдоме работал. Не знаю, как его должность правильно называлась, но он был и сторожем, и садовником, и плотником, да кем он только не был! До этого он работал в милиции. Дядя Рома очень любил детей, своих у него не было, единственный сын умер. Видел бы ты, какие чины приезжали к нему на день рождения! Даже генерал приезжал. Дядя Рома надевал китель, и они все уезжали, а мы боялись, что он больше не вернется. Но он возвращался и привозил огромную сумку вкусностей. Я ждала его. Часами сидела у окна, высматривала, когда он войдет в калитку. Мы с ним очень дружили.

– Это хорошо, когда с кем-то очень дружишь, – заметил Дима.

Настя вновь нахмурилась:

– Ты рассказывал о своей маме…

– Прости, если сделал тебе больно.

– Нет, что ты! Я хотела сказать, ты так хорошо говорил о своей маме! Она, наверное, очень добрая.

– Очень. Она хороший врач, пациенты ее любят.

На лице Насти появилась решимость, и она уставилась на Диму немигающим взглядом:

– Я сейчас кое-что скажу тебе, но обещай, что не подумаешь, что я ненормальная.

– Настя! – в сердцах воскликнул он. – Как можно?!

Она набрала пригоршню камней и принялась бросать их в волны. Покончив с камнями, Настя некоторое время смотрела на воду, а потом тихо произнесла:

– Слушай, как так может быть – мне снятся люди, которых я потом встречаю, будто кто-то заранее предупреждает. С тобой так бывает?

– Чтоб снились, а потом встретились… – Он задумался. – Нет, не бывает.

Она замолчала и набрала еще камней.

– Вот тебя я видела во сне, – она с вызовом посмотрела на Диму, – давно. Ты мне веришь?

– Конечно, а зачем тебе лгать? Так бывает…

– Ну, чтобы произвести впечатление.

– Тогда скажу, что я тебе верю. Еще скажу, что ты самая интересная девушка из всех, кого я встречал. Я понимаю, что детдом – далеко не сахар, но прошу тебя, перестань чувствовать себя ущербной. Если будешь не против, я с удовольствием помогу тебе в этом. Договорились?

– Договорились. – Настя прищурилась. – Твой друг идет сюда.

– Привет, голубки, – сказал Тарас. – Дима, можно тебя на минутку?

– Подожди, я сейчас.

Тарас пожал плечами и пошел обратно, под навес.

– Я должна идти на процедуры, – сказала Настя, вставая.

– Прямо сейчас? – Дима тоже поднялся.

– Да.

– А потом сюда вернешься?

– Потом обед и сон.

– Вот черт!

Настя отряхнула прилипшие камешки и улыбнулась:

– После ужина пойдем на маяк?

– Конечно, мы же договорились! – радостно ответил Дима.

– Тогда до встречи у фонтана.

– Дима! – В голосе Тараса были слышны раздраженные и нетерпеливые нотки.

– Иди, – Настя улыбнулась.

Возле навеса Дима обернулся. Приставив ладонь козырьком ко лбу, Настя смотрела на него. Тепло разлилось по телу, он махнул ей рукой и легко зашагал к Тарасу.

– Что случилось?

– Света хочет сказать нам что-то очень важное.

Когда они подошли к девушкам, Света отбросила с лица прядь волос, и ее тонкие губы тронула едва заметная улыбка.

– Мальчики, сегодня у меня день рождения, – торжественно сказала она. – Приглашаю вас на семь часов в ресторан «Одесса», это в гостинице «Одесса».

– Знаем, – самодовольно заявил Тарас. – Кто еще будет?

– Только мы вчетвером.

Перед обедом Дима прохаживался у фонтана в ожидании Насти.

– Привет, – сказала она, подойдя. – Ты чего такой нервный?

– Слушай, Света пригласила меня на день рождения, но без тебя я не пойду.

– На чей день рождения? – удивилась Настя.

– Свой. Короче, – он разрезал воздух ребром ладони, – ты идешь со мной или я вообще не иду!

Настя усмехнулась:

– Ее день рождения одиннадцатого мая, она сама говорила, а сегодня шестнадцатое июня.

– Одиннадцатого мая? Вот дура!

– Она далеко не дура, – усмехнулась Настя. – Ты уже обедал?

– Нет, я решил тебя подождать.

– Так пойдем, а то пропустишь что-нибудь вкусное.

Возле двери в Настину столовую Дима притормозил:

– До вечера?

– Да, до вечера.

* * *

Тарас доел блинчик с мясом, вытер губы салфеткой и взглянул на Диму:

– Значит, ты не идешь в ресторан?

– Конечно, не иду.

– И что я должен сказать Свете?

– Говори что хочешь, мне безразлично, – бросил Дима.

– Я бы на твоем месте…

– Слушай, оставайся на своем.

Лицо Тараса вытянулось:

– Вон оно как!

– Да, вот так.

– И что будет дальше?

– Не твое дело.

– Не мое? Это интересно… Ты не забыл, что скоро женишься на моей сестре?

– Давай не будем об этом.

Тарас положил салфетку на стол и вздохнул:

– Как хочешь. Ладно, сам буду отдуваться. – Он задумался. – Скажу, что ты подвернул ногу и не можешь прийти.

– Согласен.

– А куда ты собрался с этой… В койку?

– На маяк.

Тарас выпучил глаза:

– Да там негде пристроиться, одни камни!

Дима поморщился:

– У тебя одно на уме.

– Можно подумать, у тебя что-то другое!

На этот раз Настя была без зонтика. Держась за руки, они вышли на тропинку, ведущую к старому маяку. Им встречались обнимающиеся парочки и одинокие женщины, те, что сторонятся всех и выделяются своей отрешенностью. Вскоре они оказались на краю обрыва и перед ними открылся фантастический вид – ни пляжей, ни людей, только они и бескрайнее море. И еще чайки. Но и те летали внизу.