#ЛюбовьНенависть - Анна Джейн

ЭТО БЫЛО мое второе сотрясение, хоть и легкое. И это были самые скучные каникулы за всю мою жизнь. Я лежала дома плашмя как бревно и скучала, потому что мне запретили двигаться, читать, смотреть ТВ и даже телефон отобрали. Единственное, что мне разрешили, и то в ограниченных количествах, так это слушать аудиокниги. Иногда ко мне приходили подружки, которые проводили время весело – на катке, в кино и в гостях друг у друга. Один раз явился тот самый парень, который запустил мне мяч в голову. Он притащил фрукты, торт и даже цветы, что поразило мою маму, которая почему-то решила, что я ему нравлюсь. Но я-то знала, что это не так. И с ленивой благосклонностью приняла извинения Павла – так его звали. Но большую часть времени я просто смотрела в потолок и думала: об экзаменах, о поступлении и, конечно же, о Клоуне… Его комната находилась прямо за стеной, и раньше, в детстве, мы часто стучали друг дружке – особенно он долбился в стену, как дятел, все мечтая разбудить меня в выходные ночью. А сейчас – тишина.

В один из своих больничных дней, когда мои родители ушли вместе с его родителями на концерт какой-то звезды из девяностых, по которой наши мамы тащились лет двадцать назад, я услышала за стеной девичий смех. Противный и громкий. Слышимость в нашем доме была хорошей, и я мигом насторожилась. Поняла, что Матвеев притащил домой какую-то кобылу – ну кому иначе может принадлежать такой ржач?! Девида продолжала смеяться, нервируя меня все больше и больше. А в какой-то момент мне показалось даже, что я услышала нечто напоминающее то ли стон, то ли вскрик. Что?.. Что они там делают?!

До меня вдруг ясно дошло что. Обида и ярость переплелись в моей душе, и меня накрыло. Я схватила с прикроватной тумбочки дезодорант и заколотила им по стене, давая понять, чтобы вели себя тише. Совсем Клоун обалдел, что ли?! Я что, должна быть свидетелем его постельных игрищ?! Ублюдок!

Стон повторился, и меня от него просто перекосило. Схватив телефон, я набрала номер Даньки, но ответа от него не дождалась и снова стала долбить в стену, возмущенная таким развязным поведением. Я безумно ревновала его и злилась. Нет, ну серьезно! Кого он там привел?!

– Тот, кто подарил тебя, – дурак, – заявила я кукле, которая занимала почетное место около моей кровати.

Куклу я назвала Дашенькой-младшей. И была от нее в полном восторге. Я стучала и стучала, как дровосек топором по дереву, – аж рука устала. И, кажется, в конце концов достала любвеобильную парочку, потому что Клоун вдруг долбанул мне по стене в ответ. Я озадачилась и на всякий случай постучала еще – на этот раз массивным пластиковым стаканчиком для канцелярки. А потом, несмотря на запрет, встала, чувствуя легкое головокружение, врубила комп и громко, во всю мощность здоровенных колонок и сабвуфера, включила музыку, зная, что ее отлично слышно в комнате Клоуна. Я уж им звуковое сопровождение обеспечу какое надо! Возбужу, так сказать, слуховые рецепторы.

Сначала это была попсовая песенка, которая всем надоела до оскомины на зубах. А потом, сообразив, что этого мало, я поставила веселую музыку из «Деревни дураков», надеясь, что под эти забавные ритмичные звуки у Данечки все получится. Следующей композицией стала известная каждому «В мире животных». На песенке из мультика «Буратино» Клоун сдался, и в моей квартире раздался требовательный звонок – я с трудом услышала его. И, конечно, тут же побежала открывать, не обращая внимания на головокружение.

– Что, не получилось? – распахнула я дверь с торжествующим возгласом, даже не глянув в глазок.

– Нет, Дарья, не получилось, – услышала я сердитый женский голос соседки снизу. – У меня из-за вашей музыки уже десять минут заснуть не получается!

Я спешно извинилась перед соседкой, и она ушла, зато из квартиры Дани вышли он, двое его друзей (и моих одноклассников по совместительству) и какая-то девица с ногами от ушей.

– А у тебя была веселая дискотека, Пипетка! – захохотал Петров, увидев меня.

– Это ты нам в стену долбилась, как дятел? – подхватил второй одноклассник – Игорь.

Девица глянула на меня и фыркнула. Я снова смутилась: черт, все перепутала!

– У вас там кто-то хохотал и стонал, как кентервильское привидение. – Я задрала подбородок. – И это привидение явно не пытали!

Девица покраснела.

– Вообще-то я не хохочу, а смеюсь! Просто громко! – заявила она возмущенно. – И я не стонала! Боже, девочка, что у тебя в голове?! Я просто порезалась и чуть-чуть вскрикнула!

– Два раза, – ухмыльнулась я.

– Потому что они мне рану стали спиртом заливать! Все, я пошла!

– Оксаночка, стой! – ринулся за ней Петров, который, как потом оказалось, был парнем этой самой длинноногой девицы.

Зато Игорь и Клоун еле стояли на ногах от смеха. А я, выдав им что-то неласковое, хотела захлопнуть дверь. Однако Даня потянул дверь на себя. И теперь нас разъединял только порог.

– Какого черта ты не в кровати? – спросил Даня.

– Не в твоей? – весело поинтересовался Игорь.

Навалять бы ему от души, да жаль, я слабее.

– В мою, боюсь, она не пойдет, – хмыкнул Матвеев.

– Естественно. Там место всяким шляпам и прочим пресмыкающимся, – заявила я.

– Ревнуешь? – Кажется, ему было весело. И, кажется, он уже задавал этот вопрос.

– Тебя? Нет, конечно.

– У нее, наверное, парень есть, – заявил Игорь. Желание навалять ему стало еще больше.

– У Пипы? – улыбнулся Даня. – Не думаю.

Парни как-то странно, многозначительно переглянулись.

– Думать тебе вообще противопоказано, Матвеев, – заявила я, обидевшись на их пренебрежительный тон. И снова попыталась закрыть дверь.

Но Даня снова не дал мне этого сделать.

– Пошла в кровать, – заявил он тоном человека, которому нельзя возражать, и оперся рукой о косяк. – У тебя постельный режим.

– Отстань, – почему-то засмотрелась я на его широкое запястье, выглядывающее из-под рукава куртки. Под тонкой кожей проступали вены.

– Или матери твой расскажу, – пригрозил Даня.

Пришлось идти в свою комнату под его конвоем.

Матвеев проследил, чтобы я легла, кинул в меня одеялом, а потом увидел подаренную им куклу и взял ее в руки. На лице его появилась улыбка, и он провел пальцами по ее кудряшкам.

– Не отдам обратно, – сказала я и зачем-то добавила: – Ее зовут Дэрри. Или Дашенька-младшая. Она похожа на меня. Правда?

– Правда, – согласился Матвеев. – И у вас обеих совершенно нет мозгов. Стопроцентное попадание, а?

Я пропустила глупую шутку про мозги мимо ушей и, сев в кровати, вдруг взяла его за руку. Горячую, твердую. Родную.

– Спасибо. Это безумно крутой подарок, – тихо сказала я и только потом поняла, что держу его пальцы в своих. Боже! С ума сошла!