Эхо прошлого - Диана Гэблдон

Он сидел там, в пустом дровнике, при слабом свете одного лишь фонаря.

Я встала в дверях, покачиваясь. А может, это перед глазами все качалось?

Мои пальцы, державшиеся за косяк, показались на удивление белыми.

В полумраке мелькнуло какое-то движение. Мужчина встал и шагнул ко мне. Как же его зовут?..

— Джейми.

Я с облегчением вспомнила имя.

Он увлек меня в сарай. Может быть, даже занес на руках. Земляной пол скрипел под чьими-то ногами, но свои я совсем не чувствовала.

Он заговорил со мной, но разбирать фразы было слишком тяжко. Я знала, что должна его успокоить, и кое-как выдавила:

— Все хорошо. Просто… устала, — не понимая толком, нужные ли звуки я произношу и складываются ли они в слова.

— Тогда в постель, lass? — обеспокоенно спросил он. — Или сперва поешь?

Он выпустил меня из рук, чтобы взять ковригу хлеба. Мне пришлось опереться о стену — почему-то очень твердую.

Вновь накатывало ледяное оцепенение.

— В постель, — шевельнулись мои губы, холодные и бескровные. — С тобой. Сейчас.

Он обхватил мое лицо руками. Такими теплыми. Крепкими. Настоящими.

Да, прежде всего — настоящими.

— Точно, nighean? — с легким сомнением переспросил он. — У тебя такой вид, будто…

Я провела ладонью по его коже, опасаясь, что мои пальцы пройдут сквозь плоть.

— Точно, — прошептала я. — Возьми меня.

* * *

Стакан опустел, но в графине еще плескалось бренди. Я щедро наполнила стакан, стараясь не пролить. Хотелось забыться, пусть даже ненадолго.

Может, я уже умерла? Что, если душа отделилась от тела, просто оно еще не знает об этом?

Или уже знает?..

Я медленно, глоток за глотком, осушила стакан. Налила еще.

Должно быть, послышался какой-то звук, потому что я вдруг повернула голову. В дверях моей спальни стоял Джон Грей. Без шейного платка, в залитой вином рубахе, распахнутой и висящей на плечах. Волосы спутаны, а глаза такие же красные, как и у меня.

Я медленно, будто в толще воды, встала.

— Одному мне его сегодня не оплакать, — сказал Грей и захлопнул за нами дверь.

* * *

Как ни странно, утром я очнулась от глубокого сна. Такого я никак не ожидала и потому не сразу собралась с мыслями. Немного болела голова, и это поражало еще сильнее, нежели тот факт, что я до сих пор жива.

Однако все меркло по сравнению с тем, что рядом со мной в постели лежал мужчина.

— Простите за нескромный вопрос, но когда вы в последний раз спали с женщиной?

Грей, кажется, ничуть не возмутился моей бестактностью. Он сосредоточенно нахмурил брови и поскреб ногтями грудь.

— Хм-м-м… лет пятнадцать назад, наверное. Не меньше. — Он только сейчас взглянул на меня, и его лицо исказил страх. — О! Приношу свои извинения.

— Да неужели. И за что же?

Я подняла бровь. Можно было придумать сотни поводов для извинений, но он, скорее всего, подразумевал что-то свое.

— Боюсь, я вел себя… — Он замолк. — Не совсем по-джентльменски.

— Боюсь, что да, — язвительно подтвердила я. — Однако спешу уверить: и я сама была не самой благовоспитанной дамой.

Он воззрился на меня, явно собираясь что-то сказать, но потом тряхнул головой и промолчал.

— Кроме того, не обо мне вы думали в постели. О чем знаем мы оба.

Он удивленно распахнул голубые глаза. Потом по губам скользнула тень улыбки, и он опустил взгляд на стеганое покрывало.

— Да, — тихо согласился он. — И вы, думаю, тоже представляли не меня. Так ведь?

— Так, — сказала я. Боль потери, терзавшая ночью, отступила, но все равно никуда не делась. Голос прозвучал сипло, потому что горло вдруг перехватило.

Джон уселся, взял со стола бутылку, стоящую рядом с графином, наполнил стакан и вручил мне.

— Спасибо. — Я поднесла стакан к губам. — Ох, ничего себе! Это что, пиво?!

— Да, притом хорошее. — Он, полузакрыв глаза, сделал несколько больших глотков прямо из бутылки и с тихим довольным вздохом опустил ее. — Прочищает горло, освежает дыхание, улучшает пищеварение.

Я была удивлена — да что там, потрясена!

— Хотите сказать, что имеете привычку каждое утро перед завтраком пить пиво?

— Разумеется, нет. Я пью его вместо завтрака.

— Тогда странно, что у вас еще остались зубы, — сурово заметила я, но все-таки рискнула сделать маленький глоток. Пиво и впрямь было прекрасным: густое и сладкое, с легкой кислинкой.

Тут я заметила, как странно напряжен Грей. Вроде бы наш разговор был непринужденным… В чем дело, сообразила я далеко не сразу.

— О, если вам надо пукнуть, не стесняйтесь. Разрешаю.

Его настолько потрясли мои слова, что он невольно подчинился.

— Прошу прощения, мадам! — выдавил он, заливаясь краской до самых волос.

Я хотела сдержать смех, но меня выдала задрожавшая под нами кровать, и он покраснел еще больше.

— А вы смутились бы этого, будь на моем месте мужчина? — спросила я из чистого любопытства.

Он провел костяшками пальцев по губам. Румянец несколько поблек.

— Ну… это зависит от мужчины, наверное. Но в целом скорее нет.

От мужчины, значит. Знаю, кого он имел в виду. Джейми. У меня тоже на уме был только он один.

Грей понял, о чем я думаю.

— Он ведь предлагал мне себя однажды. Вы знали? — сухо спросил он.

— Я так понимаю, вы не приняли предложение.

Эту историю я уже слышала, но стоило узнать версию и другой стороны.

— Нет. Потому что мне хотелось от него не этого. То есть не совсем этого, — прямо заявил он. — Мне хотелось получить его всего… я был молод и слишком горд, чтобы довольствоваться малым. А он, конечно же, на такое не согласился бы.

Я затихла, обдумывая его слова. Окно спальни было открыто, и длинные муслиновые шторы колыхались на ветру.

— Жалеете теперь? — спросила я. — Что отказались?

— Каждую минуту, — заверил он, криво усмехнувшись. — И в то же время… отвергнуть его предложение требовало мое воспитание. Вы же знаете, это правда: самоотверженных всегда ждет награда, — добавил он. — Если бы я согласился, то навсегда разрушил бы любые наши дальнейшие отношения. Нам же, хоть и не без труда, удалось достигнуть некоторого взаимопонимания. И в конце концов я получил его дружбу. Так что, с одной стороны, меня мучило сиюминутное сожаление, но с другой — я остался в выигрыше. Именно его дружбу я ценю превыше всего.

Грей ненадолго замолк, потом поднял на меня глаза.

— Хотел вас попросить… Вам, наверное, это покажется странным…

— Ну, вы вообще немного странный, — с иронией ответила я. — Но я вас слушаю. В чем дело?

Он смерил меня взглядом, явно сомневаясь в том, кто из нас двоих тут более странный. Однако джентльменское воспитание не позволило ему