Золушка для плохиша - Алёна Снатёнкова

Я быстро сую ноги в сандалии и со словами: «Не скучайте, детки. Мамочка скоро вернется» - покидаю квартиру сестры. В этот раз слышу в ответ лишь тишину. Даже медведь вдогонку не подколол, что на него совсем не похоже.

В чем подвох?

Это только кажется, что его нет. Но я же чувствую. Волна паники накатила, когда я в лифте на первый этаж спускалась. Ветровы, блин. Обычно от них отвязаться невозможно, до машины провожают, а после еще стоят в обнимку, руками размахивая. Просто потому, что беспокоятся. А сейчас что? Перестали?

М-да, Оливка. Вызывай специалиста, у тебя крыша протекает.

Я мысленно пытаюсь успокоиться, а потом в памяти всплывает лицо Мартынова и его приглашение на свидание.

Да меня никогда в жизни на свидание не звали. Потусить – да, оттянуться, зависнуть, развлечься – миллион предложений, но на официальную аудиенцию – никогда. Не тот век. Неудивительно, что я зависла, представляя себя в бальном платье с гнездом на голове и веером в руке.

Что?

Демьян тоже не понял, почему я ржать начала, как та лошадь, которая через секунду снова в мышь превратилась.

Зачем согласилась, ненормальная?

Точно! От скуки. Ну, и частично ради интереса.

- Девонька, будь добра, помоги старушке. – Смотрю по сторонам и не сразу замечаю пожилую женщину с сумками, одиноко стоящую посреди лестничного проема. – Я бы и сама справилась, но руки отнимаются. Поможешь?

Ее лицо разглаживается, а в глазах читается такая мольба, что я, не раздумывая, поднимаюсь по ступенькам.

- Какой этаж?

- Так седьмой, – тяжело вздыхает она. – Не дойду я с сумками этими. Говорила Петровне, чтоб отстала от меня со своей закруткой, а ей ее девать некуда, вот и всучила.

Седьмой?

Эх, кажется мне, когда мы доберемся до квартиры старушки с сумками, которые больше меня весят, я точно буду похожа на Золушку, которая весь день воду из колодца таскала.

- А давайте на лифте.

Бабушка напрягается.

- Ой, боюсь я их. Один раз застряла, так все, теперь пешком только. Ты вот эту сумку возьми, она полегче.

Она протягивает мне тяжеленный баул, а я тянусь к ней, чтобы и второй забрать. Можно, конечно, Мартынову позвонить и использовать его силушку богатырскую, так сказать, на выносливость проверить, но что-то не хотелось.

Пусть кучер не расслабляется.

Между вторым и третьим этажом я улыбалась, представляя, как он круги наматывает возле машины.

На четвертом я начинала ему завидовать, но продолжала головой кивать, слушая рассказ старушки.

На пятом я уже еле тащила эти чертовы сумки и проклинала их производителей, которые не додумались приделать колесики.

- А ты чья будешь? – интересуется женщина. – Вот плетусь и думаю: лицо знакомое, а вспомнить не могу. Не внучка Коровиной, случайно?

Ох, сейчас замычу.

- Не-е-е. Точно не Коровиной. Она бы мимо прошла и не обернулась. Калмыкова? Ой, так она же в другой город переехала.

Бабульке мои ответы и не нужны особо.

Ей самой с собой комфортно и приятно разговаривать. Сама спросила, сама себя поправила, сама же и ответила.

А у меня телефон зазвонил. Следом и смс пришло. Я даже шаг ускорила, чтоб побыстрей дойти, но старушка не торопилась.

Не удивлюсь, если кучер предпочтет принцессе любую мимо проходящую лошадь.

Сестра живет в новом районе. Здесь парнокопытные на каждом шагу. На любой вкус и цвет. Удивительно, каким ветром бабульку сюда занесло.